Угонщица: откровения любовницы

Font size: - +

Глава 20. Пока часы двенадцать бьют

Стоило нам войти в дом, как тут же к нам из комнаты выбежал мой пятилетний племяш Андрюшка.

– Ле–е–ена! – захватил в кольцо мои колени он, крепко обняв меня. Я не сдержала улыбки, и, даже не успев снять куртку, присела и обняла его, что есть сил. Рождение Андрюшки было одним из самых ярких событий в нашей семье с тех пор, сколько я себя помнила. Он был очень похож на моего брата, а поскольку мы с братом тоже были очень похожи, мой племяш был маленькой копией и меня тоже: белобрысый, сероглазый, с высоким лбом и очень солнечной улыбкой. Он рос смышлёным и очень любопытным и уже в свои пять разбирал и собирал всё, что могло быть разобранным и собранным.

Пока мы разувались и снимали верхнюю одежду, из комнаты вышли мой брат Костя с женой Оксаной и поприветствовали нас. Я обняла их, Виталий представился, они познакомились, и мы вошли в гостиную. Скоро должны были приехать мои тётя с дядей, и я, оставив Виталия в обществе брата и всем своим видом демонстрируя своей семье, что мы с ним действительно не более чем коллеги, направилась на кухню, помогать маме разбирать привезенные продукты и накладывать угощения. Сервировкой стола в гостиной занималась Оксана.

Мама, поставив запеченное мясо в микроволновку для подогрева, вот уже пару минут просто стояла напротив меня и наблюдала, как я перекладываю салаты из пластиковых контейнеров в хрустальные салатницы. Я, чувствуя на себе этот её пристальный взгляд, подняла глаза и, не выдержав, спросила:

– Что?

Мама тут же рассеянно моргнула и, опустив глаза, открыла крышку очередного контейнера, чтобы начать перекладывать картофельное пюре.

– Да ладно тебе, спрашивай, что хотела. – Усмехнувшись, сжалилась над ней я. Терпеть не могу, когда мама мучается в неведении и строит молчаливые догадки, изводя меня своим изучающим взглядом. За двадцать с половиной лет своей жизни я изучила этот взгляд вдоль и поперёк, и знаю, что лучше мне самой удовлетворить её тревожное материнское любопытство, нежели потом расхлёбывать последствия её нервяков. Мама заметно расслабилась от этой моей открытости, и, уже почти закончив перекладывать пюре в большую глубокую тарелку, спросила:

– У тебя сейчас есть молодой человек?

Я на секунду замешкалась. Она не задавала мне этого вопроса уже очень давно.

Я, открывая новый контейнер, подняла на неё глаза и ответила:

– Мам, ну какой молодой человек, у меня работы выше крыши, – я мягко улыбнулась, пытаясь показать, что говорю чистую правду. Раньше эта отмазка всегда срабатывала – а что? У меня никогда толком–то ничего серьёзного и не было: так, развлекалась, гуляла, получала удовольствие, но не связывала себя никакими длительными обязательствами, и, тем более, с родителями ни одного из своих парней не знакомила. Как говорят в Париже – секс не повод для знакомства. Шучу, конечно. Мои связи не были настолько случайными, всё–таки попытки поддерживать какие–то стойкие отношения были, но мне кажется, что ни один парень, с которым я встречалась, не мог быть со мной так долго на одной волне, да и я не хотела жертвовать своей «волной», потому и разбегались. Стоит ли воодушевлять родню знакомством с моим ухажёром, если я и сама–то не уверена, долго ли он продержится? Я просто никогда в них не влюблялась настолько, чтобы решиться на этот шаг. Мама кивнула, как обычно, но на этот раз этим дело не ограничилось.

 Слегка прищурившись, она, помедлив секунду, спросила:

– А не очень молодой?

И тут уж я не смогла так безупречно и мягко отреагировать. Это слишком смелое предположение вывело меня из равновесия. Пальцы, в которых я держала деревянную ложку, сжались на её рукоятке ещё сильнее, и я, сделав вид, что крайне увлечена перекладыванием угощений, пользуясь тем, что длинная чёлка нависает над глазами, скрывая от мамы мой стыдливый взгляд (откуда это чувство стыда? Я ведь не совершила ничего, за что мне могло быть стыдно! Почти ничего…), отозвалась:

– На что это ты, мама, намекаешь? – а сама продолжала интенсивно выгребать из контейнера оливье.

– Не глупи, Лен. – Я услышала в мамином голосе усмешку. – Ты прекрасно поняла, о чём я. Просто так в канун Нового года о работе поболтать не приезжают, и уж тем более не соглашаются на предложение отметить этот праздник с людьми, которых видят в первый раз в жизни. – Заключила мама, уверенная в своей правоте. И она действительно была права.

– А кто говорит, что просто так? – согласилась я, понимая, что возразить тут нечего. – Но ведь «не просто так» ещё не означает, что он – мой немолодой человек, – усмехнулась я, наконец, подняв глаза на мать.

Мама улыбнулась мне в ответ, поняв, что ничего от меня не добьётся. Каково же будет её удивление, когда она узнает о том, что тот, кого она мне только что приписывала в кавалеры, женат. Больше мы о нашем внезапном госте не говорили.

Когда мы уже почти закончили с раскладыванием еды, была почти половина одиннадцатого. Поскольку мы прерывались на приветствие прибывших тёти и дяди, это заняло у нас чуть больше времени, чем планировалось.

Праздничный стол в гостиной, стоявший недалеко от зажжённого камина, уже был сервирован Оксаной, и оставалось только принести туда блюда и расставить так, чтобы всё поместилось. В дальнем углу гостиной красовалась огромная пушистая ёлка, украшенная блестящими игрушками и сверкающими огоньками, а в креслах возле неё сидели Костя и Виталий и о чём–то оживлённо беседовали. Папа ушёл переодеваться в спальню на второй этаж, и тут я вспомнила, что мои сумка и гитара по–прежнему стоят в прихожей, я так и не успела отнести их в свою комнату.

Я поставила принесённую тарелку с пюре на праздничный стол, бросив короткий взгляд на нашего гостя, я поймала его взгляд, такой же короткий, как и тот, что послала ему я, и, отвернувшись, вышла из комнаты с намерением отнести, наконец, свои вещи в комнату. Вернувшись в прихожую, я тут же увидела стоящие в углу сумку и чехол с гитарой, и, подойдя к ним, водрузила гитару на своё плечо и взяла сумку в руки. Развернувшись, я сделала шаг и внезапно врезалась в чью–то широкую грудь, облачённую в тёмно–синий джемпер. От неожиданности отшатнувшись, я подняла глаза и встретилась взглядом со стоявшим передо мной Виталием. Я впервые видела его, одетого не в деловом стиле: чёрные джинсы в сочетании с тёмно–синим джемпером делали его совершенно непохожим на того надменного начальника, которого я встретила в первый день своей работы в сериале.



Инна Глагола

Edited: 28.12.2018

Add to Library


Complain