Трон Знания. Книга 3

~ 10 ~

Иштар поискал на стене выключатель, посмотрел на люстру с острыми шпилями для свечей и окинул взглядом комнату. Окно забито досками крест-накрест. На подоконнике бронзовый шандал с тремя свечами. В углах грязные разводы — нерадивые слуги как следует не очистили стены от плесени. Почерневший паркет прогибался под ногами. Дрова в камине трещали и сильно дымили. Посреди комнаты стояла узкая кровать, словно её притащили впопыхах и поленились поставить на место. Зато единственное кресло было шикарным: широкое сиденье, подлокотники из белого дуба, бархатная обивка в цвет серебра. Журнальный столик под стать креслу: столешница из белого мрамора с серебряными вкраплениями, ножки в виде кубков.

Иштар зажёг свечи и перенёс шандал в ванную. Отблески трепетных огоньков запрыгали по чистым кафельным стенам и полу. В воздухе витал специфический запах моющих средств.

Наполнив ванну, Иштар с наслаждением погрузился в горячую воду. Затем почистил сапоги из шкуры серого льва. Постирал штаны из тончайшей чёрной кожи и сразу же надел. Он всегда сушил их на себе, чтобы не было заломов и складок, чтобы кожа не сжималась от влаги и штаны сидели на ногах как влитые.

В комнате его ждал Адэр. Развалившись в кресле, поглаживал красноглазого зверя и с задумчивым видом смотрел на заколоченное окно.

Иштар задул свечи, поставил шандал на подоконник:

— В замке нет электричества?

— Нет, — покачал головой Адэр. — Дворцовый комплекс Зервана — древнее сооружение.

— А горячая вода откуда?

Не получив ответа, Иштар поворошил щипцами угли в камине и прищурился от дыма. Похоже, дымоход давно не чистили.

— Тебя осматривал доктор? — спросил Адэр.

— У вас нет военного врача.

— Чем тебя не устраивает гражданский врач?

— Я — воин, шарлатанов к себе не подпускаю.

Иштар закрепил щипцы на каминной стойке. Хотел проветрить комнату, но рамы открывались внутрь, а доски на окне мешали это сделать.

— Ты придумал желание?

— Так вот зачем ты пришёл. — Иштар поелозил пальцами по грязному стеклу. — Я был занят всякой ерундой вроде спасения ориентов. Обещаю подумать на досуге.

— Может, ты хочешь вернуться в Ракшаду?

— Нет.

— Нет?

— Нет. Здесь у меня остались незаконченные дела.

Адэр вскинул бровь:

— Какие?

Иштар поставил перед ним журнальный столик, придвинул к столику кровать и улёгся на колючее одеяло.

— Что изменилось? — помрачнел Адэр.

— Разве что-то изменилось?

— Ты говорил, что не сядешь за один стол с человеком, который позволяет себе сидеть за одним столом с женщиной.

— Ты об этом, — протянул Иштар и сцепил пальцы на рельефном животе. — Если бы ты был внимательнее, то заметил бы, что я лежу.

— И что это значит?

— На шхуне не было стола. Зато были тёмные закутки, горы влажных одеял, под которыми невозможно согреться в одиночку, и два десятка полудохлых стариков, которые ничего, кроме голодных снов, не видели. У нас с тобой уже есть кое-что общее.

Адэр погладил зверя по голове:

— Чего ты добиваешься, Иштар?

— Когда ты станешь правителем Тезара, а я хазиром Ракшады…

— Ты им станешь?

— Скорее всего. Так вот, когда мы займём каждый своё место, мы вряд ли с тобой встретимся ещё раз. Я рад, что сейчас у меня есть возможность видеть своего врага так близко. Легче рассмотреть его слабости.

— Думаешь, у тебя их нет?

— У ракшадского воина единственная слабость — женщины. Он хочет их всегда. С мужчинами мы не спим. Женщина, достойная воина, — в Краеугольных Землях редкость. А кубарат с собой мы не возим.

— Кубарат — это гарем?

— Его когда-то называли гаремом, но это было давно.

Адэр откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу:

— Пока мы в Лайдаре, ты можешь попросить вольницу.

— Это кто?

— Женщина свободного поведения.

— Шлюха?

— Здесь их называют вольницами.

— Боже упаси! Ракшады не берут женщин после кого-то.

— Вот как?

— Элементарное правило личной гигиены. Ракшады — чистоплотный народ. В кубарат берём девственниц, женимся на девственницах.

— Берёте? — Адэр усмехнулся. — Покупаете. И жён покупаете.

— Как же ты далёк от моего мира.

— Так приблизь меня.

— Не-е-ет, — протянул Иштар. — Чтобы понять мой мир, в нём надо родиться.

— Я пытаюсь понять. Если не понимаешь врага — проиграешь войну. Не люблю проигрывать.



Такаббир

Отредактировано: 14.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться