Улей. Отверженная

Размер шрифта: - +

Глава 3

Глава 3. Ловля

Когда мы выбрались на поверхность, была глубокая ночь. Неприступный, зубчатый хребет Меридиан с его хитроумными туннелями остался позади. Впереди нас ждал не менее легкий, но чуть более «зеленый» путь. Леса — от них осталось одно лишь название — представляли собой скопление ядовитой, местами засушенной, густой растительности, покрывавшей высокогорное плато. В этой местности уже водилась живность крупнее землекопов. Уугры бывало попадались, но редко. Они обычно гнездовались в низинах. Здесь им не нравился разреженный воздух. А Ники очень нравился, как и сам ландшафт с его зарослями, в которых можно было легко спрятаться. Мысли Второй разведчицы о благополучии Королевы, самого Улья и его жителей смели иные, эгоистичные, принадлежавшие человеческой девушке. Она уже подпрыгивала от нетерпения, чувствовала, что я задумала.

Привал организовали весьма оперативно. В этот раз защитный купол ставил Четвертый. Мой был бы совершеннее, на что Командир ответил сухо и нелогично:

— Мне не нужны проблемы.

Будто до этого дорога наша проходила гладко.

Как оказалось, в решении начальства был тайный замысел. Это я поняла, только когда стукнулась лбом о возникшую в воздухе мерцающую преграду. Четвертый поставил двойной купол: никто не мог ни войти, ни выйти.

Все члены разведгруппы уже спали. Кир, сделанный из железа, но на вид беспомощный и уязвимый, свернулся калачиком рядом со мной. Конечно, если бы его спящий режим проходил в вертикальном положении, было бы легче уйти. Но поза эмбриона, свойственная человеку, рождала в душе желание обнять и защитить. Я понимала, зачем мне его подарили, и понимала, что испытывать чувства к роботу — странно даже для Ники. Терзаемая противоречивыми желаниями — сбежать или остаться, я все-таки выбрала первое.

Командир, завернувшись в крылья, дремал, сидя возле костра, где вместе с углями остывали недоеденные куски мяса землекопа. Док — в обнимку со своим драгоценным портфелем. Четвертый растянулся во весь свой немалый рост за булыжником, только ноги и торчали. Не желая будить всех, я кулаком стукнула по куполу. Током меня не ударило — и на том спасибо. В ответ он лишь сильнее замерцал. Стукнула еще раз. Звук, неслышный для других, должен был колокольным набатом ударить по нервам Четвертого.

— Чего ты ломишься? — недовольный и сонный голос раздался над ухом.

— Мне нужно отойти.

Я повернулась к нему полубоком, скрывая лицо. Ники врала хорошо, но не так, как Вторая разведчица.

— Зачем?

— По делам.

— Командир дал тебе спецзадание? — Четвертый лениво потянулся и зевнул во весь рот.

— Да в кусты мне нужно, дубина. Выпусти.

— А здесь чего? Неудобно? — Он мне не поверил. Но потом, видимо, вспомнил, что я стала на порядок скованнее, хмыкнул и выдал:

— Командир сказал поодиночке не ходить. — По стенке купола поползла трещина.

Если он увяжется со мной, придется корректировать план побега. А если я попытаюсь дать грубый отпор, он заподозрит неладное и захлопнет проем…

— Не вопи, подглядывать не буду.

…а я хотела уйти тихо и без потерь.

— Ну, чего застыла?

Толчок в плечо помог определиться, и я решительно шагнула в мир, полный опасностей и приключений.

Подходящие для моих целей кусты нашлись в метрах двадцати от нашего привала, когда Четвертый почти потерял терпение. Скрывшись в густой растительности, я просканировала близлежащую территорию на наличие мало-мальски подходящего хищника. Как назло, никого в ближайшем радиусе не было, хотя следы виднелись повсюду.

«Пожалуйста, чуточку везения», — молила я человеческих богов. Мысленно обращаться к Королеве с моими диверсионными намерениями было бы кощунством.

Могли ли человеческие боги услышать меня из другого мира или все-таки вмешались высшие Силы? На горизонте в моей контрольной сети мелькнуло крупное пятно. Леса вдалеке качнулись, и тишина, натянутая, как струна, лопнула в один миг, под хрустом ломающихся деревьев.

— Втор-рая, что ты задумала?

Я меняла свой запах, вплетая в него пахучие ноты звериной шкуры и терпкие — смертельной болезни. Распоротая наспех ладонь больше саднила, чем кровоточила. Но я успела перемазать лицо, когда Четвертый за шкирку вытащил меня из кустов.

— Сбежать хочешь, глупая?

— Там Уугр, — зашептала я, пытаясь прикинуть дистанцию до начала зарослей.

— Знаю. — Стальные пальцы неприятно впились в плечо. — Он пройдет стороной. На твою фальшивую приманку не клюнет.

— Еще как клюнет.

Уугр непростое существо. В быту получило прозвище «Палач», хоть и внешне совсем не походило на яйцеголовых ребят из Лабиринта. Огромный паук высотой в три метра, с тонким нюхом, умными глазами и особыми пристрастиями в еде. С ним предпочитали не вступать в прямые конфронтации, держаться поодаль и ни в коем случае не переходить ему дорогу. Он никогда не нападал первым. Палачом его назвали оттого, что он любил смотреть, как умирают его жертвы. Ведь в каждом существе есть некая живительная сила — то, что заставляет просыпаться каждый день, то, что залечивает раны, и то, что заставляет выхаживать потомство. У нас эта Сила, дарованная Королевой, еще и определяет предназначение. У тварей менее разумных свои внутренние источники и все гораздо проще. Но закон сохранения действует одинаково для всех: Сила освобождается с последним выдохом, чтобы кому-то на другом конце мира, а может, даже и Вселенной дать новую жизнь.

Палач связывал свои жертвы, утаскивал к себе в нору и наблюдал, как они умирают. Питался он, как правило, их останками. Чужая жизнь была для него любимым лакомством. Нанести ему урон можно было лишь механический. Разведчики шутили: «Ударить в Уугра Силой — словно кинуть в него пончиком. Тот же эффект».



Алёна Лужанская

Отредактировано: 06.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться