Училка

Font size: - +

Глава 5. Контрацепция

Турка сходил в столовку и купил бледного чаю в граненном стакане. Пускай и не вода, но точно лучше, чем пить из крана. Чай бы кипятком заливают, наверное.

Под низким потолком столовой кружили мухи, как миниатюрные истребители. Воздух был густым и спертым, стояла влажная духота. Еще Турка взял кругленькую пиццу. Пацаны прикалывались, что вместо колбасы с сыром в тесто запекают крысиные хвосты и кишки.

Шуля бродил по столовой и стряхивал «по мелочи» с лошков. Турка тоже этим раньше занимался. А что, хочешь перекусить, а денег нет. Попросил у того рубль, у того два, вот тебе уже и обед.

Сейчас это показалось ему глупостью. Здоровенный лоб выпрашивает подачки у малых. Хотя раньше делал ведь так, и что такого вроде?

Один пацанчик из пятого класса пил густой малиновый кисель. Шуля подошел к нему и сказал:

— Малой, есть чо по мелочи?

— Не, нету.

— Что у тебя тут? Кисель? — Шуля покосился: на входе географ. Застыл и следит. — Смотри, муха села на край стакана! Фу, а ты пьешь. Да она личинку туда отложила, я видел. Сышь, малый! Не чеши — гони рубль.

— Правда, нету!

— Я тебя запомнил, — пригрозил Шуля. Кинул быстрый взгляд — географ скрестил руки на груди. Пацанчик пожал плечами и продолжил хлюпать киселем.

На историю собирались медленно. Мария Владимировна уже сидела за столом. Сегодня на ней была более плотная кофточка, белая с расклешенными рукавами и воротником-оборкой. Вырез V-образный, ткань натянута на груди достаточно плотно. Училка встала, взяла пыльную тряпку и стерла конец «сентября» (кто-то подписал вместо «р» букву «л»). Двумя пальчиками подхватила кусочек мела и начала выводить месяц заново. Буквы витиеватые, у Хазовой похожий почерк. Сплошные кургульки. Прописная «т» похожа на «м». «И», «ша» и «эль», написанные в одно слово, превращаются в сплошные английские «u».

— Звонок был? — спросила она, не оглядываясь. Мел скрипел по доске, на пол летели мелкие пылинки.

— Был, — ответил Вова и подмигнул Турке. На первой парте уже располагались близнецы Водовозовы, на привычном месте сидел умытый Рустам (он даже полотенце с собой носит), впереди Турки устроились Петя Русаков и Максимка. Последний по обыкновению чему-то усмехался под нос, искоса поглядывая по сторонам.

— А где ж остальные?

— Физкультура была.

— И что? — улыбнулась Мария Владимировна. — Хотя, в общем, я же сказала, что никого не держу. Учеба — дело добровольное, тем более на моих занятиях. Неохота, чтоб среди урока базар начался. Не буду говорить банальности, вроде «это вам нужно, а не мне», просто выставлю тройки в конце, да и все. Жалко, думаете?

— Так можно не ходить на уроки? И получить тройку просто так?

— Да, можно, — кивнула Мария Владимировна.

Вовка оживился, поглядел на Турку. Тот пожал плечами. Разыгрывает, наверно, их училка. Без году неделя в школе, а уже какие-то сказки рассказывает, новшества вводит.

— Только вы остальным не говорите, — проснулся Русаков. — А то вдруг кто-нибудь зайдет, и это самое… И вообще, вы же преподаватель! Разве так можно — разрешать ученикам…

— Петька, заткнись! — зашипел Вова. — Блин, а кто ж у меня мяч утащил? Он хоть и старый, но нормальный еще. Минька настоящая, не прыгает же! Дерьмо собачье… Я проверил кое-какие сумки, но без толку. Думаю, эти… — он мотнул головой.

Голоса вплыли в класс, хлопнула дверь. Шум, смех и ругательства, шарканье многочисленных подошв по паркету. Целая толпа ввалилась в кабинет, переговариваясь и хихикая.

— Разве не было звонка? — спросила Мария Владимировна. — Вышли и зашли, как положено. Постучали, спросили разрешения.

Заново зашли только наиболее адекватные. Тузов и компания «не услышали» замечание. Они расположились на «камчатке», без спросу открыли окно — задребезжало стекло.

— Мы после физ-ры! — пояснил Рамис. — Щас вонять будет.

Учительница изогнула бровь, но ничего не ответила. Села на стул и принялась листать журнал, покусывая кончик большого пальца. Турка разглядел кроваво-красные ногти.

Стало интересно: какие они на вкус, ее пальцы. Наверняка нежные и пахнут каким-нибудь мылом-кремом.

Турка никогда и никому не признался бы в собственных фантазиях. Насчет пальцев училки.

Появились Вол и Шуля. Они тоже проигнорировали просьбу выйти и зайти, как надо.

— А чо? — только и ответил Вол.

— Итак, начинаем урок, — улыбнулась Мария Владимировна. — У нас интересная тема. Новейшая история. Учебники у всех есть? Сегодня я немного расскажу о большевиках, что они вообще хотели, и как зародилось революционное движение. Вообще, планирую показать вам фильм про Романовых. Это последняя правившая династия Российской Империи. Знаете, что с ними произошло?

— Им поотрезали бошки! Всем! — выкрикнул Проханов. Многие загоготали.

Учительница кивнула:

— Верно. Только в следующий раз, если вы что-то знаете, лучше поднять руку. Тогда я поставлю в свой блокнотик плюсик. Накопится пять плюсиков— и это уже пятерка.

— Фига се, крутяк! — опять Проханов. Снова все засмеялись, а Мария Владимировна только вздохнула.

— Проведем перекличку.

Снова список фамилий и привычное: «Я!», «Здесь!», «Туточки!». Кто-то молча поднимал руку. У Турки в голове бродил приятный туман, и от него тяжелели веки, и голова сама легла на парту.



Павел Давыденко

Edited: 14.10.2017

Add to Library


Complain




Books language: