Творец поневоле

Глава 4

-Алиса, - низкий, грудной голос вырывает девушку из потока мыслей.

Уже битый час она проверяет отчеты и сводки. Доклады по утечкам памяти и пояснительные по кривым регулировкам оборудования. Все четыре последних раза настройки оказались неоптимальными. Сигнал сбоил, потеря пакетов превышала 70-80%, а место на носителях занимала неформатированная пустота. В итоге за пару часов активной работы скорость чтения/записи падала на один-два порядка, при том, что они хранили по факту пустоту с редкими вкраплениями информации. Как космос со звездным системами: добраться от одной до другой – прорва времени, так ещё и не известно какая с какой связаны. Единственное, что утешало – это работало! Сомнений не осталось, система работала. Результат есть, принципиально проблема решена и путь развития намечен. Вот только от «принципиально» до «полностью» - еще не известно сколько…

-Алиса, у меня тут последние анализы, - повторяет низкий голос. – Отвлекитесь, пожалуйста, я, вроде как, должен отчитаться супервайзеру, хотя понимаю…

Девушка жестом останавливает низенького полноватого мужчину с густыми усами на круглом лице. Анализы – это хорошо, ей как раз пора закрывать месячный отчет. То, что её тут называют «супервайзер» и отчитываются – не делает её большим начальником… никаким начальником не делает, если честно. Она, по сути, просто систематизирует информацию и в случае неточностей или противоречий – возвращает на доработку. Но нагрузка очень большая и к ней относятся с уважением. Свою часть работы она делает на отлично, уже доказала. Только благодаря ей заметили три критические ошибки в плане эксперимента, что, как говорил профессор Дарен, приблизило финал эксперимента на несколько лет. Просто она очень устала, особенно после двенадцатого часа работы подряд. За эти три месяца она вообще меньше двенадцати часов подряд не работала…

-Простите, Павел Алексеевич, - тихо отвечает девушка. – Мне нужна была минутка собраться.

Мужчина смущенно улыбается и кивает, садится на стул рядом. Пухлая папка в его руках открывается с тихим шелестом. Алиса вздыхает, шелест напоминает о мягкой постельке и теплом одеялке.

-Ничего страшного. Так вот, анализы. Вот, я для вас откопировал. Пожалуйте.

Алиса принимает несколько листов, выуженных из папки. Последние данные, которые надо включить в отчет.

-Спасибо.

-Итак, - продолжает Павел Алексеевич. – Анализы. Мы провели два тестирования и одну дополнительную проверку на косвенный признак. Все изыскания подтвердили одну версию. У объекта наблюдается стабильный рост нейронных связей. В данный момент активность мозга выросла на 15%, примерно, а это – миллионы новых связей. Такой рост трудно объяснить включением «спящих» после травмы участков. К тому же с высокой долей вероятности в результате предыдущих операций мы уже подключили к работе все, что могло уснуть. Поэтому мой отдел настаивает, что это именно новые связи, которые появляются прямо сейчас. Но это точно не статистическая ошибка.

Алиса скептически смотрит на Павла. Она всегда на всех смотрит скептически. Три месяца назад каждый здесь готов был поклясться, что проект уже готов. Хоть сейчас клади любого – все заработает. Тесты уже провели, оборудование обкатали. И вообще, посмотрите вот, какие чудесные воспоминания мартышки мы сумели получить… Алиса смотрела, разинув рот. Да и как тут не разевать, когда тебе показывают картину из глаз, как обезьяна прыгает по секвойям… это сейчас она уже выяснила, что деревья на видео никогда обезьян не видывал, как и обезьяны их. Но на это никто не обратил внимания. Биологов, почему-то в проекте не оказалось. Впрочем не удивительно. Проект далек от медицины, как она от… от медицины той же самой. Она только знает, что можно лечить болезни и сама пациент… и все. Но первые же тесты показали, что проект не просто не готов, он вообще не работает… в том виде, в котором должен. А в том в котором работает – скорее вредит, чем помогает.

Буквально за неделю был собран материал и его принялись анализировать и вот тут-то все закрутилось. Алису пригласили как консультанта-аналитика, знакомого с материалом. А никчемный хлыщ Иван, тогда еще менеджер проекта, рассказывал, что удалось собрать и какие они молодцы. Алиса слушала эти байки сперва с воодушевлением, но почти сразу поняла, что те видеоряды, которыми так активно перед ней хвастались – полнейшая лажа, никакого отношения к действительности не имеющая.

-А когда мы начнем осмотр сканирования Кости, - робко поинтересовалась она, чем вызвала тягостную тишину на совещании, которую нарушали только сдерживаемые смешки секретарши Ивана. Та явно потешалась над «дремучей» Алисой.

Алиса помнит, как резко тогда все изменилось. Дарен Кроу хоть и был профессором, но лишь номинально. Нравилось ему такое обращение, да он и не скрывал, говорил, что защитился в какой-то мало значимой и никому не нужной области. Зато заслуженно.. хотя может и врал. В любом случае – управленцем он был очень хорошим. Выводы делал быстро, но никогда – поспешно.

-Простите, милочка, - его голос был мягким, со слабым акцентом. – Что вы имеете в виду?

И вот тогда все изменилось. Секретарша заткнулась, прекратив мерзко хихикать, Иван напрягся и даже слегка побледнел, а линейные руководители всех отделений воззрились на нее со смесью напряжения и недоумения.

-Вы мне только что показывали какой-то набор воспоминаний, если я правильно поняла Ивана… - робко произнесла Алиса.

Она уже все поняла. После первой презентации она настолько восхитилась, что просмотрела тем же вечером несколько исследовательских фильмов про обезьян, стараясь понять – не дурят ли её, по неизвестным причинам вселяя ложную надежду. А потом рылась в справочниках и онлайн библиотеках. Она даже составила план себе, что бы не растерять доводы уничижительной речи, перед тем как хлопнуть дверью. А сегодня её догадки подтвердились. Но, почему-то, ей так не хотелось обрывать эту нить надежды.
-Именно так, это воспоминания, которые нам удалось получить после сканирования Константина, - голос Дарена мягок, а тон – заинтересованный, он уже понял проблему и начал её решать, начал с анализа.