Утро нового века.

Часть пятая. Камень покатился. Глава 3

Утром, в кабинете хозяина, Катя протянула ему конверт.

— Это письмо для Дарьи Лукинишны от её сестры.

— Я передам. — Рунич взял конверт и положил его на край письменного стола.

Катерина несмело села на стул напротив и пряча за ресницами блестящих серых глаз тревогу, попросила:

— Подумайте о сыне.

— Что о нём думать?

— Вчера он ничего не ел и сегодня от еды отказался.

— С ним всегда что-нибудь происходит. И что из этого?

— Андрей Михайлович, это очень серьёзно. Если вы женитесь на этой женщине, что с ним будет?

— У него, наконец, появится мать. Мне очень жаль, что он не смог построить отношений с мадемуазель Карницкой. — Андрей пожал плечами. — Хотя, возможно, было бы лучше, если бы он связал свою жизнь с Адель. Эта малышка, всегда его любила, оберегала и прощала. Впрочем, мне сейчас не до его капризов. Я наконец-то хочу счастья и покоя для себя.

— Вы не слышите меня. Ваш сын любит эту женщину!

— Повторяю, Катя, всё это - пустое. Когда-то он любил Адель. Где теперь его любовь? Прошла. Потом он волочился за Еленой. Она уехала и всё закончилось. В отношении Даши то же самое. Его страсть как вспыхнула, так и погаснет. Как только мы поженимся, он успокоится. Влюбится ещё в кого-нибудь, – за шуткой Андрей спрятал раздражение. - Да хоть в тебя!

— Возможно, Арсений любил Адель первой, юношеской любовью. – Убеждала его девушка. – И Елене Лукинишне хотел понравиться из-за сестры. Поверьте, у него настоящее, сильное, взрослое чувство. Это не вспыхнувшая, как вы говорите, страсть, которая, со временем, пройдёт.

— Катюша, дорогая, Арсений любить, не способен. Он понимает любовь, как физическое удовольствие. Любовь души ему не понятна. Страстное увлечение, которые ты, ошибочно принимаешь за любовь, всего лишь прихоть избалованного женщинами мужчины. Скоро всё пройдёт.

— Боюсь, - с сожалением вздохнула Катя. - Как бы вам не пришлось пожалеть об этом.

Беспокойство, которое, утром, поселила в его душе Катерина, не покидало Андрея Михайловича весь день.

Не увидев Арсения за обеденным столом, он прямиком направился в комнату сына. Толкнул дверь. Она оказалась не запертой.

Шторы на окне были плотно закрыты. Тонкий луч зимнего дня едва пробивался в помещение, освещая в полумраке кровать, на которой лежал Арсений.

Решив, что сын спит, Андрей повернулся, чтобы уйти, но тут его остановил хрипловатый голос.

- Зачем ты пришёл?

От неожиданности, Рунич вздрогнул, приглядываясь в белеющее в полумраке лицо.

- Ты не ешь вторые сутки.

- Катя сказала? Не хочу.

Уловив от сына запах спиртного, Андрей брезгливо поморщился.

- Опять пьян. Это уже вошло у тебя в привычку.

Арсений оскалился в злобной усмешке.

— Ну, и что дальше?

— Неужели это из-за тебя, когда-то, я потерял любимую? – Не сводя с сына мрачного взгляда, заговорил Андрей. - Из-за тебя! Никчемного человека, приносящего всем одни несчастья. И за такое ничтожества, как ты, Ольга отдала свою жизнь.

— Ничтожество? Может быть. Но в отличие от тебя я никогда и никого не убивал! — приподнимаясь на кровати, прохрипел в лицо отцу, Арсений. — Это ты уничтожаешь всех вокруг себя!

— Знаешь что? — не обращая внимания на злобу сына, продолжил Рунич. — Не тебе, становиться у меня на пути!— он сжал кулаки. — Ты понял?

Арсений угрюмо смотрел на отца.

— Ты не живёшь. Ты — прозябаешь! Думаешь, она полюбила бы тебя?

— А ты думаешь, она полюбит тебя? — ответил ему вопросом на вопрос Арсений.

— Не мешай нам! Даша достойна счастья.

— С тобой?

— Я сделаю для этого всё.

— С тобой ей не будет счастья. Ей нужен не ты.

— Ты! — рука Рунича взлетела над головой сына.

- Ударь! — смело бросил Арсений в лицо отца. – Ну, что же ты остановился? Давай! Выплесни наконец-то свои истинные чувства к единственному сыну. Можешь убить меня.

Рука Андрея Михайловича задрожала и опустилась. Сын криво усмехнулся, не страшась разгневанного отца.

- Мой тебе совет, прекрати пить и выброси глупые мысли из головы. Иначе...

- Что иначе? — холодно и отчуждённо спросил Арсений.

-Твоя участь будет плачевной, сын. Если не бросишь пить, то очень скоро умрёшь. И смерть твоя будет мучительной и страшной.

Ничего не ответив отцу, Арсений устало закрыл глаза.

******

Дожидавшийся Рунича в кабинете, доктор Краев ответил на его рукопожатие и, расположившись в кресле, напротив, принял из рук хозяина рюмку.

— Благодарю, — он смотрел сквозь стекло на цвет напитка. — Но я поднимаю бокал символически. Алкоголь — это не для меня. - Врач поставил рюмку на стол. — Чего не скажешь о вашем сыне.

— Видели его?

Краев утвердительно кивнул.

— Что мне с ним делать, доктор?

— Разве вы не знаете? Выход есть. Не жениться.

— Я не намерен потакать мальчишке! — вспылил Рунич.

— Извините, но должен признаться, я не понимаю кто вы, циник или романтик?

— Я обыкновенный человек. И сейчас я пытаюсь стать счастливым.

— Ну что же, дерзайте.

Александр Краев, то ли поздравляя, то ли сочувствуя, пожал ему руку.

******

Из-под дверей спальни Елены бил луч света. Арсений, в нерешительности, остановился возле них.

Глубокая ночь, а она не спит.