У истоков вечности Часть 2

Размер шрифта: - +

Глава 28 Судебное разбирательство

(Наблюдения Уильяма Рэндалла)

 

Небольшой зал судебных заседаний сегодня пустовал. По обоюдному согласию сторон, не пожелавших предавать публичной огласки делу, заседание было объявлено закрытым.

Я немного нервничал. Коллинз задерживался. Обвинитель, стороны выдвинувшей иск, довольно ухмыльнулся, глянув на пустующее место. Стюарт Уинтер нанял одного из лучших на данный момент практикующих юристов.

Бойкий предприимчивый мужчина лет тридцати по имени Майкл Томпсон был известен своей бульдожьей хваткой и всепоглощающей толерантностью, в случаях, когда дело заходило о приличных гонорарах.

Он посмотрел на часы, улыбнулся развалившемуся на соседнем стуле Стюарту, и как раз собирался что-то заявить, когда в дверях, наконец, появился Джастин Коллинз.

Тигриная грация его далеко не хрупкого телосложения откровенно завораживала. Его лицо нельзя было назвать красивым, но его удивительное обаяние затмевало все представления о классических канонах. Блеск в его янтарных глазах свидетельствовал о его приподнятом настроении. Его поразительная подвижность, граничащая с лёгкой небрежностью, всегда немного настораживала меня.

Заявление, походу, застряло в горле обвинителя. И ему пришлось даже пару раз кашлянуть, чтобы вернуть себе дар речи.

Я с облегчением вздохнул. Мы познакомились в период реабилитации Джастина. Пять лет назад его родители фактически силой приволокли к нам своего, по их мнению, обезумевшего сына. И нам удалось аккуратно уладить это «недоразумение». В порыве благодарности Джастин обещал мне сотворить ответное чудо. Но, если честно, я не очень рассчитывал на это, когда обратился к нему пару недель назад. Особенно учитывая тот факт, что он оставил некогда блестящую карьеру адвоката и занялся преподавательской деятельностью. Я ошибался.

– Майкл! Какая приятная неожиданность – воскликнул он, оживлённо приветствуя своего оппонента.

– Да уж – снова поперхнулся тот.

– А я вот, решил стариной тряхнуть – продолжил Джастин, тряхнув своей соломенной шевелюрой, и демонстрируя увесистую папку у себя в руке. – Кстати, о старине. Может, уладим всё полюбовно, – он погладил лежащую на столе папку – и закатимся к старине Мюллеру?

Не понимающий сути происходящего, Стюарт нервно заёрзал на своём стуле. Майкл Томсон еле заметно вздрогнул, но твёрдым официальным тоном заявил:

– Вопрос обсуждению не подлежит.

– Мои соболезнования – беспечно отреагировал Джастин, располагаясь рядом со мной.

– Встать. Суд идет – произнёс заунывный голос.

Пожилой судья, путаясь в собственной мантии, грузно плюхнулся на своё место.

– Слушается дело…

Я, до сих пор, не перестаю удивляться изобретательности рода человеческого. Чего только не прозвучало в этом обвинении. Его перечень утомил, даже, самого читающего, и он обречённо стёр со лба пот, прикидывая масштабы предстоящих разбирательств.

– Истец – прогундел тот же голос.

– Стюарт Уинтер – галантно поклонился наш оппонент.

– Ответчик

– Уильям Рэндалл – представился я. – Так как охраняющие территорию поместья люди, подчиняются непосредственно моим приказам, то и ответственность за их действия несу непосредственно я.

– Все остальные участники недоразумения в установленном порядке предстанут в качестве свидетелей – поддержал меня Джастин.

– Недоразумения! – взвился, как ужаленный Стюарт, вскочив со своего места.

– К порядку – призвал судья. И Майклу Томпсону, чуть ли не силой пришлось водрузить его на прежнее место.

– Кхм… К качестве ответчицы так же обозначена некая Сьюлин Дардтон – изучая бумаги заметил судья.

– Ваша честь – вызвался Джастин, и получив разрешение, продолжил – Сьюлин Дардтон ещё не совсем оправилась после родов, к тому же с ней грудной ребёнок. Мы посчитали целесообразным разместить их в другом помещении до того момента, пока дело по иску не будет касаться непосредственно её. Имеется специальное разрешение – поддразнил он Майкла, передавая копию документа ему и судье.

Затем мы выслушали трогательную историю неразделённой любви Стюарта Уинтера к Сьюлин Дардтон в неподражаемом исполнении Майкла Томпсона. И о том, как коварная Сьюлин пыталась обманом заполучить его состояние, и том, как шантажировала его своей беременностью…

Я порадовался предусмотрительности Джастина, избавившей Сьюлин от необходимости выслушивать весь этот бред.

Наконец мы добрались до финальной части трагедии, где измученного внутренними терзаниями влюблённого злополучная чета Рэндаллов не допускала к общению с предметом его воздыхания. Так как к тому времени они уже основательно промыли мозги бедной девушке, возымев виды на её ребёнка. И в результате теперь, он не имеет никакой возможности видеть свою единственную кровинушку.

Я ужаснулся. Если бы Сьюлин всё-таки умерла, меня бы уже обвиняли в её преднамеренном убийстве…

Невозмутимый Джастин, словно прочитав мои мысли, едва заметно ухмыльнулся.

– Мне не хотелось бы лжесвидетельствовать – всплыло в моей памяти.

– Вам и не придётся. – Ответил он. – Работа хорошего адвоката в том и заключается, чтобы оградить своего клиента от подобных неприятностей. К тому же, я более чем уверен, что наши оппоненты не будут столь щепетильны в вопросах чести…

– Таким образом – пронзительный голос Томпсона вернул меня к реальности – я искренне надеюсь, что высокочтимый суд примет во внимание все перечисленные мною обстоятельства, сделает соответствующие выводы и сочтёт обоснованными требования моего клиента.



Рина Наури

Отредактировано: 03.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться