Избранница Тёмного: вернуть начало • Творения Великих 4

Глава 4. День семьи, угроз и ненависти

– Господин... Лайн. Вы наконец пришли меня убить?

– Не знал, что в Людских землях принято бить с порога, – Арис вежливо улыбнулся Арис.

Он и впрямь стоял за порогом. Один, без охраны... кровопийца и не нуждался в сопровождении. Безупречный, высокий, поджарый. Такой же темноглазый, как Эдмонд, но будто теплее и подвижнее. Лайн-старший пусть и провел почти сорок смен монов в неволе, не казался стариком. Жизнь кипела даже в тонких морщинках его миндалевидных глаз и губ, но причиной тому было всего лишь пламя в жилах. Пламя послушное, вышколенное, как цепной пёс, а потому – вдвойне опасное.

Я чудом не отпрянула от двери, ощущая жар чужого огня, как от печки. Верно говорят, меньше знаешь, крепче спишь. Видеть дух магических движений Ариса Лайн... ощущать его силу на себе оказалось пренеприятно. Но необходимо. Теперь я знала, что опасаться Ариса не просто нужно. Необходимо.

– Уделите мне минуту, Лизавета, – выдержал паузу Арис и учтиво склонил голову. Переложил из руки в руку увесистую корзину, накрытую тёмным шелковым платком. – Уверяю, нам есть о чём поговорить.

– Разве?

Любезничать в ответ не стала. Радовалась только, что Акитар дамбой стоял между нами, а тёмный чтил приличия и переступать порог без дозволения не смел.

– Сиура, вы вправе отказать… – начал было страж, но я остановила его уверенным кивком.

Не скрою, я испугалась. Былая расслабленность испарилась без следа, стоило Арису заговорить. Впрочем, хорошо, что чувства во мне решили назреть не вчера и не успели достаточно окрепнуть. И какое облегчение, что драконий огонь, напротив, уверенно поднял голову, иначе вряд ли хоть слово бы выдавила без заиканий.

– У вас пара минут, господин Лайн. Не более.

Я развернулась к тёмному спиной и прошла вглубь гостиной. Можно подумать, осмелела, раз отвернулась от опасного противника, но прежде чем отойти, я заметила, как губы Ариса – очерченные, сплошь из волевых линий – дрогнули в улыбке, стоило мне дозволить ему говорить.

Нет, он не нападёт. Не дурак. Попробует запугать, наверное.

Подтверждая догадки, тёмный с величием короля неспешно вошёл в покои и сдёрнул платок с корзины. Белоснежные как голуби цветы в ней овивала алая лента. Точь-в-точь кровавые путы.

– Благодарю за оказанную… честь, мисс. Это вам.

Крохотная заминка меж словами кровопийцы заставила проклясть себя за дурость и вцепиться в амулет Истины. Великие… надеюсь, штуковина работает не только на жидкие яды, потому как аромат из корзины, принесённой Арисом, окутал с ног до головы.

– Буду за дверью, сиура, – предупредил Акитар, бросив в спину Ариса настороженный взгляд.

Наверняка по мнению рогача я играла с огнём. Так и было, но я уверенно кивнула стражу и осталась с кровопийцей наедине. Знала – пришло время точкам и запятым занять положенные места. Чувства во мне оживали стремительно, в душу спешила тревога. Паршивое чувство, вязкое – оно на корню выжигало уверенную, необходимую сейчас надменность. Поэтому, баста! Мы обменяемся любезностями с Арисом Лайн лицом к лицу сейчас, или я не решусь на это никогда.

– Чудесно выглядите, мисс Лизавета, – тёмный поставил корзину с благоухающими цветами на столик рядом с моим бокалов сока. – Дерзну и попрошу дозволения обращаться к вам по имени.

– И все же вы пришли меня убить, – опустилась я в кресло и распрямила спину так, будто мне в позвоночник штакетину от забора вколотили. Шрамы на рёбрах вмиг возмущенно заныли. – Ваша вежливость разит наповал, господин Лайн.

– Я аор, мисс Лизавета, – мягко поправил Арис. – Господином принято величать мужчину лишь в Людских землях.

– Извините. Полагаю, за сорок смен монов в заключении вам опостылело столь досадное упущение, верно?

– Вы поразительно осведомлены о моей биографии. Однако какая удача, что упрощение этикета на Иппоре не считается преступлением. Разрешите? – тёмный кивком указал на занавески, которые едва колыхал ветер. – Здесь душно.

Я молчаливо кивнула, ощутимо сжимая подлокотники кресла, и Арис двинулся к открытому окну. Птички ахайя заволновались, едва тёмный замер рядом и подставил красивое, тронутое временем лицо слабому дуновению, а камни огня в жаровне подозрительно ярко заполыхали.

Мне и самой стало невмоготу.

– Не забывайте, у вас мало времени... господин, – «ошиблась» я вновь с извращённым удовольствием и потерла грудь, как на моей памяти всегда делал Велор во власти чувств. – Чем скорее обозначите цель визита, тем быстрее покинете мои душные покои.

– В столице только о вас и говорят, – помедлив, заговорил тёмный и развернулся ко мне лицом. – А цель визита… как и многие, я пришёл пожелать юной целительнице выздоровления и поблагодарить за помощь второму сыну. Нам несказанно повезло, что ваша самоотверженность…

– Прошу, не тратьте время на реверансы, Арис! Меня они не греют, – я подалась вперёд, крепко сжав тонкие деревянные подлокотники кресла, в груди клокотало, а горячие словарвались на волю. – И заметьте, мне все равно, дозволите вы обращаться к вам по имени, или нет.

– Ничего, – снисходительно улыбнулся тёмный. – Я понимаю, что этикеты на Иппоре и на Земле существенно разнятся.