Ты всё узнаешь утром

Глава 5

Вдвоём нам удалось убедить его вернуться в дом. Светка шла к нам, но увидев, что мы возвращаемся, осталась ждать у забора. Только мы вошли, среди гостей повисла пауза. Глеб плеснул себе виски на половину стакана и осушил его залпом. Ожили девчонки, наперебой обсуждая соседа, пользуясь эпитетами: «ненормальный», «больной на голову» и прочее в том же духе. Мужики попытались что-то советовать, но разговор не клеился, потому как ни я, ни Глеб не принимали в нем участия.

– Дикость какая-то! – подвела Ленка, косясь почему-то на Глеба, следом сообщив что они уезжают.

С ними уехали Королёвы, как и планировалось изначально. Глеб сидел на диване с отрешенным видом, но еще злился, держа ярость в себе. Я машинально убирала со стола, Света загружала посудомойку.

– Ну, я это… поехал, – привлек внимание Вовка и пряча глаза, быстро заговорил: – Вы не подумайте, что я сбегаю и все такое, просто я действительно хотел пораньше, к тому же завтра…

– Все в порядке, Вов, – перебила я, успев про него забыть. – Давай, я провожу.

Я не закрывала дверь, решив дождаться пока гость сядет в машину. Он еще не успел отъехать, я увидела свет фар. «Полиция», подумала я, так и оказалось. Володя тронулся, выехал на дорожку, луч его фар выхватил автомобиль, идущий навстречу, подтверждая мои домыслы.

Экипаж прибыл целенаправленно к нашу дому и остановился, я ждала в дверях. Двое молодых полицейских, довольно внушительного вида, подошли и представились по форме, предварительно поздоровавшись.

– Соседи слышали выстрел, вам что-то известно по этому поводу? – обратился один из них.

– Юля, кто там? – услышала я голос Светы из коридора.

– Все нормально, это полиция, – отозвалась я, повернув голову, и опять повернулась к ним: – Стрелял сосед, вероятно, из ружья. Угодил нам в фонарь.

– Он адекватен? Я имею в виду: не пьян, в употреблении запрещенных веществ не замечен?

– Нет, не думаю. Ему лет семьдесят, наверное, его раздражал и фонарь, и наши гости.

– Жилье никому не покидать, – наказал он. – Мы скоро вернемся.

Они ушли к дому Херальда, я накинула кардиган и вышла на крыльцо, с него лучше видно. Ко мне присоединилась Светка:

– К соседу пошли?

– Ага. Глеб где?

– Сидит. Попросила не высовываться, вроде проникся.

– Спасибо, Свет.

– Господи, мне-то за что? – всплеснула она руками и прижалась ко мне, обхватив меня за талию.

Мы постояли так, вглядываясь в темноту. Освещения фонариков с дороги хватило, чтобы разглядеть, как полицейские скрылись в доме старика, почти сразу, как тот открыл дверь. Причем открыл он ее, незамедлительно, стоило им постучать.

– Юль, – протянула подружка и толкнула меня бедром в бок. – Это ж надо: кино и немцы. Кому расскажи, не поверят. Я чуть не уписалась от страха.

Мы немного «посмеялись в ус», вероятно не от большого ума, потому как люди обычно в таких ситуациях не хихикают, и вернулись в дом. Беспокойство, а с ним и нервоз, у меня сошли на нет, благодаря подружке. Света уселась на диван, я прошла в зону кухни, поставила чайник. Глеб по-прежнему вертел в руках стакан.

– Только не говори, что готова простить ему эту выходку, – поднял на меня глаза муж и отпил щедрый глоток.

Внешне, казалось, он абсолютно спокоен, но я видела - держит себя «в рамках». Этому он отлично обучился на службе, как-никак лицо, пусть и не самого лучшего, но и не среди отстающих, отелей города. Категоричный ответ означал бы одно – спор, не согласие, заводить его сейчас точно не стоило. Заварив пузатый чайник напитка, я достала три чашки, поставила на низкий столик у дивана и спокойно предложила:

– Давайте пить чай. А соседа оставим полиции, пусть сами с ним разбираются.

– Готова, готова, – ухмыльнулся Глеб, глядя на меня. Эта ухмылка мне совсем не понравилась. – Собачку ведь простила, уверен даже не заикнешься полиции про этот случай.

– Тот случай не имеет отношения к произошедшему сегодня. Если его посадят в тюрьму? Он же старик, для него это печальный исход.

– Никто его не заставлял устраивать тут Чикаго! – повысил голос муж. Отставил стакан, поднялся и заявил мне в лицо: – Я не собираюсь жить в страхе за твою и мою жизнь. Сосед перегнул палку. Он что вообразил: ему все можно?!

Последнюю фразу он почти кричал. Светка хмурилась, но не вмешивалась, налила чай и вцепилась в чашку, ощущая дискомфорт, от того, что стала свидетелем нашей размолвки.

– Глеб, ты пьян, – констатировала я ему.

– Хорошо – хорошо, – согласился муж. Отступил от меня, покачнулся и двинул к выходу из комнаты. Уже в дверях развернулся, вскинул руки и, кивая головой, заявил с сарказмом: – Я пьян, глуп и совершенно не смыслю в соседях. Спокойной ночи, дамы. Надеюсь, обойдется без боевых действий.

Мы еще чаевничали со Светой, тихо переговариваясь, когда полицейские вернулись. Глеб уже успел завалиться спать. Один мужчина остался на улице, осматривать место происшествия, второй вошел в дом.

– Я должен вас опросить, – сказал он, держа в руках ручку и бумагу, закрепленную на пластиковом держателе. – Где вы находились в тот момент, когда производились выстрелы?

Я ответила на этот вопрос, так же, как и на последующие за ним. Мужчина, звали его Олег Евгеньевич, все записал за мной и предложил подписать бумагу. Следом он опросил Светку, уже не так дотошно, чувствовалось для галочки. К нам присоединился второй полицейский, они немного переговорили между собой, я предложила им чай. Отказались.