Уроки правильной ориентации

Ника Холмс и собака Иванова

Роня идёт, обняв учебник так крепко, что белеют костяшки тонких изящных пальцев, а я не отрываю от них взгляда. Мне кажется, что в этих пальчиках на корке учебника истории, сокрыта какая-то тайна. 

Ника щебечет над ухом, зачитывает всё подряд из чата “Дамские угоды” где уже почти три десятка женщин устроили шум-гам, а я только утром поняла насколько дика эта идея.

В топ Ника вынесла:

  1. Соблазнение.

Куда без этого?

  1. Попытка разбудить героя-романтика.

Интересно каким будильником?

  1. Втереться в доверие, подружиться, разузнать о предпочтениях.

Само собой! И это самое реальное...

  1. Заставить ревновать!

Как, блин, можно человека, которого ты не интересуешь… заставить ревновать? Ар-р-р!

  1. … 

Ещё пара десятков пошлейших идей от трусов до усов!

— А может в бар сегодня? Там Тёма будет! — преводит тему Ника и сахарно улыбается, будто никто из нас не понял к чему это.

— Не хочу! — надувается Роня и ловит на себе два поражённых взгляда. Наше недоумение понятно — Роня обожает танцевать… повод ей не нужен, а сейчас отказывается.

— Э-э-э, с чего это? — Ника пихает её плечом.

— Ты будешь обжиматься с Тёмой, а мы останемся у столика. Нет! Я буду историю учить! — она ещё сильнее вцепляется в обложку, будто в спасительный круг и кажется вот-вот сломает.

— Ронь… ты в норме? Далась тебе эта история! Нормально с ней всё у тебя! — убеждаю я, хоть и сама не горю желанием тащиться в бар, но уж очень удивительно поведение нашей рыжули.

— Пошли уже на пару, — она уверенно ломится в лекционную, до которой мы уже успеваем дойти. Вся группа мнётся рядом, не заходит, но Роню это не останавливает.

Она тянет на себя дверь, шипя, что мы застряли тут за две минуты до пары, открыто же, а потом, роняя учебник, замирает в таком шоке, что мы бросаемся к ней.

Но заглянуть в аудиторию, чтобы понять, что её так поразило, не даёт — закрывает перед нашими носами. Как-то нервно всхлипывает, дрожащими руками подбирая учебник и краснющая, как рак, отходит в сторону.

Мы с Никой ловим её под руки, отбираем сумку, учебник и пытаемся вытрясти хоть что-то.

— Занято, — тупо шепчет она, а через минуту открывается дверь аудитории и Егор Иванович приглашает всех войти. Он немного растрёпан и тут же ищет в толпе нашу перепуганную птичку-Роню, которая тяжело дышит, стоит почувствовать на себе его внимание.

Историк прорывается через толпу, идёт “против шерсти” пока не замирает рядом с нами. И Вероника Соболева, пусть и не самая смелая, но точно не зашуганная девчонка, вдруг разве что не забивается под батарею за нашими спинами.

— Нам нужно поговорить, — тихо, шуршаще чеканит историк, удерживая на прицеле глаз Роню. Наша подруга до сих пор не в себе, таращится на него так, словно он исчадие ада, судорожно прижимая к груди руки, потому что учебник мы конфисковали.

 — Вы её пугаете! — вступаюсь за подругу, закрывая её собой, но Егор Иванович без церемоний, придержав меня за плечи, двигает в сторону. 

— Не сахарная, от разговора со мной не умрёт, — строго отзывается он и берёт Роню за дрожащую руку: — Пошли!

Она точно под гипнозом. Не брыкается, не ругается хлопает ресницами, и плотно сжимает губы, словно вот-вот разревётся.

— Пошли, — повторяет историк и тянет бедняжку за собой, в коридор, а мы с открытыми ртами, недоумённо провожаем их взглядом. 

Подруга ни разу к нам даже не оборачивается, идёт следом за историком как зачарованная. И когда эти двое скрываются из виду, всё что нам остаётся, собрать сумку Рони и идти на пару. 

— Что она там такое увидела, блин? Как историк пёхает Великого? Или что? — шиплю я, закидывая на плечо тяжеленный баул набитый тремя танцевальными формами и учебниками.

— Не знаю, — растерянно отмахивается Ника, но стоит ей войти в аудиторию, тут же тянет меня обратно в коридор. — Ах она... ш***!

— Кто? — вздыхаю я, совершенно сбитая с толку. Непонимающе смотрю на вновь закрывшуюся передо мной дверь аудитории.

— Иванова, падла! — шипит Ника. У неё такой шок, что подрагивают губы. Она заламывает руки, щёлкает пальцами.

— Что Иванова? — до сих пор не улавливаю логику подруги.

— Она там! В аудитории! — тычет пальцем на дверь Ника.

— И что? — не туплю, мне просто нужно чу-уть больше информации.

— А то, что когда мы подошли к аудитории, в толпе её не было!

Это звучит очень таинственно. До Шерлока Никичу далеко, это явно, но и мне за её мыслью не угнаться:



Ксюша Левина, Александра Ермакова

Отредактировано: 26.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться