Угонщица: откровения любовницы

Font size: - +

Глава 24. Somewhere Only We Know

Знаете, что удивило меня больше всего в этот вечер? Мне очень захотелось ответить на вопрос Виталия в WhatsApp, зависший ещё с наших с Мишей посиделок за чашкой кофе, но я впервые в жизни не знала, что ответить на самое обычное сообщение в переписке. Ведь он теперь и так догадывается, чем я была занята в тот момент. А может быть, даже напридумывал себе чего похлеще…Не отвечать же вовсе тоже было как–то грубо.

Мои пальцы долго бегали по клавишам на экране, то набирая, то стирая возможные варианты ответа. Я чувствовала себя абсолютной идиоткой. Полусидя в кровати под толстым теплым одеялом в кромешной темноте, нарушаемой только светом от экрана смартфона, я боролась со своей растерянностью.

«Занята чем–нибудь?», – раз за разом перечитывала я коротенькое сообщеньице. Отправителя не было в сети с самого момента его отправки.

«Собираюсь ложиться спать», – всё–таки решила не выдумывать ничего «эдакого» я.

Ответа не было почти час. Через сорок минут напряжённого ожидания я успела даже слегка задремать. Именно поэтому сигнал входящего сообщения, разбудившего меня, заставил судорожно хлопать ладонью по кровати в поисках мобильника.

«В таком случае – спокойной ночи. Или неспокойной, как тебе больше нравится». – Сказал, как отрезал. И снова поставил меня в тупик. Это звучало и грустно, и грубо одновременно.

Поняв, что из этой беседы ничего путного сегодня не выйдет, я не придумала ничего лучше, чем ответить:

«И тебе спокойной», – и, положив телефон на прикроватную тумбочку, погрузилась в тревожный сон.

 

Наше обоюдное молчание угнетало меня вот уже третий день. Съёмки шли своим чередом, однако Виталий на них больше не появлялся.

Через пару дней должны были возобновиться мои репетиции, только вот идти на них мне совершенно не хотелось. Странное ощущение: хотеть написать человеку и не решаться сделать это. Как маленькая, ей–богу. А ещё больше хотелось набрать номер и услышать проникающий в душу голос. Но куда там звонить, если я даже написать пару слов боялась. Глупо.

Что, если я своей такой несвоевременной прогулкой с едва знакомым парнем добила своего поклонника окончательно? Он же так давно сходил по мне с ума, решил развестись с женой, строил свою работу вокруг моей персоны, Господи, да он же жизнь свою ломает из–за меня! Что, что я могу ему дать? Как я могу отплатить ему за эти жертвы? Что во мне есть такого, что может окупить все его душевные метания и игры с собственной карьерой, с собственной семейной жизнью?..

Сидя в гримерном кресле, я болтала ногой и грызла ноготь на мизинце, пока стилист выпрямляла мне волосы утюжком. Когда раздался телефонный звонок, я вздрогнула от неожиданности: за последние три дня мой телефон крайне мало звонил: с Лерой и съемочной группой мы и так виделись на площадке каждый день, с родителями я виделась дома, с Антоном пока не было нужды созваниваться, а большинство друзей были заняты зимней сессией, которая уже подходила к концу. Я с таким нетерпением потянулась к телефону, что совсем забыла о горячем утюжке, находящемся в опасной близости от моего лица и шеи. Услышав испуганно–недовольный возглас стилиста и почувствовав легкое, но обжигающее касание раскаленного керамического прибора к шее, я вздрогнула, мысленно чертыхнулась, но все–таки успела схватить свой смартфон с туалетного столика.

Звонил Антон. Странно, с чего бы это. Неужели хочет начать репетировать раньше?

– Алло, – взяла трубку я.

– Привет, Ленок, – услышала я бодрый голос Антона. – Трудишься в поте лица?

– Привет, ага, – усмехнулась я, исследуя свободной рукой слегка припаленное утюжком место на шее, – как раз очередной мешок цемента тащу на семнадцатый этаж.

– Я тут чего звоню–то, тебя приглашают на запись интервью на телеканал «Микс–TV» в программу «NewSchool», мне сегодня утром позвонили и спросили, согласна ли ты, и когда тебе будет удобно. Я сказал, что уточню у тебя, но ориентировочно в середине следующей недели. Что думаешь?

– Шутишь? – во весь рот улыбнулась я в трубку, мне очень польстило это приглашение, – конечно, я согласна! А тему для интервью они озвучивали?

– Я не совсем понял, связано это с твоим концертом в Праге, Москве или с твоей главной ролью в новом сериале, возможно, что зададут вопросы обо всём этом, так что будь готова. – Сообщил мне Антон, по его голосу было слышно, что он куда–то торопится. – Ладно, отбой, дела. – Коротко закончил он беседу.

– Пока, – ответила я и положила трубку. Шикарно! У меня ни разу ещё не было телевизионного интервью, однажды меня приглашали на радио, и этот опыт был очень клёвым: в такие моменты чувствуешь себя дико популярной. Воодушевившись, я снова села ровнее, чтобы успеть закончить прическу и грим до съемок.

Я ждала этого интервью с таким нетерпением, что к тому дню, когда оно должно было состояться, казалось, прокрутила в голове все возможные вопросы, которые мне могут задать, и все ответы, которые я могу на них дать.

Ожидание этой встречи на телеканале вперемешку с встречей с Машей и Артёмом, которые успешно закрыли свою сессию в меде, и у которых уже начались зимние каникулы перед новым семестром, существенно оживили моё странное состояние, вызванное эмоциональным застоем последних дней.

Проведя субботний вечер с ними и ещё парой их однокурсников в клубе, я вспоминала его по пути к телевизионной студии.

Маша и Артём были так близки, что всё своё свободное время проводили вместе. Мне даже казалось, что они не дождутся выпуска из универа и поженятся раньше. Ну, или съедутся, во всяком случае. У них было столько общего – даже профессия одна на двоих. Она – будущий педиатр, а он – будущий хирург. Они любят одну и ту же музыку, мечтают об одном и том же, отдыхать любят в одних и тех же местах. Вот сейчас, например, они решили в начале недели вместе поехать в горы, чтобы успеть вернуться к началу нового семестра.



Инна Глагола

Edited: 28.12.2018

Add to Library


Complain