Трон Знания. Книга 3

Размер шрифта: - +

Часть 10

***

Иштар пощёлкал выключателем, глянул на пустой плафон под высоким потолком, прошёлся по комнате. Небольшое окно забито досками крест-накрест. На подоконнике бронзовый шандал с тремя свечами. В углах грязные разводы — нерадивые слуги как следует не очистили стены от плесени. Почерневший паркет прогибался под ногами. Дрова в камине трещали и сильно дымили. Посреди комнаты стояла узкая кровать, словно её притащили впопыхах и поленились поставить на место. Зато единственное кресло было шикарным: широкое сиденье, подлокотники из белого дуба, бархатная обивка в цвет серебра. И журнальный столик был под стать креслу: столешница из белого мрамора с серебряными вкраплениями, ножки в виде кубков.

Иштар зажёг свечи. Взял тяжёлый шандал, заглянул в ванную. Отблески трепетных огоньков запрыгали по чистейшим кафельным стенам и полу, по раковинам и ванне. Пахло дезинфицирующими средствами.

Иштар долго отмокал в горячей воде. Затем почистил сапоги из шкуры серого льва. Постирал штаны из тончайшей чёрной кожи и сразу же надел. Он всегда сушил их на себе, чтобы не было заломов и складок, чтобы кожа не сжималась от влаги, и штаны сидели на ногах как влитые.

В комнате его ждал Адэр. Развалившись в кресле, поглаживал красноглазого зверя и с задумчивым видом смотрел на заколоченное окно.

Иштар задул свечи, поставил шандал на подоконник:

— Пусть слуги вкрутят в плафон лампу.

— В замке нет света, — сказал Адэр. — Он пустовал сто лет.

— Это и есть дворцовый комплекс Зервана?

— Да.

— Я слышал о нём, но видеть не приходилось, — промолвил Иштар. Поворошил щипцами угли в камине. — На его восстановление уйдёт не один год. Уже молчу о деньгах.

— Тебя осматривал доктор? — спросил Адэр.

— У вас нет военного врача.

— Чем тебя не устраивает гражданский врач?

Иштар закрепил щипцы на каминной стойке:

— Я — воин, и шарлатанов к себе не подпускаю.

— Ты придумал желание?

— Так вот зачем ты пришёл. — Вытянув руку, Иштар опёрся на каминную полку. — Я был занят… всякой ерундой вроде спасения ориентов. Но обещаю подумать. На досуге.

— Может, ты хочешь вернуться в Ракшаду?

— Нет.

— Нет?

— Нет. Здесь у меня остались незаконченные дела.

Адэр вскинул бровь:

— Какие?

Иштар поставил перед Адэром журнальный столик, придвинул к столику кровать, улёгся на колючий плед.

Адэр помрачнел:

— Что изменилось?

Иштар принял нарочито небрежную позу:

— Разве что-то изменилось?

— Ты говорил, что не сядешь за один стол с человеком, который позволяет себе сидеть за одним столом с женщиной.

— Ты об этом… — Иштар сцепил пальцы на рельефном животе. — Если бы ты был внимательнее, то заметил бы, что я лежу.

— И что это значит?

— На шхуне не было стола. Зато были тёмные закутки, горы влажных одеял, под которыми невозможно согреться в одиночку, и два десятка полудохлых стариков, которые ничего, кроме голодных снов, не видели. У нас с тобой уже есть кое-что общее.

Адэр погладил зверя по голове:

— Чего ты добиваешься, Иштар?

— Когда ты станешь правителем Тезара, а я хазиром Ракшады…

— Ты им станешь?

— Скорее всего. Так вот, когда мы займём каждый свое место, мы вряд ли с тобой встретимся еще раз. Я рад, что сейчас у меня есть возможность видеть своего врага так близко. Легче рассмотреть его слабости.

— Думаешь, у тебя их нет?

— У ракшадского воина единственная слабость — женщины. Он хочет их всегда. С мужчинами мы не спим, женщина, достойная воина — в Краеугольных Землях редкость, а кубарат с собой мы не возим.

— Кубарат — это гарем?

— Его когда-то называли гаремом, но это было давно.

Адэр откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу:

— Пока мы в Лайдаре, ты может попросить вольницу.

— Это кто?

— Женщина свободного поведения.

— Шлюха?

— Здесь их называют вольницами.

— Боже упаси! Ракшады не берут женщин после кого-то.

— Вот как?

— Элементарное правило личной гигиены. Ракшады — чистоплотный народ. В кубарат берём девственниц, женимся на девственницах.



Такаббир

Отредактировано: 26.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться