Убийство на дальних берегах

Глава 24

– Ящерица облезлая! Да чтоб у него все чешуйки повыпадывали на глазах у сородичей! Будет как курица переросток – поджаренный, разве что без гарнира. Нет, не так: чтоб чешуйки эти злополучные кто-нибудь медленно, растягивая удовольствие, выдёргивал, и он прочувствовал каждое мгновение, – Лора металась по комнате, в её глазах горел кровожадный огонь. Она активно жестикулировала и с остервенением пыталась мысленно кого-то прикопать.

– С твоей фантазией нужно было к Императору на службу поступать, – облокотившись на дверной косяк, я с любопытством наблюдала, как подруга замерла в первое мгновение, когда только зазвучал мой голос, и теперь с интересом ждёт, что же я скажу дальше.

– Почему это? – не выдержав первой, она поторопила меня с ответом.

– Ты бы вдохновляла палачей перед допросом. Вряд ли кто-нибудь устоял бы…

– Ну тебя! Тебе меня совсем не жалко! А как же наша дружба? – глаза увлажнились, губы слегка задрожали… на месте мужчин я бы уже кинулась её успокаивать, но так как я на своём месте, то просто села, спокойно ожидая, когда ей надоест. А произошло это очень быстро: когда нет верного зрителя, играть неинтересно…

– Мне вот что интересно: почему как курица поджаренный?

– Ты права, он не курица, а петух, – резкими движениями Лорабэль наливала в стакан воды.

– А поджаренный почему?

– А ты думаешь, какой-нибудь дракон допустит, чтобы жил облезлый собрат? Они же сами его и подпалят, чтобы вид не позорил…

Картина в голове вырисовывалась забавная: бесчешуйчатый дракон, стыдливо прикрывающий самое дорогое, под перекрёстным огнём других драконов бежал в нашу сторону. Огонь лизал его пятки, пробуя добраться до всего остального. Дракон же глазами Грегори с укоризной смотрел на меня, мол, как не стыдно о таком даже думать. Прыснув от смеха, решила всё же уточнить, того ли ящера я представила, а то Лорабэль, надувшись молчала в стакан с водой.

– Позволь спросить, по какому поводу столь бурные фантазии? Кстати, кого мне нужно представить на месте… облезлого ящера?.. – с трудом подобрав слова, с любопытством продолжила ожидать имя счастливчика.

Лора как-то резко сдулась и присела рядом со мной.

– Я даже не знаю… Порой на месте этой самой курицы можно представить меня. Я такая дура! – и, разрыдавшись, она уткнулась мне в плечо, зная, что я её обязательно поддержу.

Долгие годы тренировок дали о себе знать: положив свою голову на её макушку, я лёгкими движениями поглаживала спину. Большую часть времени она была адекватной, целеустремлённой и способной делать верные выводы. Но, отчего-то, отношения с противоположным полом всегда носили характер весьма своеобразный. Конечно, в этот раз подруга превзошла себя. И не знаю: то ли эта атмосфера острова так влияет, привнося в нашу жизнь большую свободу и раскрепощённость, то ли скопившаяся годами неудовлетворённость. Она – красивая девушка, всю жизнь привлекающая к себе внимание, только счастья ей это особо и не приносит.

– Я такая дура, да?  – эта фраза регулярно всплывала между всхлипами, вызывая во мне бурю негодования: кто же умудрился посадить эту мысль в её неразумную головушку? В очередной раз выдав то ли вопрос, то ли утверждение, решила, что пора завязывать, а то мы так долго можем сидеть.

– Да, определённо, ты – дура, – подруга замерла в моих объятиях и возмущенно посмотрела в глаза.

– Что? – непонимание и обида моментально высушили её слёзы.

– Ты так часто это повторяешь, что волей-неволей начинаешь задумываться. К тому же, если ситуация из раза в раз повторяется, конечно, степень накала чувств всегда разная, но суть… если все мужчины не те, может, стоить задуматься о себе?  И нет, я не говорю, что ты какая-то не такая, просто подумай о своём поведении: кого ты постоянно выбираешь? и почему? Тебе вечно нужно подтверждение, что ты хорошая, что ты не дура. Это не первые твои слёзы за те годы, что я знаю тебя. И всегда одно и то же. Лорабэль, я очень тебя люблю, но никогда не смогу тебе по-настоящему помочь, если ты сама этого не захочешь. Если не поймёшь, что всё, что о тебе думают другие, напрямую зависит от того, что ты думаешь о себе сама.

Обида в её глазах сменилась злостью, поднимая из глубин что-то неведомое и тёмное. Я понимала, что ранила её, но что-то не давало мне, как всегда, просто обнять её и успокоить, хотелось дать ей толчок для нового начала. Вот только добрыми намерениями выстелена дорога в места не столь желанные. Да и я не безгрешная и, вступив на эту хрупкую дорогу, не заметила, как пробудились демоны, что крепко спали.

– Да кто бы говорил! Ты вся такая правильная и разумная, но что из себя на самом деле представляешь? Ты искусно пользуешься своим же советом и культивируешь образ успешной и умной магесы. Но так ли это? Что у тебя внутри?

– Лора...

– Что?! Ты сама начала, а теперь хочешь успокоить, даже не выслушав. Вся в своём репертуаре. Тебе не кажется, что ты лицемеришь? Как ты там любишь говорить: не задавай вопросов, если не готова услышать ответ. Все твои действия кричат и нарываются.

Разговор вышел из-под контроля, перейдя на более высокие ноты. Вторя настроению, погода за окном начинала второй акт своего представления. Как-то незаметно тьма и тучи начали сгущаться, давя своей мрачностью. Вот и первая молния рассекла тьму, и, через некоторое время, за ней грянул гром, но всё это я чувствовала фоном, больше всего меня сейчас волновали фиолетовые глаза напротив, в них также грянул гром.



Ника Цезарь

Отредактировано: 11.08.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться