Уосэ Камуи. Часть 2

Глава 11

 

Жизнь размеренной тихой рекой текла в Ивантеевке своим чередом, и если не считать прочно обосновавшихся в ней лютичей и земное божество, она ничем не отличалась от трудовых летних будней во всех других таких же деревнях.

Настя целыми днями хлопотала по хозяйству и делала заготовки на зиму. Акира помогал ей с теми делами, что требовали крепкой руки и силы. Изредка он развлекал себя тем, что при помощи своей божественной силы поддерживал пышное цветение любимых Настиных роз, а затем украдкой наблюдал, с какой радостью в глазах она ими налюбоваться никак не может.

- Ведёшь себя так, как будто вы давно уже женаты. – однажды ехидно фыркнула ему Аой.

- С чего ты это взяла? Просто для меня это малость, а ей в радость. – смутившись, пожал плечами Акира, придав лицу безразличное выражение.

Никаких выдающихся событий не происходило, и даже лютичи подметили, что нежити в округе стало гораздо меньше, а Морок никак себя не проявлял. Целыми днями они ремонтировали дом Сычихи, ночью ходили в волчьих шкурах по окрестностям в дозоре, и уже точно запланировали осенью выдвинуться в обратный путь на Вару.

Акира же покидать деревню был не намерен. Продолжал притворяться «немощным богом» и чутко следил за всем происходящим вокруг. Уж больно эта тихая и мирная жизнь напоминала ему затишье перед бурей. Внезапного возвращения Пелагеи и Хаттори с оружием против него не боялся: после омовения с русалками он чувствовал в себе достаточно силы и мощи, чтобы противостоять всей армии семьи Оматцу вместе взятой. Чего уж там говорить об одной пожилой знахарке.

Но ради того, чтобы его маленькую тайну никто не раскрыл, Акире пришлось согласиться ходить вместе с Настей в городскую школу, которая располагалась очень далеко от деревни и «поводок» заклятия наверняка бы сработал, будь заклятие ещё действующим. С другой стороны, так Настя будет оставаться под его присмотром и в школе, что было уже само по себе не плохо.

И вот, проявляя поистине божественное терпение, нагруженный коробками и пакетами как мул, он молча шагал за Настей и Алёной по городскому рынку. Стойко ожидая конца их необходимых покупок к новому учебному году.

Василиса и «взрослая» Аой шустро сновали по рядам и изредка подбегали к Акире, чтобы скинуть на него новую порцию поклажи. Он скрипел зубами, раздражённо пыхтел, но молчал и терпел. Потому что только благодаря этой наглой лисице, не имея никаких документов, ему удалось оформиться в один с Настей класс. Сама же Аой устроилась в эту же школу учительницей, и, конечно же, преподавать она намеревалась в классе Василисы.

Каким чудом ей это удалось, Акира думать не хотел. Скорее всего, тем же самым, которым она сейчас вытребовала скидку на товары у продавцов мужского пола. А вернее сказать – которыми. Ибо «чуда» у неё имелось два.

И она, с радостью опираясь локтем на прилавок, щедро укладывала оба «чуда» так, чтобы они хорошо просматривались в широкое декольте. Отчего продавцы-мужчины краснели, покрывались испариной, напрочь забывали по какому поводу здесь находятся и отдавали чуть ли ни даром наглой кицунэ всё, на что та показывала пальчиком.

Да, Аой полностью осознавала всю разрушительную силу женского бюста на мужское сознание и пользовалась этим без удержу. С директором школы она, скорее всего, провернула ту же схему, и он подписал все бумаги, даже не взглянув на них.

Акира вздохнул, поудобнее перехватил коробки с пакетами и сбавил шаг, стараясь держаться на небольшом отдалении от тихо разговаривающих между собой Насти и Алёны. Подруги всё лето не виделись, лишь перекидывались короткими фразами во время сдачи молока, так что Насте стало казаться, что подруга на неё за что-то обиделась и стала избегать.

Теперь же у них было достаточно времени, чтобы пообщаться и Акира тактично старался держаться на расстоянии, чтобы дать им поболтать вволю и не подслушивать пустые девчачьи разговоры, но его чуткие уши всё равно слышали каждое их слово.

Вначале их разговор тёк вяло и с большими неловкими паузами, словно бы девушки стеснялись друг друга. Они то и дело оборачивались, проверяя, не подслушивают ли их, но Акира придав лицу нарочито скучающее безразличное выражение, рассматривал нескончаемые прилавки с товарами.

Наконец Алёну прорвало. В очередной раз обернувшись, она принялась рассказывать подруге о том, что встречается с одним из лютичей, Гаем. Её щёки пылали, отчего веснушки стали ещё заметнее, а глаза так и полыхали восторженным огнём, когда она со смехом рассказывала Насте как сильно испугалась ночью в лесу, когда Гай повёз её смотреть на Млечный Путь и поле со светлячками. Тут только слепой мог не увидеть, что девчонка втрескалась в этого оборотня по самые уши.

Настя растерянно кивала, молча слушая подругу и вымученно улыбалась, стараясь скрыть своё напряжение. Акира почти кожей почувствовал, как её подмывает рассказать Алёне о наличии у Гая невесты. Девушка обернулась и взволнованно посмотрела на него, но Акира ответил ей строгим предупреждающим взглядом: не стоит этого делать, не лезь не в своё дело, пусть сами разбираются.

- А ведь знаешь… - Алёна внезапно перестала смеяться и погрустнела, - У него ведь есть невеста, ты знала?

Настя вздрогнула от неожиданности и с виноватым видом шаловливого ребёнка застигнутого врасплох, отрицательно замотала головой и пробормотала что-то нечленораздельное в ответ. Но Алёна полностью погрузилась в свои печальные мысли, совершенно не замечая её странной реакции. А Настя невольно испытала облегчение, словно невидимый груз свалился с плеч: ей не нужно было обманывать подругу и хранить чужую тайну, Алёна знала правду.

- Он сам мне об этом сказал. Её зовут Любава. Она, кстати, приехала вместе с ними. Но Гай говорит, что это старейшины их помолвили, даже не спросив. Говорит, что между ним и Любавой ничего нет и быть не может… - Алёна запнулась и посмотрела на Настю, - Я дура, да? Я грязная, раз встречаюсь с парнем, у которого уже есть невеста? Конечно я дура! Боже, какая же я дура! Ты презираешь меня, да? – на её глаза навернулись слёзы и плечи задрожали.



Рин Дилин

Отредактировано: 08.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться