Удивительные приключения на паровом ходу

Размер шрифта: - +

Глава 15

На следующий день дети проснулись от холода. Утренняя роса сделала одежду влажной, а небольшой ветерок пронизывал до костей. Микра, дрожа от холода, резко села, соображая, где находится и что здесь делает. Рядом уже скакал на одной ноге Ким, пытаясь хоть как-то согреться.
- Можешь опять развести костер? - спросил он, одновременно громко стуча зубами. – А то вчерашние дрова в пепел превратились.
Микра поежилась и потерла руками плечи. 
- Согласна, как-то нынче зябко, - снимая с шеи папин подарок, пробормотала она.
Ким уже все приготовил для костра. Он не складывал дрова шалашиком, а положив поперек самую толстую палку, остальные ветки облокотил на нее, а под ними, в образовавшемся пространстве, засунул мелких сучьев и жухлой листвы. Девочка чиркнула своим чудо-устройством, и трава занялась огнем.
- Как такое возможно? – воскликнул Ким. – Не видел ни разу, чтобы огонь появлялся из железной коробочки. Это магия?
- Папа называл эту коробочку зажигалкой, - Микра покрутила в руках металлическую безделицу и передала ее мальчику.
- Вот это вещица! Надо же, ей и роса нипочем?
- Папа предупредил меня, что в воду кидать нельзя, и надо следить, чтобы жидкость, не помню, как она называется, была залита в бочок.
- Удивительно, - покачал головой пораженный Ким и вернул зажигалку. – Повезло тебе с родителями. Я бы хотел, чтобы мой отец тоже был инженером.
- А кто у тебя папа?
- Я не знаю, я рос в приюте.
- Приют? Что это такое?
- Это такое жуткое место, куда бросают ненужных детей, - едва слышно произнес Ким.
- Разве дети бывают ненужными? – удивилась Микра. – Мне, казалось, дети рождаются от любви.
- Ну, видимо, я и пара десятков других таких же детей рождены были от чего-то другого.
- И что ты там, ну, в приюте, делал? - нахмурилась девочка.
- Работал. Как только ходить научился, так сразу в дело пустили. И на поле выгоняли пахать, и в скотный двор, за животными убирать. Много где побывал. Детей постарше в шахты ссылали, уголь добывать. Это у них называлось «дать шанс». Если ты детдомовец – тебе одна дорога, как стукнет десяток лет, так добро пожаловать в шахтеры. А это, я тебе скажу, не слишком благодарная работа. Сидишь весь день на присядках, да породу перебираешь голыми руками. Камни острые, у наших все руки в порезах были. А где грязная рана, там и гангрена. Мало кто до пятнадцати лет доживал в полном здравии. В общем, я горбатился на приют, а как время подошло меня к старшим перебрасывать, так я и сбежал. Не хотелось всю жизнь в шахтах просидеть, к том же еще и калекой. С тех пор вот беспризорник. 
Микра вспомнила, как слышала однажды про беспризорников в деревне. То, с каким презрением, страхом и брезгливостью отзывались о них, заставило ее тогда подумать, что это вроде вредителей каких-то. Она воображала, что беспризорники – это такие неудачники, которые остались без приза в каких-нибудь соревнованиях и теперь мстят за это всем в округе. Этими соображениями она тут же поделилась с мальчиком.
- О да, я остался без главного приза - без родителей, - невесело засмеялся Ким и полез в карман штанов. Оттуда он выудил еще один небольшой кусочек засохшего сыра и, разделив пополам, протянул один Микре. – Знаешь, лучше быть беспризорником, чем сидеть в вонючем приюте.
- Так сильно воняет? - удивилась девочка.
- Да, воняет так! Если бы ты знала как… - он глянул на сыр и, поняв, что куски получились слишком маленькие, сложил их вместе, все еще протягивая Микре. - Несправедливостью и бедой детей. Кушай и в путь, тут недалеко.
Девочка взяла только один кусок, и Ким, пожав плечами, закинул оставшийся целиком себе в рот. За разговором они не заметили как обсохли и согрелись. Затушив костер и собрав вещи в плед, они отправились через лес обратно на дорогу. Выйдя на нее, дети пошли прямо, в направлении, куда уехал вчера краб. По пути они объедали еще не спелые ягоды с придорожных кустов, болтали обо всем, что приходило в голову, и казалось, что знают друг друга одну тысячу и миллион лет. Не забывали ребята, впрочем, и прорабатывать план, как получше все обставить и вызволить капитана. По подсчетам Кима, у них есть от силы пара дней, иначе потом будет поздно. Микра поделилась с мальчиком всей своей историей, рассказала вкратце о цирке и о собаках, которые их преследовали, а Ким, в свою очередь, рассказал ей, как познакомился с капитаном Ежом и его командой. Оказывается, мальчик от голода украл у крестьян курицу, но те его поймали и собирались уже учинить самосуд. Тут-то и подоспел капитан Еж, который с командой Олофов преследовал богача в надежде поживиться его добром. Оставив свою добычу, Еж не раздумывая кинулся спасать Кима. После этой истории в глаза Микры капитан уже не казался кровожадным пиратом, он больше походил на своеобразного героя, просто с небольшими странностями. Ближе к обеду ребята набрели на поле, которое начиналось сразу за двумя ровными рядами полос деревьев. В углу, где молодые высокие тополя образовывали угол, красовалась табличка с надписью: «Поле». Микра вопросительно посмотрела на Кима, но тот лишь махнул рукой.
- Поле надо пересечь, пойдем.
Они пошли прямо по перепаханной недавно земле, стараясь, впрочем, не наступать на едва видневшиеся небольшие всходы. На полпути дети наткнулись на еще один криво сколоченный щиток, гласивший: «Таблички не ставить!»
- Ерунда какая-то, - немного испуганно усмехнулась девочка.
- Для здешних мест это нормально, - ободряюще улыбнулся ей Ким. – Хочешь, покажу еще одну?
Микра согласно кивнула, и когда они достигли противоположной кромки леса, Ким не стал в него заходить, а направился вдоль. Вскоре они наткнулись на тропинку, уходившую вглубь чащи, а рядом с ней стояла очередная табличка с надписью: «Волков бояться! В лес не ходить!» 
- Вот, моя любимая. Если ее вытащить, уже через полдня на том же месте появится новая.
- Удивительно! И чья это работа? 
- Волки, видишь, же написали – волков бояться! – засмеялся Ким. – Уже не знают, как еще себе грозности добавить.
- Не говори глупостей, волки писать не умеют! - авторитетно возразила Микра, но приглядевшись к корявым буквам добавила: - Или умеют?
- Да не обращай внимания, это просто ненормальные волки.
- У меня создается впечатление, что нормальная во всем этом только я, - скорчила носик девочка. - И чем дольше живу, тем все вокруг чудаковастее.
Ребята воспользовались тропинкой и по ней довольно скоро выбрались на небольшую прогалинку, которая начиналась очередной надписью, выведенной на неказистом указателе: «Без одежды нет надежды!». Поперек лужайки тек едва заметный ручеек, а возле него сидел огромный бурый волк. Самый настоящий волк, только одет он был в розовую рубашку с цветастым рисунком и, сидя на задних лапах, полоскал в воде миску, держа ее в зубах. Выйдя из леса, Микра не сразу его заметила и когда прочла надпись, так громко засмеялась, что волк подпрыгнул, взвизгнул, выронил миску и устремился в ближайшие кусты.
- Это и был волк? – ахнула девочка, по сказкам знавшая, что эти животные очень грозные хищники, способные не только искусать, а даже съесть взрослого человека.
- Я же говорю они ненормальные.
- Ну да, волков в рубахах не каждый день встретишь, - согласно кивнула девочка и, подойдя к ручейку, подняла упавшую миску, - тем более, моющих посуду.
- Давай тут передохнем, - предложил ей Ким, усаживаясь на траву рядом. – Правда, еды у нас совсем не осталось. 
- Ты что, а как же зверь? Вдруг он вернется и не один, а с компанией?
- Да это трусливые псы, а не волки, - усмехнулся мальчишка. - Они не вернутся, уж поверь. Он счастлив, что убежал.
- Откуда ты знаешь?
- Я в этом лесу уже очень давно живу. Мы с пиратами иногда их гоняем ради развлечения.
- Это жестоко – цокнула языком Микра. – Разве это развлечение? Зачем так делать?
- Сам не знаю, - устало вздохнул Ким. Сообразив, что его спутница не одобряет такое времяпрепровождение, он постарался перевести тему: - Посидим с полчасика и пойдем дальше.
- Нет, надо вернуть миску и извиниться, - категорично покачала головой Микра.
- С ума сошла? Пойдешь к волкам?
- Ты же сам сказал, они безобидные. К тому же в рубашке, значит - интеллигентные.
- Что? Интеллигентные волки? Ты хоть соображаешь что говоришь? Это дикие звери!
- В отличие от тебя, да, я всегда соображаю, что говорю! И если волки пишут таблички, носят рубашки и едят из мисок, то они вполне цивилизованные животные. 
- Ха! Вот это поворот! – усмехнулся ее дерзости Ким. – Тогда и иди сама к ним, а я останусь тут. Без меня ты все равно заблудишься!
Ким нагнулся к ручейку и принялся старательно умываться. Девочке ничего не оставалось кроме как, раздраженно притопнув ногой, усесться рядом.
- Как кушать хочется, - жалобно произнесла Микра, чтобы нарушить затянувшееся молчание. - У тебя не осталось ни крошечки сыра?
- Не-а, сам голодный, - вздохнул Ким и присел рядом.
- А долго еще до логова-то идти? И как мы на голодный желудок воевать будем? – Ким молчал. – А мне бы роботы сейчас приготовили бы вкусную яичницу. Или картошечку запекли бы. 
- Ну, хорош, хорош. У меня уже слюни потекли, - перебил ее Ким. – Слышишь, как в животе урчит?
Они замолчали и действительно услышали, как неподалеку в низеньких кустах, куда еще десять минут назад сквозанул волк, что-то рычало или урчало.
- Дети, я говорю, всего лишь дети, – услышали они чей-то зычный полушёпот, - а ты всполохнулся так. Дети не опасны!
- Еще как опасны, - вскочил Ким и пригрозил кулаком в сторону, откуда слышался голос. – Вот сейчас как дам, неделю бока болеть будут!
- Ну что ты такое говоришь, - перебила его Микра, хватая за поднятую руку и опуская ее вниз. – Мы не причиним вам вреда.
- Гхм, прошу простить меня, господа, - из кустов вышел огромный черный волк. Впрочем, он тоже был одет в цветастую рубаху, которая смешно топорщилась на его спине и явно жала в груди. Пуговицы, казалось, вот-вот разорвутся. - Меня зовут Капоч, я хозяин этих мест.
- Очень приятно, - девочка присела в реверансе, - а меня зовут Микра, а это Ким.
- Хозяин он! Не смеши мои штиблеты! Здесь единственный хозяин - капитан Еж, это любой собаке ясно.
- Ким не надо, - умоляюще уставилась на него девочка.
Волк совсем вплотную подошел к ним и сел рядом. Даже в такой позе он выглядел больше чем внушительно, но еще внушительней выглядела его пасть, полная острых зубов, которые Капоч, впрочем, специально не выставлял, просто дышал он через рот, высунув язык.
- Может собаке и известно, - спокойно продолжил этот громадный волк, - только вот мы - волки, не собаки, мы вольный народ, и пришли сюда задолго до людей и ежей. Хотя, впрочем, я не об этом хотел вести свой разговор. Один мой подопечный, кхм, прошу прощения, обронил тут важную для него вещицу. Думаю, вам не составит труда ее вернуть?
- Тарелка, что ли, важная вещица? – издевательски захохотал Ким.
- Зря вы так, молодой человек, скептически относитесь к этому важному предмету обихода. Мы, народ дикий и вольный, но не лишены чувства прекрасного, поэтому для нас важны такие удобства, как миски или, например, одежда. В лесу, знаете ли, нелегко добыть необходимую утварь, разве что снять с хладного трупа какого-нибудь мальчишки-забияки.
Волк говорил спокойно, слова его были наполнены благородством, но недвусмысленный намек привел Кима в какое-то странное удивление, и он оторопело уставился на волка.
- Не обращайте на моего спутника внимания, господин Капоч, - взяла в свои руки инициативу Микра, - он долго яшкался с плохими людьми, вот и научился у них хамству. Вот, пожалуйста, ваша миска, мы не хотели пугать никого, это вышло случайно.
Тут из кустов выскочил ощетинившийся волчонок. Скача сразу на всех четырех лапах, он за десять прыжков достиг детей и грозно зарычал. Конечно, учитывая его размер, рык выходил больше похожим на писк, а вздыбленная холка и вся эта напускная грозность придавала ему такой умильный вид, что и Микра и Ким невольно заулыбались.
- Тяф, порву! – пропищал щенок. - Как Грузик Трельку.
- Тузик грелку, - спокойно поправил его Капоч и лапой отодвинул, все так же скачущего юнца, от незваных гостей.
- Как Тазик Трельку! – продолжал щетинится щенок.
- Какой грозный у вас охранник, - всплеснула руками Микра.
- Тузик, палка, палка, - подразнил его Ким и сделал вид, что бросает что-то очень далеко в кусты.
- Палка, палка, - обрадовался щенок и бросился в ту сторону, куда полетела мнимая приманка.
Ким повалился со смеху, а Капоч прикрыл глаза лапой:
- Какой позор, - вздохнул он. – Тютя, вернись, нет там никакой палки.
Из кустов показалось еще двое взрослых волков, так же одетые в рубахи, видавшие виды, в некоторых местах даже с дырками и, настороженно принюхиваясь, присоединились к своему вожаку. Прибежал и Тютя, разочарованно глядя на Кима.
- Обмаанщиик, - заворчал он и лег подле Капоча.
- Итак, - продолжил черный волк, - мы закончили на том, что вы, милая леди, просили прощение у меня за несдержанность своего друга. Что ж, все мы его прощаем, но не будете ли вы так любезны, объяснить, что он делал с нехорошими людьми? Вы употребили очень интересное слово. 
- Да? – удивилась девочка. - Хамство?
- Нет, это слово я знаю. Другое, яшмолся, яшволся…
- Яшкался? 
- Ах да, именно это слово. Что оно означает?
- Понятия не имею, - честно призналась девочка. - Только так всегда говорил мой папа, когда кто-то, по его мнению, очень достойный, разговаривал с нехорошими людьми.
- Понятно. Если вы не против, я это слово хотел бы записать и употреблять?
- Я, конечно, не против, - пожала плечами Микра. - Слова мне не принадлежат.
- А вы не будете ли так любезны сказать мне, кому принадлежат слова?
Ким и Микра переглянулись, не зная, что на это ответить.
- Ладно, я так и думал, - вздохнул волк. - Понимаете, владельцы слов записывают их в такие тоненькие таблички, а потом связывают чудесным образом в толстые вязанки. У меня есть две такие вязанки, мы их всегда на рассвете читаем. Хотите, покажу?
- Лучше бы еду нам показал, - пробурчал Ким, которого вежливые разговоры начали уже раздражать.
- О, гости голодны? Тогда прошу к столу, - волк лапой прожестикулировал в сторону кустов.
Микра на миг замерла, боясь самой оказаться ужином для, пусть и интеллигентных, но все же зверей. А вот Ким, наоборот, самоуверенно ухмыльнулся и направился в сторону, указанной волком. Это приободрило маленькую девочку, и она последовала за ним, стараясь одновременно не отставать и не выпускать из вида волков. Рядом с ней гордо шагал Капоч, а следом все остальные. Только Тютя, схватив в зубы миску, бегал от начала процессии к ее концу, постоянно разглядывая новых знакомых сзади и спереди.



Маричка Вада

Отредактировано: 09.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться