Убийства в замке Видер

Размер шрифта: - +

Глава двадцать четвёртая. Взаимные обвинения

     Истошный  вопль  Марты  переполошил  весь  замок, и  не  прошло  и  нескольких  минут, как  все  собрались  в  комнате  Хельмута. При  виде  трупа  мужчины  побледнели, а  женщины  были  на  грани  обморока  и  истерики. Впрочем, Потсдорф  также  был  на  грани  обморока, и  глядя  на  его  бледное  лицо, можно  было  опасаться, что  он  хлопнется  без  чувств.

    Бейкер  боялся, что  при  виде  трупа  женская  половина  замка   будет  вести  себя  излишне  эмоционально, впадёт  в  истерику  или  ударится  в  слёзы. Но  он  не  учёл, что  здесь  также  была  и  Мари, которая  обладала  несгибаемым  характером, а  иной  раз  совершала  истинно  мужские  поступки. Увидев, что  ещё  чуть - чуть, и  Ангелика  упадёт  в  обморок, француженка  быстро  взяла  её  под  руку  и  сказала  побледневшей  Габи, стоявшей  рядом  и  не  спускавшей  взгляда  с  трупа:

-  Это  зрелище  не  для  наших  глаз. Пойдёмте  отсюда.

-  Да - да, -  пробормотала  Габи, не  отрывая   глаз  от   трупа. – Да - да… конечно. Конечно.

  Мари  вывела  Ангелику  из  комнат, и  Габи  медленно  вышла  следом.

  Инспектор  взглянул  на  оставшихся  в  комнате. Прибежали все, даже  служанки. Прижавшись  друг  к  другу, они  с  ужасом  смотрели  на  тело.

-  Всем  выйти, - жёстко  приказал  Бейкер. - Ждать  меня  в  библиотеке  и  никуда  не  выходить. Всё  ясно?

-  Ясно, - поспешно  сказал  бледный  как  смерть  Потсдорф, и, подавив  в  себе  тошноту, вытащил  Бинди  Би  за  дверь.

   Великая певица  почти  была  в  обмороке: ей  стало  дурно  при  виде  вздувшегося  синего  лица  повешенного.

  Вилма, прижав  платок  к  губам, поспешно  выполнила  приказ  полицейского. Следом  за  ней  так  же  поспешно  вышли  Марта  и  служанки.

-  Помогите, - коротко  сказал  инспектор  Райне.

   Тело  уже  успело  окоченеть, и  им  пришлось  потрудиться. Острым  перочинным ножиком  Бейкер  срезал  петлю  выше  самого  узла, и  когда  труп  несчастного  дворецкого  лежал  на  полу, аккуратно  разрезал   у  шеи.

-  Что – то  не  так? - спросил  Райне, видя, как  инспектор  внимательно  осматривает  тело.

-  Вы   заметили, что  нигде  нет  предсмертной  записки?

  Райне  огляделся, затем  прошёлся  по  комнате. Записки  нигде  не  было.

- Вот  именно, - подчеркнул  Бейкер, когда  Райне  сказал, что  ничего не  нашёл. -  Предсмертной  записки  нет. Обычно  самоубийца  пишет  предсмертное  письмо. Или  Хельмут  так  торопился  отправиться  к  праотцам, что  забыл  черкануть  нам  пару  строчек,  либо… Послушайте, вы  же  не  подумали, что  он  решил  уйти  таким  способом?

-  А  разве  это  не  так?

-  Он  не  решил. За  него  решили, - Бейкер  кивнул  на  тело. - Взгляните.

     На  шее  трупа  была  видна  тёмная  ровная  борозда.

-  Замкнутая, горизонтально  расположенная  борозда, которой  не  бывает  при  самоповешении. Его  задушили  верёвкой, а  уж  потом  на этой же верёвке  подвесили  к  потолку, попытавшись  инсценировать  самоубийство. - Бейкер  быстро  взглянул  на Райне: - Это  не  самоубийство. Его  убили.

  Он  поднялся  и  бегло  осмотрел  комнату.

-  И  нигде  нет  предсмертной  записки…

-  Обычно  самоубийцы  не  забывают  об  этом… И  тело  уже  закоченело, значит, убийство  произошло  три - четыре  часа  назад.

-  Значит, его  убили  либо  сразу  после  полуночи, либо  позже, – сказал  женский  голос.



Лилия Самойлова

Отредактировано: 30.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться