У меня аллергия на оборотней

Глава 15. Скорая помощь.

- Ну что столпились? - усталый женский голос задавал вопрос кому-то стоящему в коридоре. - Где раненые?

 Командир вдруг скомандовал:

- Отделение, на выход! - и все бойцы исчезли из комнаты, а их место стали занимать люди в белых халатах.

 Только один "шкаф на ножках" остался в комнате, хотя и потеснился к стене, освободив врачам место для маневра.

 Врач, женщина лет 45, увидев лежащую на полу Глафиру, развила бурную деятельность, командуя что-то медсестре, а та споро защелкала замками ящика с лекарствами, и стала набирать лекарства в шприцы.

 Аленка снова будто выпала из ситуации, слыша окружающих как сквозь слой толстой ваты и видя их какими-то смазанными тенями.

 Вдруг она заметила на командире спецназовцев странный рисунок, которого раньше не заметила, да и быть его там не могло - медвежонок. Тот спал, свернувшись комочком, и уткнув нос в передние лапы. Аленка моргнула несколько раз, не веря своим глазам - медвежонок никуда не делся, наоборот, стал четче, хотя фигура спецназовца, да и всех остальных, виделась размытой. Это не было рисунком на одежде - нет. Это было словно голограмма то ли поверх тела бойца, то ли внутри него. Как если бы на человека надели надутый воздушный шар как жилетку, человек двигался с ним, а рисунок был бы нанесен на оболочку этого шара. Только рисунок медвежонка находился на одном и том же месте - в районе живота бойца. И тут медвежонок открыл глаза и сладко зевнул. Аленка раскрыла глаза пошире - видение с медвежонком исчезло. Она встревоженно разглядывала бойца - бронежилет как бронежилет. Она попыталась снова поймать то состояние - расслабилась, осела поглубже на диван, даже глаза сощурила - ага! Медвежонок снова проявился. Он уже сидел и с интересом ее разглядывал. Бурый медвежонок, еще совсем маленький. А тот радостно закивал ей головой. Аленка от изумления опять широко распахнула глаза и видение исчезло. "Допереживалась до глюков" - решила девушка. А боец оказался стоящим совсем рядом с ней. Он наклонился, и отработанным движение снял с Аленкиных рук наручники. Аленка благодарно ему улыбнулась. И тут прозвучал вопрос врача:

- Кто оказывал первую помощь? Как смогли остановить артериальное кровотечение? Судя по количеству крови, оно было неслабенькое, а теперь, вроде как, и нет его совсем. Не понимаю. - и уже медсестре: - Пусть Егорыч понимается с носилками, потащим на выход.

 Аленка беспомощно хлопала глазами, не зная, что сказать. Правду? Так ведь не поверят. А что соврать - она не знала.

 И тут раздался голос командира омоновцев:

- Когда я вошел в помещение, девушка сидела и большим пальцем пережимала рану. Да вот не сообразил, чем она занимается, уложил на пол и наручники надел. Только сейчас понял, что она делала, а тогда думал - убивает.

 Врачиха проворчала:

- Вечно вы, мужики, вначале уложите девушку, а потом думаете, что наделали. А вам, девушка, отдельный респект! Всё правильно сделали! Если бы не ваши действия, она до нашего приезда не дожила бы. А вы так ловко прижали, видимо, что рана схватилась. Теперь опасности для жизни нет, в больничке физраствор покапаем для восстановления, и можете вашу тетю через недельку забирать, будет как новенькая. Кстати, откуда знаете, что нужно делать в таких случаях?

 Аленка пискнула:

- У меня бабушка фельдшер. Я ей позвонила, она и сказала, что делать нужно.

 Врачиха совсем возрадовалась:

- Во! Побольше бы таких бабушек и внучек! Нам бы тогда и работы было в разы меньше, сами бы на местах справлялись!

 В это время в дверях возник дядечка с носилками, Глафиру аккуратно погрузили на носилки, и вынесли из квартиры.

 Аленка рванула вслед за ней, но командир мягко притормозил:

- Стой! С тобой не закончили. Сейчас следаки приедут, показания возьмут, тогда и будешь свободна. Я наручи снял, но дальше отпустить не могу. И так уже инструкцию нарушил.

 Аленка прошептала "Спасибо" и снова уселась на диван. Она задумалась, зачем он сказал, что видел, как она зажимала рану пальцем, но сильно углубиться в раздумья ей не дали. Пришли полицейские.