У кошки две жизни

Размер шрифта: - +

Глава 3.

– Катька!

– Машка!

Девичий визг, восторги, объятия, взаимный дружеский поцелуй в щеку.

Подруга принюхалась, учуяла резкий запах алкоголя, в недоумении захлопала серыми глазами, и Марусе пришлось в красках рассказывать о неприятности в троллейбусе.

Невысокая брюнетка Катя Савельева резко контрастировала с тонкой изящной блондинкой Машей, будучи почти на голову её ниже. Катька любила рок, удобные штаны и черный цвет, Маша предпочитала классику, юбки и светлые мягкие тона. Катька была резкой, шумной, иногда грубоватой, а Маша на её фоне вела себя как зажатая тихоня. Девушки крепко подружились на первом курсе в основном из-за того, что кроме них в группе числилось пятнадцать парней.

Иногда Катька шутила, что они с Машей розы среди навоза, но та с подругой не во всем соглашалась. Лёшка, например, очень хороший, умный, симпатичный, а остальные... На любительниц.

Катькин парень уже университет окончил. Он был старше на три года и служил на неплохой перспективной должности в полиции. То ли он уже стал лейтенантом, то ли всё ещё ходил в младших лейтенантах. Точно Маша не знала, а лезть в подробности не слишком хотелось – лишь бы подруга была счастлива. Тем более что она с кавалером уже съехалась, мысленно готовилась к скорой свадьбе, хоть и не признавалась в этом напрямую.

Сама Катя родилась не в N-ске, а Московской области и в возрасте десяти лет перебралась с родителями в частный поселок, в десяти километрах от города. Отец оттуда ездил на работу в N-ск и отвозил её в школу. Девушки познакомились только при поступлении, и у обеих возник один закономерный вопрос: «почему на инженера-конструктора?»

Катьке с её тогдашним пирсингом в носу, кричащим макияжем и яркими фиолетовыми волосами больше подошло бы стать художницей, а ухоженной Маше светил если не подиум, то профессия дизайнера-визажиста.

Оказалось, что обе посчитали машиностроение серьёзным делом, в котором они совершенно не смыслят, но обязаны разобраться! И разобрались! Четыре курса на стипендию учились на зависть одногруппникам парням и на радость родителям, что дочери получают хорошее образование.

А когда кто-нибудь, чересчур умудренный жизненным опытом, начинал рассказывать Марусе, что женской дружбы не бывает, она тепло вспоминала о Савельевой и говорила, что это всё чушь. Потому что у нее есть Катя – настоящая лучшая подруга. Теперь она, конечно, не носит пирсинг, не красит волосы во все цвета радуги, но по-прежнему предпочитает черные вещи, считая их практичными.

– Неделю у родителей в гостях, думала двинусь. С Васькой-то привыкла уже за полгода к самостоятельности, – призналась Катька, кривя губы. – Мама на здоровом питании свихнулась, пичкала меня какими-то брокколи на пару, а папа мне тайком бургеры привозил.

Маша усмехнулась, представив себя в похожей ситуации, но Тамара Андреевна диетами себя не обременяла – пироги пекла даже чаще, чем требуется.

Девушки прошли от остановки к калитке университета, ютящейся справа от высоких ворот, открывающихся только в связи с какими-нибудь знаковыми событиями, вроде приезда губернатора.

– А я просто отдыхала. Спала, ела, гуляла с Джеком, книжки читала, – рассказала она подруге и продемонстрировала перламутровый маникюр. – На салон красоты вот время нашла.

Катька хмуро посмотрела на свои некрашеные ногти.

– Покурим? – она с надеждой подняла глаза.

– Так я бросила, – девушка прошла сквозь калитку, ступила на мощеную дорожку, тянущуюся к дверям университета мимо цветущих клумбы, усаженных рядами бархоток.

– Знаю я твоё «бросила», – недоверчиво фыркнула Катька, сворачивая влево, к курилке. – В который раз-то? До следующей ссоры с Алексеем Дмитриевичем?

– У нас с ним всё нормально, – потупилась Маша. – Просто тогда случилось недоразумение.

– Ой! – подруга показательно схватилась за сердце. – Мне-то не заливай в уши! Недоразумение! Скажи, дурак твой Лёха, или больше мне не реви в трубку!

Прямота Катьки звучала обидно. Особенно обидно было оттого, что это правда.

Девушки приблизились к беседке с треугольной крышей за университетом, притаившейся в тени старого вяза. Там уже курила высокая девушка в очень короткой юбке, глядя в одну точку перед собой. 

– Наверное, через это все проходят, – умозаключила Савельева, заметив, что Машу задели её слова. – Притирка характеров и всё такое…

– Дай сигарету, – тихонько сказала Маша.

Катя помешкала, замерла со своим кожаным рюкзачком в руке, так и не достав сигареты из кармана.

– Маш, ты чего? Обиделась? Я ж это не со зла. Я ж переживаю.

– Я знаю… Просто, ты права.

– Конечно! Я всегда права. И сигарету тебе не дам. Ты бросила! – она выудила из кармана зеленую зажигалку. – Отойди на безопасное расстояние в десять метров. Как по закону.

Маша, смеясь, сделала пару показательных шагов назад. Образ хохочущей прикуривающей подруги начал тускнеть.



Зари Лен

Отредактировано: 21.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться