В измерении кольца

Кольцо фараона. Часть 2

Глава 21

 

Зимой 1653 года посольство гетмана Хмельницкого прибыло в Москву. Был в составе посольства и отец Владимир, черный монах и писарь.

Перед Москвой обоз встретил дьяк Посольского приказа и сопроводил дому, где разместилось посольство в противоположной стороне от Иноземной слободы.

За два года, проведенные на Украине, я стал почти своим во всех отношениях, и даже язык мой приобрел малоросский акцент.

Посольский приказ в то время возглавлял многоопытный думный дьяк Волошенинов Михаил Дмитриевич, а странами Европы, в том числе и Украины (сейчас это второй департамент стран СНГ МИД РФ) заведовал дьяк Михаил Федоров, человек близкий к своему начальнику. С ним я и решил установить более близкое знакомство, чтобы информация моя дошла до думного дьяка и была передана при докладе государю, потому что вопрос Украины не являлся второстепенным. Для начала я подарил ему лядунку с кусочком дерева от креста, на котором был распят Спаситель и сказал, что верю в то, что в самое ближайшее время Украина будет частью России, о чем я перед отъездом говорил и пану гетману Хмельницкому.

- А на чем основана ваша уверенность, отец Владимир? - спросил меня дьяк.

- Московское царство не может бросить часть Руси и мать городов русских - Киев, - сказал я.

- Хороший тезис для того, чтобы узнать намерение Москвы в отношении Украины и одновременно и Польши. Вы лучше скажите, как Украина воспользуется этой информацией? - спросил дьяк. - Отдастся полностью Польше или будет расширять масштабы антипольского восстания?

- Опять же всё будет зависеть от решения Москвы, - сказал я. - Если Москва желает получить единый польско-литовский фронт, направленный против нее, то она не будет торопиться к решению вопроса Украины.

- Польско-литовский, как вы сказали - фронт - будет и так, примет ли наш государь Украину под свою руку или не примет, - сказал Федоров. - Не станет ли Украина «троянским конем», опрометчиво запущенным в Россию? Я вас не хочу обидеть, но действительность такова, как я об этом говорю.

- Что вы, пан дьяк, вы совершенно правы и рассуждаете государственно, - согласился я. Согласие всегда ведет к прогрессу в переговорах. - Любой государь должен быть осмотрителен при принятии очень важных решений. «Троянским конем» будет униатская церковь, которая исподволь будет вести работу на раскол союза и Украины, а весь народ и свое спасение видит только в России.

- А как же казацкая старшина? - спросил дьяк. - Будет ли она верна этому союзу?

- Вся казацкая старшина - это котел с чертями, - рассмеялся я. - Царю московскому нужно иметь своих конфидентов на Украине и верить их докладам при назначении старшины. И старшина должна быть такая, как в России - без самостийности. Самостийники предадут сразу, как только почувствуют нового хозяина и предадутся ему сразу.

- А как сам вельможный гетман Хмельницкий? - вкрадчиво спросил Федоров.

- Он-то как раз тот гетман, который верой и правдой будет служить интересам России и Украины, - твердо сказал я.

- И он разделяет ваше мнение в отношении в отношении униатов-раскольников и старшины? - с некоторым сомнением спросил дьяк.

- Скажем так, что и он думает так же, - сказал я.

- А откуда вы это знаете? - Федоров пытливо смотрел на меня.

- Скажем так, что я конфидент гетмана и моя задача показать искренность намерений гетмана, - сообщил я.

- А не хотите ли стать царским конфидентом на Украине? - сделал встречное предложение приказной дьяк. - Кому попало, мы такие предложения не делаем.

- Предложение хорошее, только мне нужно будет писарское одеяние сменить на одеяние служилого человека, - сказал я.

- За этим дело не станет - успокоил меня дьяк. - А что вы думаете по такому вопросу: долго ли продержится союз Москвы с Украиной, хотя если взглянуть со стороны, то мы два одинаковых народа.

- Это если только со стороны поглядеть, - сказал я. - Но нужно учитывать польское влияние на русских на Украине. У них даже другой язык, с русской основой, но с чужеземными включениями. Если честно говорить, то это искусственный язык, который создали специально, чтобы разъединить русских посредством языка.

- А вот у вас интересный русский язык, - сказал Федоров. - Какой-то новый, четкий и понятный, и ни одного старославянского слова. Вы где-то учились?

- Учился, но далеко и по другой программе, - ушел я от конкретного ответа. - Пан дьяк, а нельзя ли почитать что-нибудь по украинскому вопросу? Я человек молодой, а на той стороне у всех совершенно разное толкование, как Русь стала Украиной.

- Если вас интересует этот вопрос, то я попробую подобрать для вас книги, а уж вы сами делайте выводы, - сказал дьяк. - Вы уполномочены передать пану гетману конфиденциальное письмо, минуя главу вашего посольства?

- Да, - сказал я.

 

 

Глава 22

 

В то время, как наше посольство находилось в Москве, царем Московским в Польшу был послан боярин Репнин-Оболенский, чтобы примирить поляков с Хмельницким. Но всё было тщетно. Польша вознамерилась покончить с Хмельницким и его казаками, заключив союз с крымскими татарами, которым было всё равно с кем заключать союз, лишь бы иметь солидный бакшиш или держать сторону сильного. На тот момент Польша казалось сильною.

А мне дьяк, как и обещал, прислал интересующие меня книги.

Кое-какие пометки для себя я сделал.

История со времен князя Владимира известна нашим современникам как история междоусобицы, братоубийства, коварства и активного участия соседей, желающих половить рыбки в мутной воде российской истории. Все легенды о том, как княгиня Ольга отомстила за смерть своего мужа, показывали на то, что не было у русских жалости к себе и не хотели русские идти на компромисс с русскими. Русские бились с русскими. Русские грабили русских и не нужно было врагов русским, потому что они сами были себе врагами.



Severyukhin Oleg

Отредактировано: 16.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться