Увидеть рассвет

Глава 10. Бой

Насчет сказки хочется сказать вообще отдельные моменты. Вот в какой момент жизни можно спокойно увидеть кота в полный рост с хвостом и довольно пушистой шерстью? Или например взять того же Елойу.

Только вот вся проблема этой сказки, что она попадает в спектр взрослых или давно устаревших. Кто не знает, может поискать информацию и обязательно найти исходную версию Белоснежки, Золушки и прочих «детским» сказкам. От таких сказок даже и взрослые могут быть шокированы.

Но тут стоит взять опять же человеческую психологию. Вот раньше ходили смотреть на казни всей семьей. А сейчас? Сидите вы с любимой или любимым, занимаетесь делами на ваш выбор, с вашими детьми, с животинкой ещё какой-нибудь. Тут объявляют по радио или по телевизору, по интернету, как хотите и кто чем пользуется, о казни, разве вы радостные собираетесь ехать на данное мероприятие, по дороге обсуждая, а кого казнят, а какая казнь будет, быстро он умрет или нет?

Лично я считаю себя вполне адекватным человеком и мне просто такие мысли вызывают холод по спине, не говоря уже о разговорах. Но это можно было рассуждать на родной земле, сидя около берега и смотря куда-нибудь в даль, слушая радио, почитывая книгу. А тут? Среди этих всех событий кто-нибудь станет задаваться вопросами морали.

И все равно, среди этого мрака, меня пробирает дрожь. Тело все дрожит, в голове ничего не укладывается. Страх берет за горло, хочется плакать, биться в истерике. И это всего лишь из-за одной казни.

Возможно, это потому что я творческая личность, которой чувства довольно близко к сердцу воспринимаются, разрыв с женой и детьми такой исход доказывает. Но не могу понять одного, а что я тут не видел. Почему убийства человека сейчас меня тревожит? Разве я не видел такие же смерти, которые так и преследуют мою персону.

И да, я не перескакиваю события. Мы всё ещё в лагере, мы никуда не двинулись. С одной стороны, радостно было сначала, все-таки живот крутило здорово из-за страха, в атаку я не ходил, как бы меня жизнь не крутила, больше оборона была, а тут целенаправленно.

Так к чему это все. Патриотизмом за лагерь естественно не сто процентов людей фонтанировали, да и слова генерала об атаке и смертельном выборе тоже некоторых и не тронули.

В любом обществе есть инакомыслие. Иногда такие мысли могут не вредить этому социуму, иногда могут его разрушить. Сейчас все было бы нормально, но есть одно «но».

Когда каждый, попрощавшись с жизнью, взял себя в руки и собрался идти на позицию за Елойу, закричал один из пузатых мужчин, в довольно поношенном костюме, таким образом он привлекал внимание.

Надо сказать довольно успешно, люд остановился и обернулся в его сторону. Эффект нужный достигнутый и костюмный решил его и закрепить, подняв руки к небесам он закричал пуще прежнего:

- Какая война, коллеги по несчастью!! Мы же все умрем!! Как мы можем сражаться за что-то без подготовки!!! Мы должны взять оружие, как мои единомышленники и уйти дальше, например к землям триксов, они обязательно должны нас принять!! Мы обязательно…

Далее наш пузатик захлебнулся кровью. Кроваво? Страшно? Я тут говорю какие-то жестокости? А вы ожидали тут будет детская сказка, где и людей не убивают, и такие ужасы не говорят? Не хочу огорчать, но тут совсем все по-другому.

Нож генерала прошел прямо в горло, дальше я смотреть не стал, отвернулся, меня потянуло вытолкать из желудка все соки, у меня много единомышленников оказалось, звуки послышались отовсюду.

Впервые я был рад таким нелицеприятным и противным слуху вещам, они заглушали и отвлекали от главного действия, помогали не думать о тех вещах, что сейчас произошли.

Но на генерала я не злился. Этот мужчина, оставшийся лично для меня, по крайней мере, безымянным, хотел совершить первый переворот людей на этой планете, да это ещё и накануне  великой битве, плюс забирая людей и оружие.

На месте, можно сказать, правителя данного лагеря я бы так тоже сделал, других вариаций нет, хотя на его месте не оказался бы точно, ведь не той крепости. Кстати моих мыслей, судя по речам многие придерживались.

Из общей прострации вывел голос Елойу, который уже был на привычный мне манер переведен через браслет. Наш знакомый змей был как-то даже спокоен, он спросил лишь о том, закончили ли мы тут свои разборки: «можно выдвигаться?».

Не знаю психологию триксов, но такой нехитрый прием возвратил нас в нормальное состояние и принудил всех тут задуматься об истинной цели происходящего. И мы двинули.

Было ли мне страшно? Безусловно да, только здесь было страшно всем. Все мы люде, нет у нас функции «не бояться», есть только возможность преодолевать страхи. С гордостью могу сказать, что данной возможностью мы воспользовались, что как-то меня успокоило что ли.

Через лес мы продирались с силой, шли основной массой. Всех планов я не знал, уверен, самые быстрые уже бегали и проверяли на всякие фокусы территорию при базе. Впереди данной массы шла основная сила - солдаты. А ведь некоторые могли с натяжкой мне быть как сыновья, молодые ребята.

И я был бы горд за наш народ. Все эти ребята, как бы я про них не говорил, не слишком горели желанием убивать и умирать, многие бы грубо говоря сбежали, дезертировали то есть, в принципе, как и другие люди. Держали всю эту хлипкую конструкцию лишь наши сильные личности, которые шли тут и там.

Не звено КГБ сзади, но пример мужика в костюме заполнился многим на долго, в этом можно не сомневаться. Я вам даже больше скажу, никто не сказал, что был с ним, кто хотел уйти - так и не понятно, пожав плечами, все ринулись в лес.

Шум от нас стоял такой, будто не от толпы людей, а от корабля, который вдруг ехать начал. Трещали ветки, были слышны нервные смешки и прочие. Нам повезло, или просто побоялись нападать на такую толпу, но никто из так называем экстремалов не появился, весь этот поход до базы был вполне мирным, если не считать оружия, которое было практически у всех.