Удивительные приключения на паровом ходу

Размер шрифта: - +

Глава 18

На пятом этаже своей башни, придвинув изысканный кованый столик практически вплотную к балюстраде, в удобном плетеном кресле сидел Граф де Ширак и попивал утренний черный кофе. Аромат напитка переплетался в воздухе с едва уловимыми фруктовыми нотками, источаемые стоящим в углу, тут же, на балконе цитрусовым деревом, и игриво щекотал ноздри колдуна, приводя того в еще большее умиротворение. Завтрак граф сопровождал прочитыванием свежей газеты. Но ничего из увиденного не задерживалось в голове у него, так как думы графа летали совершенно в другом измерении. Вчера он побывал на знатном обеде одного высокопоставленного советника при короле, естественно в качестве особо приглашенного гостя. И на свою беду, пока припудривал нос в вотерклозете, стал случайным участником семейной ссоры между хозяином вечеринки и его женой. Выслушав, какими упреками осыпала знатная госпожа своего несчастного мужа, граф совершенно уверился, что выбор холостой жизни самый, пожалуй, правильный.
Теперь же, устроившись удобно в уютном кресле, он представлял себе сцены семейных скандалов с несостоявшейся женой Аэлиндой - сцены жестокие, мрачные - и про себя наслаждался тем, что все это только плод его воображения. Графу было хорошо и приятно, а дышалось совершенно легко и свободно. И хоть его сподручные до сих пор не нашли ни краба, ни роботов, он осознал, что все это совершенно теперь неважно. Еще немного и проклятый инженеришка расколется, да и выдаст весь секрет. В конце концов, как долго может протянуть человек на одной воде?
Первая полоса газеты притягивала внимание пестрым заголовком: «В знаменитом цирке произошел раскол, Куковякин и Кукобякин остались ни с чем!» Под буквами, напечатанными жирным шрифтом, красовалась фотография двух очень толстых близнецов в совершенно нелепых пиджаках, топырящихся к низу в разные стороны, будто накрахмаленная юбка.
- Ну и чушь, - усмехнулся граф. Он, конечно, не нуждался в чтении газет. Обладая огромным количество информаторов во всех уголках сухопутного континента, осведомленность графа заставляла завидовать даже самого короля. Но иногда, время от времени, пребывая как сегодня в отличном настроении, граф любил почитывать так называемую желтую прессу, чтобы позабавить себя скандалами простых людишек и посмеяться над их глупостью. – Такой знаменитый цирк, а я о нем ничего и не слышал. Еще и имена такие дурацкие. Ну-ка, что там у вас, несчастные. 
Граф развернул газету на указанной странице и принялся читать статью про циркачей. Первое же предложение гласило: «По данным нашего скрытого источника, бывшего работника цирка, имени которого мы не можем разгласить, Братьев циркачей покинула знаменитая группа «Краб на паровом ходу». Все, без исключения, ее участники – Шляпа, Фонарь и Дверца, а так же их менеджер, Маленькая Леди. Великолепные песни в исполнении этих трех роботов с первых нот покорили сердца миллионов своей необычностью и простотой. Исключительный электронный слух и совершенная схожесть с людьми – вот то, что так привлекает к ним толпы поклонников. Их песни напевают все - простые крестьянские дети во время жатвы и великие владыки во время прогулок. Нам стало известно также, что вместе с ними труппу покинули: иллюзионистка Розовая Фея и силач Грин. Но братья не унывают, а заявляют, что все артисты оставили крупный откуп ради своей свободы. Оставшаяся труппа направляется в сторону океана, но о планах братья-близнецы не стали делиться с нами».
- Что!?! – подавился граф своим кофе. Он вскочил с кресла и со злости зашвырнул чашку с остатками напитка прямо в кадку с деревом. Потом он пнул столик и тот, перевернувшись через перила, полетел вниз. Колдун заорал в открытую дверь: - Привести ко мне этих братьев! Быстро! Немедленно! Иначе за вашу слепоту я всем перережу глотки! И три сервиза в башню! 


***


Воодушевление капитана быстро прошло, когда он вспомнил о деревьях. Подозревая, что просто их срубить роботы опять не согласятся, капитан поделился опасениями о долгих сборах с новой командой.
- О, ну можно попробовать кое-чего, - вдруг заявил Дверца. – Нижнее сочленение ног краба состоят из двух раскладывающихся балок, при должной сноровке можно пробраться поверх деревьев. Правда, у мастера не дошли руки до полной разработки этого механизма, поэтому возникнут некоторые трудности с равновесием. Но, думаю, можно рискнуть.
- И вы молчали? – всплеснул руками обескураженный капитан Еж, пристально глядя на роботов.
- Ну вы не спрашивали об этом, - обиженно парировал Шляпа.
- Можно было и догадаться, что двойные балки не для красоты, - насмешливо поддакнул Фонарь.
На это возразить капитану было нечего, поэтому он по своему обыкновению только плямкнул губами.
- Ладно, за дело.
Работа по перестройке краба завершилась уже за полдень. Разделив с волками обед, бывший еще накануне сытным ужином пиратов, они распрощались со всеми и отправились в путь. Тютя хотел кинуться следом и звонким лаем проводить своих друзей, но его инициативу перехватили старшие и направили неугасаемый поток щенячьей энергии на более важное дело. Поскулив вслед удаляющейся в раскачку машине, малыш с воодушевлением принялся расчищать свое новое жилище. 
Однако внутри краба обстановка накалялась в буквальном смысле слова. Машину болтало из стороны в сторону, люк топливного отсека приходилось все время придерживать рукой, а подкидывать топливо на ходу, совсем не выходило, потому как уже раскрасневшийся уголь норовил выскользнуть из объятий печи и прижечь кого-нибудь, а то и вовсе начать целый пожар. Фонарь со Шляпой едва успевали вылавливать случайные искры. Но это было еще не все. Краба так трясло, что даже закаленный в воздушных боях капитан Еж заметно позеленел и обзавелся парочкой новых шишек, вскочивших на месте столкновения его лба и стен краба. Было решено людям покинуть неустойчивую машину и идти впереди, оставив роботам дальше развлекаться в своеобразной карусели.
- Где океан, я, надеюсь, вы знаете? – уточнила Микра у капитана, как только шум паровой машины остался позади.
- А, да, - небрежно махнул рукой тот, - через пару дней будем.
- Будете ли вы так любезны остановиться около какого-нибудь водоема? – спросила девочка.
- А это еще зачем? 
- Видите ли, - замялась Микра, отчего-то застеснявшись, и едва слышно добавила: - Волки сказали, будто от меня воняет. Мне необходимо искупаться.
- Детка, ну ты выдумщица, - рассмеялся капитан. – Ты путешествуешь с тремя безносыми роботрониками, в сопровождении пиратов, которые очень долго жили с другими мужчинами, брезгующими своей гигиеной. Поверь, для нас ты благоухаешь.
- Все равно, - возразила Микра, - леди даже в лесу должна оставаться леди. 
- Ох, уж эти девчачьи заморочки, - вздохнул Ким.
- Не думаем, что это такие уж девчачьи заморочки, - вдруг возразил капитан ему Еж. – Все-таки где бы ты ни был, да и кем бы ты ни был, а терять человеческий облик не стоит. Мы решили остановиться возле какого-нибудь водоема и искупнуться. И считаем это прекрасной идеей. Все равно нам идти через Великое Болото, если хотим срезать большую часть пути.
Но к вечеру показался город, а никакой, даже мало-мальской речушки не встретилось. Микра и Ким сходили в поселение, купили немного свежей еды, и краб, не сбавляя скорости, помчался дальше. 
Без остановки роботы гнали машину на пределе возможной скорости три дня и три ночи. Жизнь внутри супротив внешней стремительности текла степенно. Микра и Ким постоянно болтали, рассказывая друг другу о своей нелегкой жизни. Капитан Еж предпочитал проводить время в одиночестве, постоянно бормоча что-то себе под нос. Предательство команды никак не выходило у него из головы.
Вскоре дорога обрела узнаваемые черты. На четвертый день краб проехал дорожку вглубь леса, по которой если пройти, то можно наткнуться на остатки лачуги, где жили роботы и Микра с инженером Тимом до всего случившегося.
А к вечеру показалась и узкая тропа к рыбацкому озерку, началу болота. Правда она уже совсем заросла, было видно, что по ней давно не хаживали. Дверца свернул к озеру и загнал краба в него. Все так соскучились по свежему воздуху, что решение переночевать, наконец, на природе, принято было единогласно. Роботы наскоро соорудили из веток удилища и принялись ловить рыбу, одновременно охраняя Микру, которая неподалеку купалась. 
Ким с капитаном последовали ее примеру и тоже приняли водные процедуры, правда, прямо в одежде, а потом развалились под заходящем солнцем на берегу. Плотно поужинав, Ким и Микра сели возле костерка и принялись вяло доигрывать в игру «Чехарду», начатую еще утром. Капитан ходил неподалеку и как всегда разговаривал сам с собой: 
- Нас предали, и кто, родные Олофы! Зато мальчишка, ох, молодец. И как он все устроил. А роботы, они должны были подчиняться нам, но услышав «держите капитана», схватили и потащили. Как это возможно? Может это какое-то кодовое слово? – Капитан огляделся и крикнул – Держитесь капитана! – но роботы никак не отреагировали, продолжая заниматься своими делами. – Нет, дело не в коде, хотя теперь есть девчонка…
- Ты, наверное, думаешь, что он совсем не в себе? – спросил Ким, которому окончательно надоела игра, тем более, что никак не удавалось разгадать слово, а он использовал уже все подсказки. - Но послушай, он хороший человек, хоть и капитан пиратов. Поверь мне.
Девочка только пожала плечами. Сейчас она поняла для себя одно - мир взрослых слишком сложный. Взрослые все не те, какими кажутся. Как выступление Мариэльки - каждый из них создает свою иллюзию для окружающих, одевая на себя «настоящего» тонкую оболочку невидимости. И это сильно расстраивало Микру. Она вспоминала о папе, думала о маме и все больше волновалась. А что если и они на самом деле обманщики? Что если и они не те, кем хотят казаться? Но Ким воспринял ее подавленное состояние на свой счет, и продолжил, отвечая на вызов:
- Ну, если так посмотреть, твоя компания не лучше пиратов! Вон, глянь на своих роботов, - мальчик указал пальцами на разбредшихся по поляне друзей Микры. Фонарь лежал на животе и разглядывал включенными глазами муравейник, попутно сжигая букашек. Шляпа вычищал костюм от гари и сетовал Дверце, который, к слову, в новой тетради писал очередные стихи, о нелегких буднях путешественников и о стеснении в возможностях придерживать свой гардероб в порядке.
- Этак и голым остаться можно, - ворчал Шляпа.
- Голым можно так остаться, коль все время кувыркаться, - лаконично подвел Дверца и принялся опять записывать. – Гениально.
- Компания как компания, - опять пожала плечами Микра. – По мне это лучше чем стайка трусливых Олофов. К тому же они мои самые лучшие друзья.
- Лучше, - согласился Ким. - Но я и не подозревал, что так бывает. У меня никогда не было друзей. В приюте каждый сам за себя, а когда я оттуда сбежал, то кроме оскорблений, угроз и камней ничего и не видел. Но в чем моя вина? В том, что у меня нет родителей? Наверное, все думают, раз меня бросили даже они, то я просто отброс. Только капитан Еж не бежал от меня как от прокаженного. Наоборот, он дал мне кров и еду, он, пожалуй, единственный мой друг. И я могу тебе сказать с уверенностью – у капитана Ежа очень доброе сердце.
- Ким, это все так ужасно! Я никогда бы не подумала, что ты отброс. Честно-честно. Нет разницы, кто у тебя родители, дело в самом тебе, какой ты. И капитан, как по мне, обычный человек, я даже и не думаю ничего такого о нем. Не переживай, вы нисколько меня не стесняете, - Микра вздохнула. – Просто… Просто, я переживаю: ну дойдем мы до океана, дальше что? Карты-то все равно нет, увы.
- Карты к сокровищу? – встрепенулся капитан. - Ее утащили братья циркачи? Надо их поймать и скрутить им головы!
- Ой, не надо, - испуганно запротестовала Микра. - Они может и вредные, но это все от жадности. Они очень любят деньги.
- А кто же любит деньги не очень? Ха!
- Мне вот никаких денег не надо, только бы найти маму, - девочка задумчиво уставилась на небо.
- Если мама-золотце, то почему же не любить ее очень? – усмехнулся капитан, но взглянув на Кима замолчал, а только закусил губы и с громким «плямк» выпустил их обратно. – А что вы даже приблизительно не запомнили? Может, удастся начертить?
- Что начертить? – поинтересовался, подходя, Фонарь. – Знаете, я хорошо владею чертилами.
- Там было стихотворение, но что оно значит, нам не удалось разгадать, – перебила его Микра и повторила его, как заклинание: - Встаньте крабу прямо в сердце, и откройте в Дверце дверцу, пусть посветут здесь Фонарь, дело в гогглах так и знай.  
- Ну, так бы и сказали. Все же предельно ясно, - фыркнул капитан. - Дверца ходи сюды! И ты, как там тебя, тюрбан. А ну все в краба.
- Шляпа, позвольте вас поправить, - тактично откорректировал Фонарь, но его никто уже не услышал.
Все поспешили за капитаном в краба и столпились возле двигателя. Крышку Дверцы раскрыли на максимально возможную ширину и Еж скомандовал:
- Зажигай, Фонарь! 
Фонарь врубил свои глаза на максимальную мощность, светя прямо на крышку.
- Все дело в гогглах, - самодовольно заявил капитан и натянул на глаза очки. – Ничего, - констатировал он.
- Эх, - разом вздохнули все собравшиеся. 
- Но на это должно быть объяснение! Дайте нам подумать, - капитан перекатился с пятки на носок и обратно. – Та-а-ак: карта, дело в гогглах. Но гогглы не работают. Может гогглы это переносное значение? Например, глаза, увеличительные очки, что еще? – потом перебил себя. – Не умничай! Если дверца в Дверце, Фонарь светит, то и гогглы это гогглы, - капитан Еж замотал головой и обратился к девочке. - Есть что-нибудь еще? Может папа оставлял тебе какие-то особые устройства?
- Нет, - вздохнула Микра, - только краба и трех роботов. В дневниках наверняка было объяснение.
- Краб и три робота. В каждом частица карты. В крабе особое место, и Фонарь светит, и Дверца как полотно. Ну, я и шляпа! – подпрыгнул на месте капитан Еж и с треском хлопнул себя по лбу.
- Нет, Шляпа это я! – возразил ему робот.
- Точно! Шляпа, снимай шляпу! 
- Вот еще, я там лыс. И мастер категорически запретил снимать, а то могут повредиться гогглы.
- Гогглы! – закричали в один голос Микра и Ким.
- Ну конечно! – радостно возвестил Еж. – Дело-то в гогглах!
Шляпа нехотя отдал капитану свой цилиндр. Тот аккуратно снял очки и приставил их к глазам:
- Ничего, - спокойный голос капитана вызвал разочарованный вздох. Глянув на детей, которые не могли поверить своим ушам и стояли, выпучив глаза, он рассмеялся. – Да мы шутим, карта есть!
Гогглы прошлись по рукам и каждый смог удостовериться, что на Дверце вполне четко прорисовывалась карта огромного количества подводных дорог. На ней обозначалось и столица дивного народа, и города поменьше, но пунктирная линия шла дальше, гораздо дальше, и упиралась в подводные скалы. Красный жирный крест стоял над гротом, а всю скальную гряду обнимал своими щупальцами гигантский кракен, похожий на осьминога-переростка.
- Вот оно, сокровище! – восхитился капитан. - И его охранник! Наверняка, такое чудовище охраняет грот не спроста! Возможно, там хранится казна всего подводного народа. И теперь мы идем к нему, теперь это будет принадлежать нам! А трусливые Олофы не верили, что можно стать морским пиратом! - и залился звонким смехом.
За ним засмеялись все остальные. Теперь им не нужны были дневники, чтобы продолжить путешествие и дальше. Роботы затянули свое любимую песню, а Ким с Микрой принялись приплясывать. Они кружились друг с другом под руки, пока мальчик случайно со всей силы не наступил в невесть откуда взявшуюся лужу, аккурат возле стенки. Все затихли и уставились с удивлением на воду.
- Это не я, - тут же заверил Шляпа.
- Но и я не напивался до такой степени, – Дверца покосился на Фонаря, который молча мотнул отрицательно головой. Тогда все уставились на капитана.
- А мы при чем? – возмутился тот. - Мы вообще этим не промышляем.
- Это не наша вина, вон смотрите, - девочка указала на щель, сквозь которую тонкой струйкой сочилась вода.
- Свистать всех наверх, - скомандовал капитан. – Мы сейчас утонем!
Дверца оказался ближе всех к кабине управления, и посему, как только его нога коснулась пола второго этажа, принялся яростно свистеть так, что у остальных заложило уши.
- Отставить свист! – прокричал капитан. – Машина, ходу!
Шляпа уже развел огонь и краб привычно заурчал и запыхтел. Они выбрались из озера и оставили его в стоячем положении, чтобы вода могла стечь. Микра и Фонарь подтирали лужицу всем, что попадалось под руку. 
- Что ж, нужно оценить масштабы трагедии, - подытожил капитан. - Ким что думаешь?
- Точно нужно будет запаивать, - почесал мальчик свой затылок. – Но неизвестно, что там с внешней стороны, а сейчас уже темно, утром только увижу.
- И как этот инженер собирался путешествовать на нем в океане? - пробормотал капитан. - Глупость какая, это ж надо додуматься было – морские пираты! Воды мы всегда боялись, да и плавать не умели.
- Нет, - перебила его бормотание девочка, - все работало как надо, это вы его уже повредили!
- Мы ничего не вредили, не было такого! – возразил Капитан Еж. - Может Олофы пытались что-то отодрать?
- Может и Олофы. В любом случае, сейчас уже поздно. Я очень устала, пора бы и спать лечь.
- Я, чур, на диване, - заявил капитан, но тут же все неодобрительно уставились на него. До этого дня они спали по очереди, Ким все чаще на полу, капитан в кресле рубки управления, а Микра на своем диване. Видимо теперь, Ежу надоело неудобство и он решил поправить дело. 
- Диван для маленькой леди, - безапелляционно заявил Дверца.
- Мы старше, наши кости очень боятся сырости.
- Диван для маленькой леди. Простите, мужчины спят отдельно, - подтвердил Фонарь.
- Мы все-таки капитан! - топнул ногой Еж, но уже не так уверенно.
- Держись капитана! - закричал Шляпа и схватил того за руки. Остальные роботы подхватили за ноги и капитан Еж оказался вышвырнут за борт.
За ним, смеясь, по лестнице спустился Ким.
- Нет, ну наглость, мы к ним как к родным, а они к нам...
- Они правы, все-таки это дом девочки.
- Крабэ принадлежит нам, мы его захватили!
- Но роботы так не считают.
- Это потому что сетки на них нет, - капитан потряс в воздухе кулаком. – А то ты бы их быстренько перенастроил!
- Это невозможно. Мне удалось с ними только договориться, чтобы спасти вас. Они помогали сугубо добровольно.
- Вздор! Сугубо добровольно, как ты говоришь, могут поступать только люди. А они обычные пустые железяки!
Капитан сжал губы, шумно выдохнул и принялся устраиваться на камне.
- Сейчас бы волчья шкура не помешала нам,- бормотал он.
- Волки такие же живые существа, что и мы. Вам бы понравилось, если бы они укрывались человечьей кожей?
- Какой ужас, - громко сглотнул капитан Еж. – Но что ты предлагаешь человечеству? Мерзнуть?
- Почему же, люди уже давно выращивают для этих целей овец, например. Их стригут, а из шерсти крутят нитки. Очень теплые одеяла получаются. Убивать для этого совершенно не обязательно.
- Но между тем, сами волки убивают! Да, да, живых существ. Мы видели, мы знаем. Они убивают миленьких маленьких зайчат. Тебе что не нравятся зайчики?
- Они это делают не ради забавы, а для пропитания. И когда волк сытый, он лишь защищает свою территорию, но не имеет намерения просто так причинить вред.
- То есть ты считаешь, что убийство возможно только в случае крайней необходимости?
- Так я и считаю.
- Тяжело же тебе будет быть пиратом. Мы подумаем над твоей судьбой позже, а сейчас пора спать. Спокойной ночи, Ким. – Капитан отвернулся от него на другой бок и принялся нашептывать себе: – И спорит, спорит с нами. Еще и какие-то совершенно добропорядочные вещи говорит! Мы его этому не учили, это все девчонка. Точно девчонка и ее проклятые роботы!
- Спокойной ночи, капитан, - произнес Ким с нажимом и тоже отвернулся от него на другой бок.
Вскоре к ним спустились роботы и по настоянию девочки накрыли бывших пиратов теплым пледом, чтобы те не замерзли. Всем необходимо было выспаться, ведь завтрашний день готовил новые сюрпризы.



Маричка Вада

Отредактировано: 09.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: