Избранница Тёмного: вернуть начало • Творения Великих 4

Междуглавие 1. Король-регент

– Дрянной мальчишка. Наглый, мелкий...

Эссириор Вер Истер – король Пустынных земель – торопился в личные покои. Спешил со всех ног оказаться подальше от рожающих жён, дел, коих с приближением праздника Дождя прибавилось, и вездесущего племянника, который стал слишком своенравным. Слишком неудобным.

Слишком... взрослым.

Эссириор оставил стражу снаружи и вошел в личный обеденный зал. С облегчением прикрыл глаза. Тишина. Покой... какая благость! Здесь регент мог быть собой. Комнаты окружали сотни защитных рун. Связки пронизывали стены, пол и даже ковры, словно паутина. Подслушать, подкрасться или... напасть у нежеланных гостей не было шанса. Амулеты под дорогими шелками на груди короля в подтверждение задрожали, откликаясь на заслоны.

Эссириор двинулся к столу с яствами и со вздохом облегчения оперся ладонями на круглый стол, заставленный блюдами с закусками и свежими фруктами. Полной грудью втянул дух ароматных благовоний, наполнил бокал терпким соком из корня нутки и… с размаху смёл на пол плошки и бокалы.

– Р-ран-даран! Проклятье! – под звон стекла рычал король. – Рран!..

Турнир Дождя скоро. Со дня на день о помолвке кронпринца и тёмной девки узнают даже в далеких песках, и это конец. Проклятье! Эссириор лишится трона! Если только не свершится чудо, если только первый турнир для юного кронпринца не станет... последним. Потому король изо всех сил ратовал за усложнение правил боя на арене. Никакой магии, минимум защиты... вместо доспехов – традиционные шар-алла и жилетка. О, просторогие будут визжать от восторга, видя кровь и рваную плоть на пиках. Одна беда – король знал, что кронпринца тренирует сам Гакэру Авар, а тот выиграл два турнира еще во времена, когда когда Пустыней правил Мариор. Значит, у кронпринца есть фора. Значит...

– Пр-роклятье, – простонал Эссириор точно капризный ребенок. – О, Ворт...

– И как же младенцы очаровательно беззащитны, – раздался голос за спиной, словно насмешка, и Эссириор вздрогнул бы, завизжал бы от испуга как тот недавно рожденный восьмой женой безрогий ещё младенец, если бы не знал, что архивариус Федерации проникает в каждую щель, словно крыса. И всегда оказывается там, где его ждут меньше всего.

– Сиур-р Гуно, – сжал Эссириор первый подвернувшийся бокал чересчур крепко, аккуратно подпиленные, но по-прежнему смертоносные ногти со скрежетом врезались в хрусталь. – Кажется, я поторопился дать вам допуск в личные покои.

– Сиур Эссириор, – чуть склонился человек, заложив руку за спину. – Кажется, я начинаю привыкать к местным обращениям гораздо быстрее, чем думал.

– Какое... счастье, – скривился в улыбке Эссириор, заново наполнил бокал соком и отпил густое терпкое варево, возвышающее мужскую силу. – Раз заявились столь бесцеремонно… Чем обязан?

Тонкие черты лица архивариуса из Людских земель заострились, но губы растянула неуместно беспечная улыбка.

– Обязаны? Напротив, сиур. Я здесь, чтобы от лица Правителя Людских земель Алериса Второго поздравить вас с рождением семнадцатого отпрыска.

Эссириор отпил ещё сока и чудом не поморщился. Скверное варево липким комом норовило забить горло, а Гуно продолжал.

– К тому же вы принесли благую весть. Беглая целительница жива и под вашим присмотром. Что может звучать лучше?

– Присмотр не мой, – хрипло начал король и кашлянул, прочищая горло. – Я за ней не слежу. Пришлая – гостья кронпринца, а после того, как её похитили в Сером квартале, подступиться к девчонке нет ни малейшей...

– Наслышан, что девицу охраняют, – отрезал Гуно, но улыбку неестественную не снял, оттого Эссириор всё же поморщился. – Однако это лучше, чем неизвестность. Неизвестность бьёт больно и всегда внезапно. Нам ли не знать, что нет ничего хуже внезапно нанесённого удара, верно, Ваше Высочество... король-регент?

Эссириор стиснул зубы и ответил коротким кивком. Он всей душой ненавидел приписку «регент». Временный наместник... всё равно, что фальшивка! Но второму сыну, всего лишь брату истинного правителя другого звания не положено.

Рран!.. Король опрокинул в себя остатки сока нутки и посмотрел на незваного гостя прямо.

– Вы ведь не за тем два моря переплыли, чтобы поздравить меня с рождением сына, сиур Гуно?

– Не только за этим.

– Я весь внимание.

Эссириор умастил холёное тело в резное кресло и ощутил себя увереннее. Спину подперла мягкая подушка, словно крепкий щит. Гуно же остался у выхода на террасу, заведя левую руку за спину. Не знай Эссириор, что архивариус правша, забеспокоился бы, не прячет ли гость за спиной кинжал.

– Алерис Второй в недоумении, – завёл человек. – Вы не ответили на просьбу, Ваше Высочество.

– Убить девчонку-целительницу? Я же сказал, моим подданным нет хода в те комнаты дворца, – раздражённо отозвался пустынник. – Это владения кронпринца. С недавних пор у него своя прислуга и даже повара.

Улыбка на губах Эргона Гуно стала чуть шире.

– Вас огорчает, что племянник не доверяет вам? Или боитесь, что он не так глуп, как вам того хотелось?

– Скорее, меня утомляет ожидание действий с вашей стороны, сиур, – ответил Эссириор хмурым взглядом. – Мне обещали, что я останусь единоправным владельцем Пустынного престола.