В клетке собственного разума

Глава 1. «Приезд в Нью-Йорк»;

«Сражаясь с монстрами – остерегайся.
Ведь ты сам можешь оказаться одним из них.»
5 правило гильдии охотников

Спускаясь по трапу самолета, Кейт не испытывала ни облегчения, ни той самой восхваляемой свободы, о которой так любят кричать люди под воздействием переезда из одного города в другой. Эфемерная свобода оставалась весьма условной даже во многих милях от прошлого. Вроде бы оно должно было остаться там, где-то позади, а ощущение складывалось, будто она привезла его с собой в чемоданах. Может те писатели вовсе и не врут, говоря, что от прошлого не убежать? Возможно ли вообще убежать от него? Наверное, нет. Сколько не беги, воспоминая всё равно будут удерживать где-то посредине металлическими тросами. Крепкими такими, добротными. Интересно, а начинать новую жизнь как самый обычный день – это правильно? Увы, ответить на этот вопрос у Кейт никогда не получалось, а вот пополнять копилку в голове всё новыми вопросами – без проблем. Единственное отличие от обычных серых будней заключалось в переезде с одного места на другое. И мороки было бы гораздо больше, если бы у неё внезапно оказалась в распоряжении целая комната с вещами, косметикой и различными рюшечками-заколочками. Но – слава всем богам! – Кейт никогда не была из тех девушек, что любят тонны косметики и дизайнерские вещи. Поэтому у неё был лишь небольшой чемодан с вещами и рюкзак за спиной, в котором лежали книги. У Кейт не было того человека, кто бы мог постоянно напоминать о необходимой женственности, а саму девушку никогда не волновало это. Кеды, привычные джинсы и различные худи – вот счастье. У Уолкер не было зависти к этим фарфоровым куколкам, которые красиво умеют краситься и имеют потрясные фигуры. Если затрагивать последнее, то у неё самой фигура довольно неплохая. Она не относилась к себе плохо. Просто не видела смысла одевать на себя что-то непрактичное. Хотя поговаривали, что до потери памяти она любила носить платья и выглядела настолько утончённо, что её вечно приписывали к аристократии. Как же, однако, потеря памяти меняет людей.
Надетые наушники не заглушали шума, громкость была убавлена в плеере. Рядом идущие подростки с каким-то восторгом расхваливали новые модели сотовых. Кейт, для которой это было неким фоновым шумом, особо и не вслушивалась в их речи, идя прямой наводкой к конечному пункту. Внутри здания аэропорта было жарко. И поэтому она поспешила как можно скорее выбраться из этой сауны. Рядом стоящий мужчина, шедший чуть впереди, словно оплыл от жира и Кейт бы не обратила на него своего внимания, если бы от того за версту не несло едким запахом пота и нестиранными с неделю носками. Обычно очень чувствительная к любым запахам, она невольно зажала нос, морщась. Этот запах будто добрался до всех нервных окончаний и теперь её неприятно передёргивало.
- Вы будете проходить, юная мисс? – раздался позади возмущённый голос той самой старушки, что на протяжении всего полёта не давала покоя стюардам и стюардессам, постоянно отвлекая их своими вечными жалобами. Да и бабуля эта ей чем-то напоминала теперь уже бывшую соседку миссис Пинкинс. Тот же идеальный пучок из седых волос и поджатые губы вечно недовольного всем человека. – Тормозите всех, юная дева. Я бы попросила быстрее!
«Даже говорит, как она...» - пронеслась в голове шальная мысль, прежде чем она отвела пустой взгляд в сторону и ступила дальше, скидывая вещи и передавая их охранникам.
Металлическая рамка пропустила через себя в безмолвии. Охранники лишь заинтересованно скользнули по телу девушки взглядом и тут же переключились на идущую позади той старушки эффектную блондинку. Блондинка, не желающая снимать солнцезащитные очки даже в помещении, по всей видимости поторапливала нерасторопных охранников. При чём на итальянском. Хотя охранники, осоловело хлопающие глазами, видимо и не понимали, чего от них требуется. И Кейт, не любящая влезать не в своё дело, отчего-то внезапно заговорила:
- Она просит вас поторопиться, потому как может опоздать на деловую встречу! – подхватывая свой рюкзак, Кейт обернулась на долю секунды, чтобы разъяснить этим парням пламенную речь женщины. – Ах, да. И если вы не перестанете пялиться на её грудь, она обещает вас кастрировать без всякой анестезии. Вроде это звучало так.
Перехватив восторженный взгляд блондинки, красные губы которой растянулись в приветливой улыбке, девушка закинула рюкзак на плечо и двинулась в сторону выхода. Что-то ещё говорящая ей вслед женщина была проигнорирована.
Люди сновали здесь как в муравейнике и без труда затерявшись в толпе, Кейт выскользнула из здания быстро, без особых проблем лавируя между потоком народа, выходящего на улицу. Яркое солнце на секунду даже ослепило её. Подняв руку, она невольно закрыла предплечьем слишком чувствительные к солнечному свету глаза, зажмурившись.
- От тебя несёт её духами, - горячее дыхание опалило ухо сзади и Кейт вздрогнула, застыв каменным изваянием самой себе. А потом медленно обернулась. – А я их всегда ненавидел.
Сколько она себя осознанно помнила, брат всегда появлялся внезапно и обязательно за спиной. Это было его какой-то весьма странной манией – пугать людей до обморочного состояния. И даже многие его друзья-мужчины от такого вот приветствия визжали похлеще девчонок. Девчонки хотя бы обычно сразу падали в его объятия, успевая подумать о маньяках. Почему маньяках, Кейт не знала, но её фантазия подкидывала только такой вариант. И конечно же Артуру незачем говорить «здравствуй» или там «рада тебя видеть». Артур в принципе не любит приветствия и прощания. Наверное, именно поэтому шесть лет назад он, ничего не сказав, уехал в Нью-Йорк и обосновался там весьма неплохо – газеты буквально пестрили разнообразием сведений о молодом актёре, ушедшем из семьи. Кейт до сих пор помнила, как их дом окружали журналисты и даже палатки где-то в парке неподалёку расставляли. И то время было похоже на ад: постоянное преследование, постоянные вопросы, но журналисты были ещё не такой глобальной проблемой, как оказалось позже. Девчонки, спрашивающие номер её нерадивого братца – вот это было адом наяву.
- Эта женщина меня обнимала на прощание. Артур, а ты не изменился… - и хотя в голове крутилось множество вопросов и упрёков, накопленных за столь продолжительное время, вырвалось именно это. – Каким был, таким и сохранился. Даже не постарел нисколько.
Кейт повернулась всем корпусом к нему и теперь могла точно сказать, что брат подрос, подкачался и явно стал ещё более самоуверенным – об этом кричали все его движения. Может стал не таким засранцем как был, но кто же его знает. И теперь, когда она смотрела на него и видела разительные отличия от того уезжающего подростка, то остро осознавала сколь много прошло времени – шесть лет. Он уехал в Нью-Йорк шесть лет назад и единственная их связь была лишь в соцсетях. Но разве там можно понять, как человек успел измениться? Никакой инстаграм не мог передать ей всё то, что было так жизненно необходимо.
Уолкер с удивлением поняла, что он и правда стал ещё красивее, как и писали на всех форумах его фанатки. Светлые волосы слегка отросли и теперь он подвязывал их резинкой, голубые глаза смотрели всё с той же ноткой веселья, а в плечах он раздался. Да и видимо вырос, куда же без этого. Стал молодым мужчиной. Как и она сама, её брат вырос. И это было как-то несколько печально, потому что Кейт не знала насколько сильно теперь изменятся их отношения. В детстве было ведь всё куда как проще. Из мыслей её вывел брат, ослепительно улыбающийся.
- Я стал намного неотразимее! – самоуверенно заявил Артур и сгрёб сестру в объятия. Кейт, не любившая когда в её личное пространство врываются столь беспардонно, внезапно просто обняла его в ответ, пряча лицо где-то на груди парня. – О, сама мисс недотрога соизволила дать себя потрогать! Я отмечу этот день в календаре красным маркером!
- Это первый и последний раз! – глухо отозвалась та.
- Кейт, твоя память... – начал было Артур, но увидев, как взгляд отстранившейся сестры внезапно стал затравленным, замолк, не в силах продолжить. Потому что этот же страх он мог некогда лицезреть, когда охотники бросили Кейт к его ногам. Бессознательную, истекающую чёрной вязкой кровью и словно неживой. Она тогда проснулась почти сразу и этот вот взгляд, наполненный полным непониманием происходящего... Артур зажмурился, силясь прогнать картины прошлого. Сейчас нельзя было давать себе слабину и корить за непоправимое.
«Она так и не вспомнила ничего. Сколько ещё мы все сможем продолжать держать её в неведении? И сколько ещё она будет мучиться от внутренних демонов? Ведь если кто-то...»
Артур нахмурился от посетивших его мыслей, но тут же широко улыбнулся. Нельзя было заставлять сестру нервничать. Она могла снова всё неправильно понять.
- Эй. Ты чего, брат? – Кейт удивлённо посмотрела на застывшего Артура. – И нет, я так ничего и не вспомнила из детства. Моя память о детстве – это до сих пор чистый лист бумаги. Видимо не стоило мне тогда играть недалеко от дороги. Машина бы не сбила и...
«Так мать эту версию всё же предоставила ей?»
Улыбка, мягко касающаяся его губ, чуть померкла на несколько краткосрочных мгновений.
- Ты не виновата, Кейт. Тот водитель не справился с управлением, так что это его вина.
Девушка пристально вглядывалась в глаза брату, пока не хмыкнула и не отвернулась.
- В любом случае, нам пора, я думаю. Ты обещал приютить меня у себя пока я заканчиваю последний класс старшей школы. Или ты уже передумал? – в голосе Кейт послышалась усмешка.
Артур на автомате кивнул, подтверждая её слова, но вспомнив, что его сестра давно не может уловить простые ментальные посылы, согласно промычал что-то неразборчиво и выхватил из её рук сумку, ловя тут же возмущённый взгляд. Он помнил, что она не любила признавать свои слабости или же чтобы ей помогали, но такая Кейт вызывала у него стойкое желание защищать. Раньше этого не требовалось в силу определённых обстоятельств, а теперь она была беззащитней новорождённого котёнка. И плевать он хотел на то, что она изучала какие-то там боевые искусства. В определённых моментах их мира это ей бы и не пригодилось.
Девушка же смирилась в который раз с привычкой брата чрезмерно её опекать. С ним спорить никогда толком не получалось, выходило дороже себе и он всегда оставался победителем. А тратить оставшиеся нервные клетки на этого засранца она уж точно не хотела. Да и если честно признаться, ей нравилась иногда его забота. В такие моменты они словно становились ближе. Прямо как в детстве, когда она очнулась в крови, лежащая на руках разъярённо рычащего Артура, глаза которого будто светились потусторонним красным цветом. Тогда он отталкивал всех от неё и нёс к своей машине. А она, непомнящая даже имени собственного, почему-то не боялась лишь его, прижимаясь к его груди и отчаянно жмурясь. И хотя Кейт плохо помнила всё тогда происходящее, однако тепло его рук и вибрирующую от рыка грудь она помнит и по сей день. До сих пор больше никто и не вызывал у неё доверия. А в школе её прозвали «весьма странной девчонкой» всего лишь за то, что Кейт не любила столпотворения и предпочитала чтение книг в тишине вместо предложенному месту в команде черлидерш. Кажется, она тогда весомо оскорбила этим отказом девушку капитана тех стервозных дамочек с пампонами.
Наблюдая как брат забросил чемодан в багажник своего жёлтого порше, Кейт не сразу заметила, что к ней кто-то подошёл. А если быть точнее, то буквально налетел на неё.
- Oh, Mio Dio! – раздался позади знакомый звонкий голос той самой блондинки и Уолкер резко обернулась, удивленно смотря на женщину. Та смотрела на неё глазами полного восторга, будто увидела своего давнего кумира и была готова расцеловать. Впрочем, она это и сделала, резко поддаваясь вперёд и сгребая девушку в крепкие объятия, звонко расцеловывая в обе щеки. Когда она снова заговорила, не давая Кейт прийти в себя, её акцент зазвучал довольно забавно. – Милая Кейт! Сколь долго лет мы не виделись, дорогая! Ты даже перестала мне звонить и писать!
Занимающийся багажом Артур резко обернулся, проклиная себя за беспечность. И громко хлопнув багажником, стремительно оказался около девушек. Он вдыхал полную растерянность сестры и ноты полного непонимания ситуации, когда его зрачки медленно вытянулись вертикально и багрянец с чёрными всполохами поглотил радужку. Блондинка, до этого прижимая к себе Кейт, застыла, удивлённая тем картинам, что пронеслись в её голове. Реки крови, трупы и лежащая посреди всего этого кошмара Кейт. Женщина зажмурилась и тут же распахнула глаза. Схватившись за плечи Уолкер, она медленно отстранилась, с непередаваемой тоской всматриваясь в глубину её глаз. И эта жалость, что плескалась внутри её глаз, заставила Кейт нахмуриться и непроизвольно вновь закрыться от незнакомки. Губы медленно вытянулись в сплошную линию, выдавая нервоз от сложившейся ситуации. И увидевший это Артур поспешил исправить шаткое положение своей давней знакомой.
- Елена, она не помнит тебя. Она попала в аварию и потеряла память о прошлом... - вздохнув, он положил ладонь на плечо сестры и ощутил, как та покорно расслабляется от этого. Названная же именем Елена медленно отступила на шаг, печально улыбаясь. – Кейт, эта женщина жила рядом с нами до того инцидента, её зовут Елена Кавалли. Она была нашей соседкой и иногда сидела с тобой, когда ты была мала. Ты любила её куда как больше меня и так и норовила больше времени проводить у неё, нежели сидеть дома. Елена не чужак тебе, Кейт.
Уолкер опасливо и недоверчиво посмотрела сначала на женщину, а потом перевела взгляд на брата, будто спрашивая, точно ли всё так. И получив от него слабый кивок, внезапно широко улыбнулась, поворачиваясь обратно к новой знакомой.
- Простите. Я и правда утратила память, попав под машину, когда перебегала дорогу. Мне очень жаль, что я вас не помню, но я рада, что вы были когда-то для меня дорогим человеком.
Кавалли слабо улыбнулась, не решаясь более трогать девушку.
- Ничего страшного. Это я должна просить прощения за то, что напугала тебя.
- Так, ну, всё. Хватит. Елена, тебя подбросить? – Артур, до этого старающийся не вмешиваться, уловил, что пора бы брать всё в свои руки.
- Нет, но спасибо за предложение, Артур. Тебя я тоже рада увидеть была. Но сейчас у меня деловая встреча, поэтому прошу меня простить, но мне пора.
Кейт, внимательно наблюдавшая за женщиной, внезапно сделала шаг вперёд. Где-то внутри её тянуло к этой женщине. Быть может памяти она и лишилась, но на инстинктивном уровне она тянулась к ней, а это значило, что ранее она и правда была сильно к ней привязана. И она не хотела терять ещё одну нить, ведущую её к прошлому. Ведь некогда, когда она поняла что от неё что-то скрывают, то поклялась себе выведать это. И эта женщина могла бы ей помочь.
- Простите. Но вы бы не хотели как-нибудь приехать к нам в гости? Я бы была не против послушать рассказы о нашем прошлом, которое я не помню.
- Как же я могу быть против? – Елена счастливо улыбнулась и всё же сгребла девушку в очередные объятия, не удержавшись. – Я приеду как только разберусь со всеми делами, малышка. Я обязательно навещу тебя и расскажу о том, как звонко ты раньше смеялась.
Смотря вслед удаляющейся женщине, Кейт словно видела в ней кого-то совершенно иного. Будто там шла красивая женщина, волосы которой были окрашены в серебро и развивались на ветру подобно длинным атласным лентам. Пару раз моргнув, словно сбрасывая наваждение, Кейт обернулась к брату. Тот с какой-то невыразимой тоской смотрел вслед Елене и девушке пришлось несколько раз толкнуть его локтём, прежде чем он пришёл в себя.
- Неужели ты был влюблён в неё? – поинтересовалась она, внимательно наблюдая за тем, как Артур резко отводит взгляд. – Оу. Я попала в точку? Серьёзно?
- Не говори глупостей, – глухо отозвался он, обходя сестру и открывая ей дверцу машины. – Мы всего лишь некогда слишком много общались. Это лишь тоска о прошлом, что не вернуть.
- Странно всё это, Артур. Что же вы все от меня скрываете?
Кейт нырнула в салон. И словно почувствовав себя в безопасности, её тело резко ослабло, а веки потяжелели. Вечно преследующая её сонливость вновь проявила себя. И уже сквозь дрёму она слышала, как хлопнула дверца со стороны водителя и тихо заурчал мотор. А потом ощутила, как на неё опускается плед. И это напомнило ей о том безгранично далёком времени, когда она засыпала в беседке и как Артур нёс её на руках в кровать, укрывая пледом и тихо напевал ей что-то невообразимо родное. Песню, что она не помнила, но знала.
– Спи, Кейт. Набирайся сил. И почему же ты столь проницательна?
Уолкер очень бы хотела хоть что-то ответить на это. Но глаза медленно закрылись полностью и она погрузилась в сон, слыша обрывки телефонного разговора Артура, прежде чем полностью погрузиться в забвение. И её интуиция подсказывала ей, что вскоре что-то обязательно произойдёт. Что-то, что может перевернуть её привычный мир.