Избранница Тёмного: вернуть начало • Творения Великих 4

Глава 3. Четыре доказательства и Одна ложь

Мара сказала, я провалялась в постели больше суток. На лице в отражении виднелся отпечаток хвори. Волосы спутаны, вопреки стараниям служанки, но цвет... янтарь. Как есть янтарь, напитанный самым горячим солнцем! Я несмело отвела прядь со лба. Глупо, но пару мгновений боялась обжечься.

– Что со мной такое? – прошептала, несмело прикасаясь к непривычно яркому лицу и волосам.

– Стихия, – подошёл Велор к зеркалу вслед за мной, но замер в стороне, так что в отражении я его не видела. Что сказать, истинный клыкастый. – Магия оставила отпечаток, Лиза. Твой разум вышел из тела, а пламя задержалось. Однако продлись путешествие дольше, огонь наверняка покинул бы тело вслед за разумом.

Невероятно, но поводов уличить Велора во лжи не было. Кожа моя, прежде бледнее, чем всегда хотелось, разжилась шелковистым загаром. Лёгкий кофейный оттенок подчёркивал брови и ресницы. Даже губы заметно потемнели, словно покрытые помадой, а уж глаза... На краткий миг почудилось, будто янтарная радужка двигалась! Словно глаза лишь стекляшки, за которыми бушевало дикое пламя.

– Выходит, я вышла из тела, а стихия... раскрасила меня как вздумалось?

– Полагаю так, – судя по голосу, Велор улыбнулся. – И если тебя это тревожит сейчас... ты красива, Элиза. Очень. Как и прежде.

Сердце непрошено дрогнуло, Дракула говорил искренне. Я медленно отвернулась от зеркала, по правде, красота – последнее, что меня сейчас волновало.

– Как я зарядила твою руну? – заговорила ровно, глядя на Велора с недоверием. – Ты говорил, у меня не хватило бы сил.

– Так я думал. Лишь отец с Эдмондом заряжали руну без существенного вреда.

– Без существенного? – зло хмыкнула я. – Это значит, их вырубало на пол часика, а не на сутки, как меня?

– Это значит, – терпеливо поправил Велор, – что их не опустошает. Они ведут поток и держат контроль. Они опытные магитворцы.

– Это не объясняет, с какой великой радости мой огонь зажег твою треклятую руну!

В порыве я подступила на шаг, но Дракула не шелохнулся. Нахмурился.

– Отвечай, Велор. Говори. Ты обещал помогать!

– В том и беда, Лиза, – покачал головой вампирюга, – ты не просто зарядила руну. Ты зажгла спираль глубинной магией. Такую магию принято называть начало или душа. Ты вложила в плетение пламя своей жизни, а вместе с тем отдала мне свои чувства.

– И что с того? Что значит, отдала?.. – спросила с вызовом и пошатнулась. Хворое колено подвело, но Велор был наготове, подхватил здоровой рукой под локоть, и от его прикосновения под рёбра будто калёное железо вонзилось.

Тогда я поняла, что мучило меня и не давало покоя. Нависало незримой тяжестью.

– Пустая, – оказалась нос к носу с Велором, широко распахнув глаза. – Не чувствую. Велор, почему я ничего?..

Несмотря на старания лучшего лекаря земель Ворта, я и впрямь до сих пор пустая. Пустая внутри. Поэтому не смогла призвать рысь уверенно, как прежде. Вот почему говорила то, что думала, и не боялась ранить. Я забыла, как сопереживать! Вот что значит, поменялись местами. Об этом говорил Дракула. Во мне ни грамма человеческих чувств прямо как в Велоре, когда его руна заряжена до белизны, а жизнь не скрашивает убойная доза экстракта мертвых душ.

– Ты сказал, я зарядила твою руну и отдала чувства, – сипло прохрипела я, не отдышавшись толком.

– Так и есть, – кивнул Велор, глядя прямо, и пальцы его бережно скользнули с плеча на талию. – Твои чувства питают меня сейчас.

– Питают, как эти твои... наркоманские «слезы»?

Велор неловко посмеялся.

– Всё иначе, Лиза. Вдовьи слезы дают суррогат чувств, а ты... зажгла меня по-настоящему, – понизил голос вампирюга до хрипотцы, а глаза его даже сквозь пелену иллюзий подернулись шальным блеском. – Я ощущаю мир так, как ощущаешь его ты. Это странно... но приятно, – вампирюга ласково – почти нежно! – улыбнулся. – Наверное, причина в том, что мы связаны. Твои чувства для меня, как свои.

– Нет! – зло фыркнула я и выпуталась из объятий. – Исключено. Мы не связаны. Это всё морок. Обман!

Дракула целый миг смотрел не отрываясь, и мне наивно почудилось, что вот-вот пожмет плечами, дескать, на нет и суда нет, и удалится со вздохом облегчения. Но вампирюга с улыбкой вопросительно склонил голову.

– Почему же обман? Ты видишь во снах моими глазами, Лиза. Сама говорила.

– Это просто... видения, – я упиралась изо всех сил, внутри дрожало. – Сорес нарочно позволил додумать, будто я нужна тебе тут. Будто могу тебя спасти. Будто я тебя и правда...

...люблю. С губ едва не сорвалось распроклятое, но кажется, Велор и без того понял. Молчание, которое воцарилось, било по ушам громче слов.

– Элиза, не стану спорить, – вампирюга больше не норовил прикоснуться, примирительно выставил ладонь. – Уверен, Тёмный бог преследует скрытые от нас мотивы. Но позволь приведу пару фактов. Никто не знает, сколько руна будет оберегать мой разум, и как скоро магия чужого начала утопит остатки моего. Я не краю небытия, в том Сорес не обманул – это первое.

Второе – ты и впрямь могла меня спасти. Уже спасла. Зарядила спираль и вернула рассудок. И третье – будь моё начало целым, а не увязни осколок в слоях твоей души ещё на Земле, ведьма попросту не сумела бы нарастить силы. Магия во мне восстановилась бы, и ветер вымел воду, как сор!