Упыриха

Размер шрифта: - +

Пастушок

Бойся – не бойся, а если бабушка просит на рынок, тут уж никуда не денешься. Паша вышел с хутора на дорогу под еле накрапывающим слепым дождем.

Странная штука: дождь и солнце одновременно – как будто во сне идешь. Воздух был сырой и душный, как в парной. С луга пахло горькой полынью. Разморило. Хоть сворачивай с дороги, ложись на траву и засыпай.

«А с неба возьмет, да и рухнет на тебя коршуном клыкастая сволочь!»

- Дай огоньку! – раздался справа бас.

Это был Ваня-пастушок, чье стадо паслось в десятке метров.

- Что? – спросил Пашка.

- Курить!

- Нету! – Пашка похлопал себя по карманам. – Да и незачем тебе. Лучше вон на дудочке играй!

Он пошел дальше. Ваня не отставал.

- Че смурной-то?

- Я не смурной.

- А я не вижу!

Пашка махнул рукой. Ваня слыл дурачком и блаженным, не таким, как Леший, а по-настоящему. Слышал голоса, разговаривал сам с собой, спал с открытыми глазами. Глаза у Вани были водянистые, болезненные.

- Если расскажу, ты не поймешь.

- А чего не пойму-то?

«И правда, почему не поймет? Такие как раз все понимают!» – подумал Пашка.

- Ты когда-нибудь видел то, чего в природе быть не может?

- Как это?

- Вот ты, например, сидишь в поле один, а к тебе с неба ангел спускается. И кому об этом расскажешь – никто не поверит.

Ваня почесал за ухом рукояткой хлыста.

- Ангела я не видал… Я мертвечиху видал!

- Кого?

- Там, – Ваня махнул рукой в сторону далекого леса. – В церкви сидит, в подполе.

У Пашки чуть сердце в горло не подпрыгнуло.

- Видел?! Так я о ней и говорю!

- Я к ней ходил.

Ваня говорил так спокойно, словно речь шла о бабе-соседке.

- Ты че, тоже за Лешим следил?

- Не-е… Я ее сам услыхал. Сижу однажды на лугу. И тут голос у меня в голове, на мамин похожий. Зовет меня. Мамы нет давно, а я думаю, может душа ее где-то мается? Пошел в лес, куда голос звал. А там церковь. А в церкви она висит! Говорит: «Подойди, Ванюша, угости меня. Я тебя не обижу, только крови чуть-чуть пососу».

- А ты что?

- А че я? Я ж не глупый. Побежал на хутор, ребятам сказал, мужикам сказал. А все смеются, говорят: дурачок!

«Во-те на!», – подумал Пашка. – «Значит, не один я такой! Есть свидетель! Жаль только, что блаженный…»

- И чего теперь делать будем? – задумчиво спросил Пашка.

Пастушок пожал плечами.

- У меня куриный бог, мне не страшно.

- Поможет тебе твой камень! – Паша презрительно махнул рукой. – Действовать надо! Я вот за Лешим долго следил, он ее кровью свиной подкармливает. А еще обещал ее от цепей освободить. Так что теперь она где хочешь может быть!

Оба с опаской посмотрели в небо. Там никто не летал, даже стрижи куда-то исчезли.

- Я вот, думаю, – продолжал Пашка. – Ей же кровь нужна. Она теперь наверно людей утаскивать будет. Или скотину. Так что гляди в оба!

Паша кивнул в сторону стада.

- Что-то случится, сразу мне говори! В милицию пойдем, скажем… скажем, что бандит сумасшедший с ножом бегает. Церковь им покажем.

Пастушок серьезно покивал головой.

- Одному человеку не поверят, а двум…

«Тоже не поверят», – с горечью подумал Пашка, но в слух этого не сказал.

- К Лешему близко не подходи, понял! Если что-то странное выкинет, тоже мне сообщай.

- Угу.

- Договорились?

- Ага.

- Ну все, – Пашка пожал испачканную землей Ванину руку. – Бывай! И на камень не надейся!

Он даже как-то вдруг полюбил Ваню, и почувствовал, что будет за него переживать.

«Мне хорошо, я целый день на хуторе. А он в поле. Один. Случись что, никто и не узнает».

Пашка прибавил шаг, чтоб поскорее добраться до Красного бойца.



Дмитрий Потехин

Отредактировано: 13.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: