Училка

Font size: - +

Глава 10. В первый раз

На «скорой» ехали без мигалок. Турка сам не заметил, как задремал. Напротив него сидел Вовка, а рядом — Лена; никто не стал протестовать, когда она влезла в «Газель» вместе с пострадавшими. Нежные прикосновения и поглаживания облегчали боль почище любого лекарства, и Турка даже был рад, что получил по башке.

В больнице ребят немного потаскали по кабинетам, предложили госпитализацию, от которой пацаны хором отказались.

— Ну, раз так… Швы вам, слава Богу, накладывать не надо. Должно само зажить. Если только снова в драку не полезете! — улыбался доктор с усами-щеточкой и квадратными очками на широком носу. — Разве что перевязки делать придется. Соответственно, от школы я вас освобождаю…

— Обоих? — с надеждой спросил Вовка.

— Нет. У вас-то что, молодой человек? Синяки да ссадины. Жить будете в любом случае. Ну а вам, — обратился врач к Турке, — две недельки отдыха не помешают. А там уже и каникулы на подходе, верно? У меня просто внучка учится в третьем классе, поэтому знаю. Кстати, физические упражнения противопоказаны. Насчет питания — нужно налегать на белок, мяса побольше кушать, рыбу, орехи, творог. Любите творог?

— Я вот ненавижу творог, — наморщила носик Лена. Они сидели в кабинете все втроем. Тут было просторнее, чем в медпункте, кушетка отсутствовала, зато стоял большой стол, который явно выглядел недешевым. Еще в кабинете имелась куча ящиков, полированный шкаф с книжками, брошюрками и целой армией картонных папочек на завязках, а лекарствами почти не пахло.

— И очень плохо, девушка! Творог полезен. Мазь я вам еще выпишу, — врач быстро нацарапал на листке рецепт: что-то неразборчивое после цифры «1», витиеватые закорючки после цифры «2». — Берите. За справкой ко мне потом придете, заодно и посмотрим, как ваша голова заживет. Можете идти! Повезло вам все-таки, могло быть намного хуже.

— Череп как котелок, — бормотнула Лена, и все засмеялись.

Ребята вышли из здания. Солнце то проглядывало сквозь тучи, то снова пряталось за облаками. Спустились по ступенькам. Вокруг целая куча отделений: хирургия, травмпункт, роддом, «ухо-горло-нос».

— Вообще жесть! Стулом! Недоумок. Что ему теперь будет?

— Крыщу? — переспросил Турка. Мысли разбегались, и его вдруг посетило острое дежа вю. Как будто это уже было или будет. Почему-то он подумал про маму, она на днях в поликлинику собиралась сходить или сходила уже. Она в последнее время какие-то капли пьет и с тонометров почти не расстается. Давление, что ли.

— Засадить его надо. Можно заяву накатать. Только это, сам понимаешь, — не по-пацански.

— Ага, а если б он тебя убил? — воскликнул Вова.

— Да кого он там убил бы, — отмахнулся Турка. — Самое главное — что теперь Рамису будет? Выгонят из школы, как думаете?

— Вряд ли, — сказала Лена. — У него ж там папа-мафиози.

— Да какой мафиози! Торгаш обычный, — поморщился Турка. — У него точка на рынке, с овощами. Ну, знакомства он там с кое-какими людьми водит, но это все так, фигня.

— Пошли быстрее, вон шестьдесят первый! — воскликнула Лена.

В автобусе почти не разговаривали. Заплатили при входе, это нововведение действовало совсем недавно. Вова распрощался за три остановки до конечной, Турка и Конова поехали дальше.

— Ужас. Не знаю, что сделала бы с Рамисом, будь я учителем. Как теперь она будет преподавать? Мне подруга рассказывала, Светка из параллельного девятого, что Марию Владимировну облапали. А все потому, что она держится как подружка, а не как преподаватель.

— Облапали? Да кто ж ее мог облапать? — протянул Турка, вспоминая, как клешня Алика пролезла к трусикам Марии Владимировны. Конова продолжала говорить, и он смотрел на ее губы.

— Кучеров.

— Переросток этот, мажор? На «бэшке» который ездит?

— Да, он самый. Приколи, застали их. Правда, не при классе. Кучеров как будто остался после урока, мол, они с Марией Владимировной разговаривали[P1] … Не только разговарили, понимаешь. Зайдешь ко мне?

Поднялись по лестнице, Турка чувствовал себя как никогда возбужденным. Во всех смыслах.

— Чай будешь? Или молоко?

— А кофе есть?

Побеседовали ни о чем, шурша фантиками конфет. Конова все время внимательно поглядывала на Турку, а потом отводила взгляд и улыбалась. На вопросы не отвечала, отмалчивалась.

— Ну, все. Я уже до горла полон. Булькает внутри…

— Внутри, — повторила Лена и вздохнула. — Пошли, музыку послушаем?

— Музыку? — Турка облизнул губы, чувствуя движение в штанах. И тут же, следом за этим, по спине пробежал полк ледяных мурашек. — Давай.

Лена включила «MTV», там шла очередная «горячая десятка».

— О, моя любимая песня будет сейчас! — хмыкнула Лена. — Шутка, если что. Я эту фигню не перевариваю.

Они сидели на небольшой скрипучей софе в зале. Под ногами был ковер, рядом — журнальный столик, а на нем — баночка с витаминками «Ревит», тюбик крема для рук, колба с ватными палочками и позолоченная держательница с салфетками. И еще крошки.

На экране вертела задницей Дженнифер Лопес.

Турка положил ладонь на бедро Лене. Она сделала вид, что не заметила. Музыку Турка уже не слышал, в голове стучал пульс, а в груди дрожало горячее облако. Он вздрогнул, когда рука Коновой накрыла его ладонь. В следующее мгновение ее губы впились поцелуем в его рот, и облако в груди разорвалось жаром, а тело стала затягивать в небытие сладкая нега.



Павел Давыденко

Edited: 14.10.2017

Add to Library


Complain




Books language: