Учёный из Вааны. Часть 2: Важные сведения

Размер шрифта: - +

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

На улице стояло приятное летнее утро. Дымы котельных грязными дорожками над крышами домов тянулись на восток; со стороны моря, отделённого от Гноммоны двадцатью километрами державно-хозяйственных земель, набегали потоки свежего влажного воздуха. В нём едва уловимо присутствовали запахи растительности, плодоносной земли и животноводческого хозяйства. Надо сказать, эти запахи не были знакомы подавляющему числу ваанцев, особенно жителям срединных уделов, но Дар их знал, ведь по роду деятельности бывал в таких местах; и, конечно же, дышать этим воздухом ему нравилось куда больше, чем воздухом родного Громшага.

Итак, они с Пончем решили прибыть в книгарню к её открытию, надеясь, что в это время там ещё никого не будет и с книгарём им удастся пообщаться в спокойной обстановке. В восточную часть Гноммоны, где находилось искомое заведение, друзья отправились на развозке. Понч хорошо помнил, как добираться, и, выйдя из передвижного средства, уверенно повёл Дара по улице, немного поднимающейся вверх.

Навстречу им спешили гноммонцы, озабоченные только одним – побыстрее сесть в развозку, чтобы вовремя оказаться на работе. Глядя на них, Дар подумал, что ведь Гноммона из всех окраинных уделов находится ближе всего к границе; всего в каких-то одиннадцати километрах от северной оконечности этого удела по Приваанским горам проходит трёхкилометровая пограничная зона, а за ней начинается совершенно дикая земля. Там простор, там свобода, думалось Дару, там начинается неведомый край. Как можно не осознавать этого и просто бежать по бетонному тротуару, уткнувшись в него же глазами, и думать лишь о том, что впереди рабочий день, который нужно отработать в каком-нибудь кабинете, среди кучи бумаг, или в тёмном, пыльном цеху?.. Как можно довольствоваться этим? Как можно не понимать, что такая жизнь – скорее губительное недоразумение, чем высшее призвание разумного существа, и ты ничего не знаешь о своём месте в настоящем мире, который так близко, но которого ни ты, ни твои предки не видели уже несколько веков? Несколько веков, поразительно!!!

Размышления Дара, непроизвольно отвлекшие его от настоящих событий, вдруг были прерваны восклицанием Понча:

–    Что это такое?! Не может быть!..

Дар взглянул на товарища; тот выглядел растерянным и даже напуганным. Затем он перевёл взгляд туда, куда смотрел гном.

Улица, по которой они шли, оказалась совсем недлинной. Заканчивалась она тупиком, который виднелся уже в двух сотнях метров впереди. Там, в конце, стоял двухэтажный дом. Стоял он несколько обособленно относительно кучек других домов, располагавшихся по обе стороны улицы. К нему-то и приглядывался Понч. Это было обычное для всех спальных районов Гноммоны здание – четыре стены, вход с железным козырьком и крыша с четырьмя скатами. Но уже издали было видно, что с ним не всё в порядке. И чем ближе подходили друзья, тем яснее становилось, что здание перенесло сильный пожар. Стёкол в окнах не было, а стены над ними темнели от копоти, крыша частично провалилась; когда же Дар с Пончем приблизились ещё, стало видно, что перед входом в здание растёт бурьян. Это означало, что в таком состоянии оно стоит уже не первый год.

–    Это что, и есть та книгарня? – дрогнувшим голосом проговорил Дар.

–    Угу… – с трудом выдавил Понч.

–    А ты не ошибся?

–    Нет.

Поначалу гном не мог давать более длинных ответов. Однако, немного овладев собой, добавил:

–    Я свой удел хорошо знаю. Но как же так?!

Когда друзья подошли к зданию, все сомнения, как и хорошее настроение, развеялись окончательно: оно действительно было сгоревшим и заброшенным. Возле входа лежала сорванная с петель дверь, а на стене Дар увидел заржавевшую, облупленную табличку, на которой ещё проступали остатки слов: «Райо…ая к…игарня Гн…м…ны #6».

–    Да… Выходит, напрасная была поездка? – вымолвил Дар. – И всё, что пережили… А то, что здесь случилось, – не удивительно: книгарня – одно из самых пожароопасных мест. Много старой, трухлявой бумаги, достаточно нескольких искр от какого-то неисправного живточного прибора, и всё, как порох, вспыхивает. Досадно, конечно… что так вышло.

Понч только качал головой. Ему было не просто досадно, он был расстроен до глубины сознания. И Дар это понимал; он знал, что друг очень рассчитывал на эти книги, хотел с их помощью открыть ему что-то особое; кроме того, Дар видел, как Понч был счастлив оттого, что готовил ему этот подарок.

И вот он даже не знал, кого ему больше жаль: себя, потерявшего возможность прикоснуться к источнику столь желанных сведений, или друга, расстроенного внезапной потерей надежды эти сведения для них добыть.

–    Слушай, но ты же помнишь хоть что-то, – сказал Пончу Дар, – расскажешь… как получится. В конце концов, тогда, на крыше, начал хорошо.

Гном уныло взглянул на товарища и ничего не ответил. Вместо этого он медленно двинулся вдоль стены. Дар пошёл за ним. Друзья обошли здание, но с противоположной стороны оно не отличалось чем-либо примечательным: те же окна без стёкол с огарками рам, та же копоть на кирпичных стенах. За зданием находился небольшой пустырь, а за ним – улица и снова дома, дома…

Друзья вернулись к входу в бывшую книгарню. Понч осторожно заглянул внутрь, но ничего, кроме чёрных стен, обломков сгоревших стульев и висящих с потолка обугленных проводов, там не было. Гном сделал несколько шагов внутрь и остановился на пороге читального зала. Кто знает, что он надеялся здесь увидеть; во всяком случае, нашёл одно лишь удручающее сгарище. В других уделах такие заброшенные дома часто обживали бродяги, но в Гноммоне не было и их, поэтому здание пустовало в полном смысле этого слова.



Андрей Тимошенко

Отредактировано: 12.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться