Умереть и встать

Размер шрифта: - +

Глава 5.4

Азуса готов был стерпеть удар, готовый обрушиться на него. Удар негодования, ярости, отчаяния – чего угодно. Некромант не хотел больше врать. Рассказал бы обо всем позже – вышло бы еще хуже. Да и Анну-Марию после разыгравшейся в парадном зале сцены ему стало немного… жаль? Возможно ли это, учитывая ее скверный характер?

Графиня не торопилась с ответом. Навернула еще один круг по комнате, сцепив пальцы до побелевших костяшек, еще раз обвела троицу некромантов взглядом, в котором смесь самых разнообразных эмоций мешала выявить главную из них…

– Вон, – тихо произнесла она. Голос ее не дрогнул, но сама Анна-Мария дрожала, как осиновый листочек на холодном осеннем ветру. – Вон. Прошу вас, подите… вон.

Ни одного намека на слезы, но тоска, глубокая тоска, смешанная с растерянностью, пролегли на лице знатной особы, которая не так давно отчаянно рвалась во дворец – в свой дом. А дом ли?

Повторять больше не требовалось. Даже Марло решил войти в положение, взял Эмильена за шкирку и потащил к выходу. Азуса, поднявшись с диванчика, перед уходом аккуратно взял девушку за плечи.

– Если понадобимся, будем в комнате Дориана. Не сидите долго. Время позднее.

Когда дверь покоев за последним из некромантов закрылась, графиня всё еще продолжала смотреть в невидимую точку перед собой. Мысли ее витали где-то далеко, очень далеко от настоящего.

Неужели, при дворе она была всего лишь пешкой? Не королевой, способной передвигаться на любую клетку по вертикали, горизонтали и диагонали. Пешкой. Стоило допустить оплошность – собственную смерть, и жизнь тут же покатилась ко всем чертям. Новая жизнь. Уж не король ли подослал к ней убийцу? Или дражайший папочка? Но не может этого быть. Просто не может быть!

Руки сжались в кулаки. Ярость подступила к горлу. Горькая, невыносимая. Кричать хотелось или кого-нибудь отправить на казнь. Наблюдать за тем, как бедолага прощается с жизнью. И всё ради того, чтобы самой жизнь вновь показалась сладким медом.

Трое высоких окон в покоях Анны-Марии распахнулись одновременно, как по волшебству, впустив в комнату белые хлопья свежего снежка. Пришлось нехотя оторвать ноги от места и отправиться закрывать створки, борясь с холодным ветром, дующим в лицо.

А на улице горели яркие огни уличных фонарей. Кареты гостей спешно отъезжали от дворца, гремя колесами по каменной кладке мостовой. Разодетые, недовольные гости, наверняка, переругивались друг с другом и сетовали на скорое завершение Ноябрьского бала. С такой высоты девушке было не слышно, о чем они говорят, и даже лиц не видно, но высший свет без проблем можно было прочесть, отталкиваясь от одной только ситуации.

Не без особого труда расстегнув, стянув с себя кринолин и откинув его подальше, Анна-Мария с ногами забралась на подоконник, обняв колени руками.

Скоро все уедут. Королевский дворец погрузится в сон, а ее убийца… а ее убийца всё еще гуляет на свободе. Может, нужно было последовать совету Азусы и войти во дворец неприкаянной странницей? Уж Дориан бы однозначно пустил под своды блудную овечку, лишь бы создать видимость глупенького и наивного мальчишки. Эта простая роль непременно поможет ему, как только блондин усядется на трон своего отца. А дальше дело за малым.

Девушка поежилась. Ведь завтра прибывает отец. Кажется, сводится всё к тому, что несчастной жертве придется просить прощения за собственную смерть. Если реакция короля столь неоднозначна, то граф Понтилат и подавно рвет и мечет из-за того, что планы его нарушились. Из-за того, что невеста принца стала бывшей, а еще связалась с компанией ведьмаков. И самым главным, на которого Его величество уже давно зуб точит.

Графиня еще долго размышляла о том, в какую паутину интриг впуталась на этот раз, хоть и привыкла выбираться из подобных мест незапачканной. Думала о родном доме, из которого уехала пять лет назад по настоянию отца и Его величества, подписавших брачный договор между Анной-Марией и Дорианом. О бастарде Азусе, которого жизнь, грубо говоря, не пощадила. А всё из-за принца. Всё из-за него.

А когда главные часы столицы пробили полночь, разорвав ночную тишину, голова девушки с прикрытыми глазами упала на поверхность прохладного стекла.



Аделина Камински

Отредактировано: 16.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться