Тысяча королей

Глава 13: Голос-из-Стали

Её облили водой, приводя в чувство. Подвешенная на цепях, она затрепыхалась, как муха в паутине. Подумав об этом, она сразу вспомнила всё, что произошло, а лучше бы не вспоминала.

Когда это всё закончится? подумала Орона.

Сначала она всё отрицала и защищала Храм Наук. Но это уже никого не могло ни в чём убедить. Особенно её вторых похитителей, которые вообще не собирались устраивать какого-либо честного суда.

Потом она отрекалась от связей с Храмом Наук, гордо задирала нос и сыпала угрозами. Она говорила, что явилась из Цинады и что её тоже использовали маги из Храма Наук. Она доказывала, что она цинадский дипломат первой величины, и что её смерть может в итоге камня на камне не оставить от Венозенга. Неужели эти люди так жаждут воевать с Цинадой? Как видно, они то ли совсем не думали, то ли их не пугала такая перспектива.

- Как вы это провернули? – снова и снова звучал вопрос. И зачастую её попытки сменить тему или упорствовать на незнании сопровождались ударом по лицу или по рёбрам.

В основном её пытал старец, довольно медлительный и, кажется, не очень подходящий для такой работы. Проделывал страшные дела он со скукой, неспешно. У них было всё время мира, о чём эти люди не раз напоминали узнице.

Они носили маски, капюшоны, но не всегда: судя по всему, лишь по улице, а внутри, в этих загадочных темницах они нередко снимали маски, чтобы продышаться, не обращая внимания на то, что это видит единственный пленник. Какой-то тайный клан, тайный культ или что? Возможно, эта группировка возникла только что из-за смерти Паука, но каковы мотивы этих людей - оставалось непонятным. Снятые маски пугали Орону, ведь она понимала, что похитители не боятся показывать ей свои лица, хотя должны были понимать, насколько преступными вещами занимаются по меркам цинадского Порядка. И то, что она видела лица мучителей, говорило о том, что они и мысли не допускают, что она выберется отсюда живой, а они потом предстанут перед цинадским судом, где она будет свидетельствовать против них.

- Сколько можно повторять? – хрипела она и сплёвывала кровь. Как минимум четырёх зубов уже не хватало, но она боялась и не хотела пересчитывать. – Я цинадский посол, должна была помочь местным магам представить титанов Пауку на одобрение производства. Нам нужны были деньги Паука и его разрешение, чтобы не было вопросов в дальнейшем – «а что это за сборище големов производится на моей земле?». К тому же это разрешение касалось добычи полезных ресурсов из рудников в Грандуа. Так какой нам смысл был убивать Лорда Паука? Особенно касаясь меня… Я в чём виновата? Зачем мне нужна была смерть Паука?

- Ты снова меня не слышишь, деванька, - ворчал старик, накаливая железный прут в жаровне, полной углей. Теперь они были вдвоём, до этого девушку спустили на стул, к которому приковали. – Меня не интересуют твои отговорки, кто прав или виноват. Вы единственные подозреваемые, а ты – единственная живая подозреваемая. Мне, точнее людям, стоящим выше меня, нужен только один ответ, доказанный способ, как вы уничтожили бессмертного Стража. Рано или поздно ты мне расскажешь об этом, но я бы советовал раньше, чтобы уходить в мир призраков менее обезображенной. И не терпеть столько мучений, сколько тебе предстоит терпеть.

- Нет, это безумие, не надо, одумайтесь! - хныкала Орона, жмурясь при приближении побелевшего от накала железного прута к её лицу. – Я не представляю, что ещё сказать. Вы точно ошибаетесь! Либо вы правы, но тогда меня подставили, как неосведомлённую дурочку, заранее списали сюда, зная, что под пытками я ничего не смогу рассказать, поскольку не знаю! Меня могли использовать! И Руция тоже! Я действительно ничего не знаю! Не надо, подождите, стойте!

- Сколько раз я подобное слышал, - вздыхал старик. Он оставил железный прут в углях, обошёл Орону, начал её ласково раздевать. Она брыкалась, но это никак не помогало. – Сколько логических цепочек здесь не строилось. Один раз дошло до того, что все факты из уст обвиняемого указывали на то, что надо пытать меня, а не его. И он на полном серьёзе предлагал это делать. – Старик усмехнулся, тыкнул себя пальцем в висок. – Говорил, что наши мозги населяют слизни и черви, он сам их видел, и что они управляют нами, но они тоже не переносят боль, и если пытать их – они вынуждены будут рассказать правду о своём злодейском заговоре, чтобы боль прекратилась. Днями мне это впаривал!

Он закончил раздевать жертву, скомкал и отбросил одежду далеко в сторону. Снова взялся за прут.

- Не удивлюсь, если у вас и вправду черви в мозгах! - психанула Орона, когда уже ощутила жар стали возле своего глаза.

- Я так не думаю, я видел мозги подопечных и некоторых своих бывших начальников. Мы внутри все совершенно одинаковые. А вот ты, милочка, сейчас вынашиваешь в своей головке правду о том, как погиб Лорд Паук. Кто если не ты? Других вариантов у меня нет, увы! И даже если бы я поверил, что мы ошиблись с тобой, мне бы всё равно пришлось тебя пытать, таков приказ у меня, таковы дела. Иначе сам окажусь на твоём месте, да-да. Так что мы сейчас повеселимся, а ты пока ещё в состоянии связывать слова подумай хорошенько, особенно потом, когда в себя придёшь, как нам обоим выпутаться из этого положения, хорошо?

- Я уже подумала. Дай мне лезвие. Если тебя не зарежу, то себя точно – одно из двух.

- Нет, так не пойдёт. – И с этими словами он воткнул раскалённую кочергу ей в щеку. - Понимаю, невелико самопожертвование для Скорлупы, - говорил он сквозь её визг. - Понимаю, что это всё, о чём ты можешь мечтать теперь - моя или твоя смерть. Но ничего, пока твой взор затуманен, сосредоточен на одной жалкой точке, ты узко мыслишь. Ничего, мы минуем эту первоначальную стадию. Может, через день. Может, через месяц. Уверяю тебя, ты ещё запоёшь по-другому.