Твоя любовь холодной бездной дышит...

Размер шрифта: - +

Глава восемнадцатая

Глава восемнадцатая

Агния всегда заходила в дом с торца, через небольшую дверь, предназначенную для прислуги, так было удобней добираться до своих покоев, а парадный вход она старалась избегать – тяжелые двери, стоящие на входе слуги, без помощи которых мощные двери не открыть, ей не нравились.

Но в этот раз почему-то свернула с дорожки к парадному входу. Слуга предупредительно открыл перед Агнией дверь, она шагнула в холл и лицом к лицу столкнулась с Мёрком.

Агния от неожиданности споткнулась и чуть не упала. Но её придержал за плечи Мёрк, и тут же убрал свои руки и отступил назад.

— Агния! – радостно воскликнул Мёрк, склоняясь в поклоне приветствия и широко улыбаясь. – Я так рад вас видеть.

— Я тоже рада вас видеть нэсс Мёрк, – приседая в реверансе и тоже улыбаясь, ответила Агния, – мы так давно не встречались. Я думала, вы меня забыли.

— Ну что вы, вас невозможно забыть. Прошу простить, но я не мог вас навещать, вернее, мне запретили вас видеть. Но я и сам счёл, что не вправе досаждать вам своим обществом.

— Кто запретил, я догадываюсь, но вас видеть я всегда была бы рада.

Мёрк быстро оглядел Агнию с головы до ног, но этот взгляд не оскорбил её, а даже наоборот – понравился, ведь она явственно ощутила восхищение. И в глазах Мёрка это видеть было приятно.

— Вы изменились, Агния, но стали ещё краше, – произнёс Мёрк, всё также улыбаясь.

— И старше, я уже почти взрослая… Аннерс, – произнесла Агния, зардевшись от смущения и немного запнувшись перед тем, как назвать Мёрка по имени.

— Да, вы уже взрослая, Агния, – согласился Мёрк, – и безумно красивая. Я хотел бы сказать, что бы там не говорил ваш отец, но мои чувства к вам искренни были несколько лет назад, и никакой дар на них не влиял.

— Вы знаете?! – удивилась Агния.

— Да, – кивнул головой Мёрк, – я знаю. Но ещё раз повторю, вы никак не заставляли меня, и всё, что я делал или говорил, это было не под влиянием вашего дара. В этом я уверен.

— Спасибо, – облегченно выдохнула Агния.

— Я бы пригласил вас на прогулку, но вижу, вы замерзли и промочили ноги, да и у меня неотложные дела. Но я хотел бы вас увидеть вновь.

— Я всегда буду вам рада, Аннерс.

— Счастлив это слышать, – опять улыбнулся Мёрк.

Агния зачарованно смотрела на него – как же ей нравилась его улыбка, как приятно было слышать опять его голос, как же она скучала по нему!

— Я могу вас навестить в ближайшие дни?

— Да, да, конечно, – слишком быстро и горячо согласилась Агния, и, поняв это, смутилась.

— А сейчас прошу простить меня, но, увы, мне надо торопиться. У меня назначена встреча, на которую я не могу опаздывать.

— Я буду ждать вашего визита, – попыталась церемонно ответить Агния, как положено взрослой девушке, но увидев, что Мёрк снова улыбается, опять смутилась.

Да, что же это такое! Она чувствует себя рядом с ним опять неуклюжим ребенком!

Мёрк поклонился Агнии и вышел за дверь. А она ещё постояла некоторое время, глядя на закрывшуюся дверь, затем чуть ли не вприпрыжку, радостно поспешила к себе.

***

Мёрк, идя к конюшне, хмурился и досадовал на себя. У него только что был неприятный разговор с Эрмериком. Тот высказал свои подозрения, что в Пэтрика, когда его тяжело ранили, вселился одьюл. Но это бред! Его же инквизиторы проверяли за это время не один раз. Инквизиторы просмотрели, не увидели в человеке одьюла? Это просто невозможно! Да и одьюла дольше, чем пару месяцев человек не может выдержать, а чаще всего хватает и пары дней для того, чтобы тело начало заживо гнить и разлагаться, оскверненный погибает в невыносимых муках. А Пэтрик уже два года живет и здравствует, даже стал намного сильнее и магически и физически. И вот как раз это Эрмерик поставил в вину, именно это кажется ему подозрительным. С чего бы у мальчишки, почти не имеющего дара, вдруг вырос магический потенциал так, что он с легкостью расправляется с самыми страшными чудовищами, лезущими из разлома. Мёрк сказал, что это можно объяснить, бывало так, что после болезни или ранения спящий дар просыпался. Но Эрмерик возразил, что никакого спящего дара у мальчишки не было. Он это точно знает. А то, что Пэтрик уже два года здоров и даже слишком, то может ему попался особенный одьюл, или вовсе не одьюл, а тварь ещё более мерзкая. Мёрк возразил опять, что все чудовища, когда-либо появляющиеся из разлома, исследованы, разделены на группы. Разнообразие их не так уж велико и они все перечислены, описаны уже давно, и новые, не учтенные не появляются с тех пор. Это и одьюлов касается.

Было и ещё, что очень беспокоило Эрмерика и по его мнению говорило о том, что Пэтрик оскверненный. Во время сильного прорыва погибла почти вся застава, где служил Пэтрик, в живых остались только он сам и ещё двое.

— Ты понимаешь? Он убил их всех! – почти в панике кричал Эрмерик, и это впечатлило и даже немного напугало Мёрка, таким взбудораженным он его никогда не видел. – В живых остались он и два человека, они новобранцы, то есть не служили с ним до его ранения. А все, кто служил с ним ранее, погибли!



Галина Турбина

Отредактировано: 20.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться