У Безумия тоже есть цвет

Размер шрифта: - +

Глава 23

Дилан очнулся с чувством, будто проспал несколько лет — и это чувство было непередаваемо прекрасным. Слегка приподнявшись, он ощутил неприятную болезненность в области сгиба локтя и, осмотрев кожу, заметил на ней несколько следов от двух уколов.

В палате горел тусклый и мягкий свет. Слева от кровати отдыхал какой-то сложный медицинский аппарат, и Дилану хотелось верить, что врачам не пришлось использовать эту бандуру, чтобы вернуть его к жизни. По идее, Дилан провёл в виртуальной реальности не так уж и много времени, потому он был уверен, что просто поспал пару часиков и теперь, проснувшись, мог с радостью забыть о проклятом проекте «Психическая очистка».

Прямо тогда, когда у Дилана возникла замечательная мысль покинуть постель, в палату зашла медсестра и с белоснежной, учтивой улыбкой сказала:

— Вы проснулись, отлично! Я вызову вашего отца.

— Не надо отца, — страдальчески застонал Дилан и накрыл себя с головой одеялом. — Скажите ему, что я умер.

Медсестра изогнула бровь и несколько недоумевающе уставилась на Дилана, который все ещё из-под одеяла поинтересовался:

— А сколько прошло времени?

— Двенадцать часов, — ответила женщина. — Сейчас девять вечера.

— Нифига себе!

Дилан откинул одеяло и принял сидячее положение, с ужасом подумав, как двенадцать часов его жизни незаметно и безвозвратно ускользнули в неизвестном направлении.

— Вам рекомендован постельный режим, а ещё лучше — сон, — проговорила заученную фразу женщина.

— Конечно, конечно, — закивал головой Дилан, а медсестра, привыкшая и не к таким кадрам в «Нервусе», терпимо улыбнулась и покинула палату.

Не держащий данных секунду назад обещаний Дилан тем временем поднялся на ноги, зная, что в ближайшие часы ему будет точно не до сна. Сейчас его волновал Ласс Шейн, который вместе со своими вечными подружками — непредсказуемостью и жестокостью, мог учудить что угодно. Дилану очень не хотелось, но он понимал: с отцом просто необходимо поговорить, иначе быть большой беде. Нужно остудить его пыл, чтобы в дальнейшем обезопасить тех, кто может пострадать, попав под горячую руку главы корпорации. Только вот Дилан за столько лет так и не выяснил, как это правильно делается...

Прихватив свой телефон, он вышел из палаты и поплёлся по пустынному коридору, надеясь не встретить никого лишнего. Дилан набрал номер Ная Эвона, рассчитывая, что тот сразу же на радостях возьмёт трубку, но этого не случилось. Из динамика лишь донёсся холодный голос автоинформатора:

«Абонент не отвечает».

Дилан сильно занервничал и тут же стал убеждать себя, что это совершенно ни о чем не говорит. Этот недотёпа вечно где-нибудь оставлял свой телефон, поэтому наверняка перезвонит или напишет, как увидит пропущенный вызов.

В лечебном корпусе Дилана никто останавливать не стал, и он спокойненько направился к кабинету Ласса Шейна, удивляясь, что его не переодели в скучный пациентский прикид, а только сняли толстовку, оставив привычные джинсы и футболку не тронутыми.

Неужели проект «Психическая очистка» теперь не будет иметь никакого отношения к Дилану? Ему до сих пор в это не верилось. После того, как Гослойт получит все необходимые материалы (и тщательно отредактированные умельцами из технического отдела «Нервуса»), то тут же начнёт работу над телепрограммой, где всем гражданам наглядно продемонстрируют насколько психически нездоровые люди жестоки и опасны, убедив их, что казнь — необходимая мера по многим причинам.

Больше Дилана это не касалось, но расслабиться он все ещё не мог. Особенно, когда переминался с ноги на ногу перед дверьми кабинета своего невменяемого отца.

Дилан зашёл в личную обитель главы корпорации с таким тяжелым сердцем, словно ступил на эшафот с самым омерзительным палачом, каких только видел свет.

Ласс Шейн обнаружился на балконе, который по конструкции очень походил на тот, что был у Дилана в номере. На стеклянную крышу падали крупные хлопья снега, тут же тая из-за обогрева, обеспечивающего вместе с подсветкой идеальную видимость круглый год в любое время суток. Похоже, именно за этим процессом и наблюдал мрачный мистер Шейн, оперевшись о перила спиной и скрестив руки на груди.

На Дилана он даже не взглянул, и тот отчего-то почувствовал укол неясной обиды.

— Отличный зимний вечер, — заговорил Дилан, приближаясь к отцу. — Что, задумался о том, как долго твой водитель будет выкапывать машину из снега?

— Нет, — тихо ответил мистер Шейн. — Моя машина в подземной парковке.

— Предусмотрительно, — отметил Дилан и тут же спросил спокойным голосом: — Скажи мне, пожалуйста, где Най Эвон?

— Дома. Я отправил его отдохнуть, потому что завтра он нужен мне со свежей головой. Хочу, чтобы Эвон провёл максимально плодотворную беседу с Реймондом Шоу.

Услышав это, Дилан ощутил величайшее облегчение, а также обрадовался верности своих предположений по поводу Реймонда. Эвтаназия, с чьей помощью осуществлялось настоящее умерщвление в игре, против Шоу бессильна, ведь она по сути представляла собой инъекцию смертоносного медицинского препарата. Летальный исход ожидал бы любого человека, но только не Реймонда, организм которого поразительным образом игнорировал любые химические и лекарственные вещества.

— Удивительная у Реймонда способность, конечно, — с восхищением сказал Дилан. — Он прямо супергерой.

— Если бы... — угрюмо отозвался Ласс Шейн. — Я впервые сталкиваюсь с тем, что не могу обьяснить. Реймонд — сложнейшая головоломка, и не думаю, что когда-либо смогу ее решить. Особенно меня ставит в ступор эта непреодолимая тяга к смерти, поразительно.



Верона Кей

Отредактировано: 26.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться