Твой личный призрак

Размер шрифта: - +

6. За что?

Каждый раз, когда ты уходил, я закрывала глаза, боясь, что ты исчезнешь. От одной этой мысли сердце сжималось в страхе, сомнения сковывали душу тяжелым бременем. Ты позволял обнимать за шею, вдыхать запах волос, прижиматься к груди. Мимолетное тепло, забираемое у тебя, я была так рада ему, что хотелось плакать.
— Не отпускай меня.
И ты не отпускал. Прижимался губами к ладоням, грел дыханием. Я готова была простить тебе все, если бы ты просто пообещал, что мы останемся вместе вот так навсегда. Но ты, конечно, не мог.

— Тебе нравятся шахматы?
Когда я заметила доску и попросила ее достать, ты удивился. Мы расставили фигуры, и я замерла, завороженно рассматривая их.
— Я помню их.
— Помнишь?
Подхватила ферзя и выставила его на середину доски. Ты задумчиво щелкнул зажигалкой, прикурив, покачал головой.
— Это не по правилам.
— А что такое правило?
Удивительная схожесть, словно я слышала это уже. Ты затянулся, выпустил дым с губ, цветом он соперничал с твоими глазами.
— Дурацкий тезис, который придумали люди, — подумав, сказал ты. — Но, несмотря на его идиотизм, нарушать его нельзя, иначе можно сломать игру. Что будет тогда — одному Богу известно. — Ты усмехнулся. — Если он существует, конечно.

Ты научил меня ходить. Я держалась за тебя, неуверенно переставляя ноги, а ты терпел мою неловкость. Было стыдно, я не хотела, чтобы ты видел меня жалкой и слабой. Я отчаянно краснела, а ты лишь усмехался, не спрашивая, позволяя крепко хвататься за плечи. Я была за это благодарна.

В моей голове было столько страхов, что не счесть. Даже видя тебя рядом, я думала, что это мимолетно, и оттого сжималось сердце, словно у загнанной в угол трепетной лани. Ладонь коснулась щеки, проведя вниз. Твое лицо было так близко, что тепло дыхания обжигало кожу. Мягко и неотвратимо касание губ, кажется, я не могу дышать, зачем ты целуешь меня? Пальцы переплетаются неистово жарко. Язык касается зубов, и я, вздрогнув, отстраняюсь. Слишком похоже. Я помню это выражение, в твоих потемневших глазах читается немой вопрос.
— Ты… — не могу смотреть, — целовал их также.
И хочется умереть просто потому, что сказала, тихо и негромко, но позволила звуку затопить сознание. Ты настойчиво поднимаешь подбородок фалангами пальцев, заставляя вернуться взглядом. Накатывает паника, негде спрятаться.
— Так я целовал их. — И не думаешь оправдываться, принуждаешь смотреть на тебя, в груди колет. — Так я целовал Анну и Розу. — Склоняешься ближе, поцелуй мимолетный, дружеский, едва заметный. Я знаю, как от волнения дрожат мои ресницы. — Так я целую тебя.
Откуда в тебе столько нежности? Тепло. Как я могла забыть, ты ведь не обидишь меня, защитишь, ты сможешь. Мне хочется тебя целиком, чтобы эта ночь не заканчивалась. Робкими касаниями, жадным участием, закрыв глаза и просто поверив, доверившись. Не останавливаясь. Но ты не позволяешь, лишь ладонь гладит по волосам, а я обнимаю тебя и думаю, что это и есть моя счастливая вечность. Давай, будем всегда.

— Завтра луна начнет расти. — Я смотрю в окно, отчего-то на душе неспокойно. Ты варишь кофе, и тяжелый аромат поднимается в полутьме невидимыми кругами. — Расскажи мне о ней.
Ты знаешь, о ком я. По неуловимому шороху я могу догадаться, что ты опустил голову ниже, заставив себя вспомнить.
— Роза была моей сестрой. Наш приемный отец изнасиловал ее. Я убил его, — заминка, — и его жену тоже убил. Но Роза не пережила, я остался один. Меня подобрал Домино. Сказал, что, если буду слушаться его, он обо мне позаботится.
Я ждала продолжения, но это был конец истории. Я не знала, что сказать на услышанное, показалось, что время остановилось, наполнившись белым шумом. Горько. Кофе с шипением брызнул на плитку, ты подхватил джезву, с разочарованием отставив в сторону. Я подошла к тебе, обняв со спины.
— Все будет хорошо.
Ты вряд ли поверил, но я должна была это сказать.

Прокрутил колесико на колонках, надбавив звук, между пальцев зажата сигарета. Я бы не ошиблась, сказав, что ты эстет. Мягкий тембр Билла заполнил комнату. Ты любил джаз и соул, они подходили тебе.
— Почему ты так любишь эту песню?
Ты усмехнулся одним краем губ, привлек к себе под руку, позволив обнять за бок, устроить голову на груди.
— Потому что для меня нет больше солнца с тех пор, как она ушла. — Ты помолчал, вслушиваясь в строчки, ладонь, пахнувшая табаком, зарылась в мои волосы. — А если уйдешь ты, не будет и луны.

Тебе принесли запечатанный конверт. Даже не видя, что внутри, я понимала, что будет дальше. Вцепилась в твою руку до боли.
— Не ходи, пожалуйста, не ходи…
Пальцы сжали мою ладонь, ты отвел взгляд.
— Ты хотела знать, что происходит, когда ты засыпаешь. — Я замерла и сбилось дыхание. Не говори, нет, я не хочу слышать! Не знаю, отчего, но не хочу, словно это может что-то разрушить, молчи, пожалуйста, молчи… — Когда ты засыпаешь, то покидаешь меня.
Разжал мои ладони, я заплакала. Мы оба знали, что это значит.
— Ты не можешь спасти меня. Но ты пыталась. Спасибо.
Ты поднялся, и я вскочила за тобой.
— Нет, не смей. Ради тебя я бросила все, я пришла сюда, я буду стараться, я стану лучше! Дай мне шанс, мы можем…
Покачал головой, посмотрев как-то удивительно пусто.
— Нет никаких «мы». Меня уже давно нет, а тебя… И не существовало никогда, прости.

Я баюкала свою искромсанную печаль, тяжелым одеялом накрыла безысходность. Ты не верил в меня, но это было не самым страшным. Страшнее было то, что я не верила в себя. Луна за окном пошла на рост, и в ее серебряном свете мое тело казалось прозрачным, сквозь руки можно было увидеть низкое звездное небо. Мне слышалось, что там, сверху, кто-то поет нежную и печальную мелодию, которую я не могу разобрать, но какую давно знаю и помню. «Возвращайся», — просила она. Не могу. Не могла. Как можно покинуть того, кто стал для меня жизнью?
— Прости, — говорила я, сильнее обхватывая колени. Душу раздирала беспричинная жестокая боль, такая пугающая и знакомая, будто я уже чувствовала ее раньше, а сейчас она пришла неловким воспоминанием. Отчетливо я знала лишь одну вещь: я не хотела вспоминать то, что было до тебя, словно оно могло помешать мне остаться. Не отпускай меня, пожалуйста, не отпускай. Мне было так пусто до тебя.



Krasnich

Отредактировано: 03.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться