Утренняя звезда

Глава 11

Когда они возвращаются, их мамы стоят уже совсем одни, но на том же месте.

– Господи, Эрик, что с тобой случилось? Это кровь? – испуганно спрашивает Валерия Николаевна.

– Всё в порядке, просто споткнулся и упал.

Конечно, она ему не верит, но на расспросы у неё уже просто не осталось сил. С трудом детям удаётся уговорить женщин поехать домой.

Когда Ника и Ольга Сергеевна возвращаются к себе, дом им кажется совершенно пустым. Женщина по привычке ставит греться чайник, но, когда он начинает громко свистеть, пять минут к нему даже никто не подходит, да и чай потом тоже никто не пьёт. Через некоторое время в дверь раздаётся звонок: вернулся Дмитрий Иванович. Никогда прежде Ника не видела его таким: пустой, потерянный взгляд, лохматые волосы, трясущееся руки. Ольга Сергеевна в надежде подбегает к нему, но, увидев его несчастный вид, спрашивает обречённо:

– Ну как?

Но он только качает головой, зачёсывая пальцами волосы назад, садится за стол, и в комнате снова повисает мёртвая, гнетущая тишина, которую прерывает только тиканье настенных часов. Через десять минут терпение Дмитрия Ивановича заканчивается, и они вдребезги разбиваются о пол. Из них выскакивают пружинки, шестерёнки, но никто их не убирает.

За всю ночь ни один из них не смыкает глаз. Минуты тянутся так долго, что к рассвету кажется, будто прошла целая вечность. Одно дело, когда ребёнок сам не возвращается домой: он мог просто забыть позвонить или заблудиться и ждать в полицейском участке – и совсем другое дело, когда ребёнка похищают прямо у тебя на глазах: ты всё знаешь, ты всё видел, но ничего не можешь сделать.

Начинает раздражать всё вокруг: яркое солнце, пение птиц, смех дворовых детей, свежий весенний воздух. Утром Ника замечает на электронной почте бессчётное множество писем-соболезнований от репетиторов, одноклассников и даже незнакомых ей людей: город небольшой, поэтому все новости распространяются со скоростью света.

Наверное, эти люди думали, что такие сообщения придадут ей сил, поддержат, но всё оказалось совсем наоборот. Каждое письмо ножом вонзается в сердце. Особенно, когда в них используется прошедшее время: «Соня всегда была замечательным ребёнком» или «Соня всегда так по-доброму относилась к окружающим». Почему они говорят так, как будто она больше не вернётся домой? Зачем они в каждом письме напоминают о том, что это была просто роковая случайность, что именно Соня и Витя оказались там; или ещё хуже – что это воля Бога, который всем посылает испытания? Пусть это и так, но почему же Он послал это испытание именно им? Какие такие ужасные грехи они совершили?

Ника ставит телефон на беззвучный режим и отключает уведомления.

Дмитрий Иванович взял выходной за свой счёт, Ника тоже не пошла в школу и отменила всех репетиторов. Они предпринимают попытку включить телевизор, потом приготовить еду, навести порядок, но всё безуспешно. На многочисленные звонки в полицию один ответ – ожидайте.

– Я больше не могу просто сидеть и ничего не делать! – Ника встаёт, накидывает пальто и выходит на улицу.

– Подожди… – предпринимает попытку остановить её мама.

– Не волнуйся, я пойду с ней, а ты жди дома, вдруг она вернётся, – Дмитрий Иванович крепко сжимает руки жены и выходит за дочерью.

– Ну и куда ты собираешься пойти? – он догоняет Нику и останавливает, кладя руку на плечо.

– Как куда? Ну, наверное…Я не знаю.

– Давай начнём с парка, пораспрашиваем прохожих.

Но в парке совсем безлюдно: рабочий день, причём самое утро – а те, кто временами пробегает мимо, не останавливается из-за нехватки времени или простого нежелания вмешиваться в неприятности. Но они продолжают подходить к незнакомцам и спрашивать, спрашивать, спрашивать.

– Вы не видели женщину среднего возраста с двумя маленькими детьми вчера? Она их забрала возле поезда.

– Мужчина, вы шутите? Да тут таких людей вчера было очень много, знаете ли, частенько семьи в парк погулять выбираются.

Или:

– Конечно, видел. Но не думаю, что чем-то смогу вам помочь.

От постоянных пробежек, осмотров всевозможных кафе, дворов и подъездов раскалывалась голова и болели ноги, но Ника с отцом не останавливались, а эта боль, наоборот, придавала им сил бороться дальше, так они чувствовали, что хоть что-то делают для Сони, ради ее спасения.

– Не может быть, чтобы совсем все камеры были выключены! – убеждает офицера Ольга Сергеевна.

– Поймите, мы делаем всё, что в наших силах. Сейчас наши сотрудники опрашивают возможных свидетелей.

Дмитрий Иванович с Никой возвращаются домой около обеда, но долгие поиски так ничего им и не дают: ни новой информации о внешности женщины, ни направления ее движения. Так в ожидании проходит целый день, ночью никто не может уснуть, только на несколько минут дремота застилает белой пеленой глаза, но малейший шорох или гудок машины за окном развевают ее, оставляя только неприятное чувство потерянного времени и сожаления. В таком состоянии они находятся все последующие три дня. Они не могут ни есть, ни спать, каждый час проходит одновременно и в полусне, и в невозможном до жути напряжении.

Утром Нику с Дмитрием Ивановичем будит звук открывающейся двери.