В лето 6746 от сотворения мира

Глава 6. Дела первоочередные

Глава 6. Дела первоочередные

-Первым делом, первым делом, самолёты.

- Ну а девушки?!

- А девушки потом.

Песня из кинофильма «Небесный тихоход».

 

Свечной заводик

Закончив дела, которые я считал неотложными, я принял решение заняться организацией собственного производство, создать, так сказать собственный промышленный капитал. И первой целью стало организация производства свечей. 

Все осветительные приборы, используемые жителями Новгорода в ХIII веке можно было разделить на три группы: это сосуды для масла, подсвечники и светцы–лучинодержатели. Масляные лампы давали слишком мало света и потому, хотя и использовались, но довольно редко. Дома попроще, а также помещения с челядью, освещались лучинами, с помощью приспособления для их удержания – светцов[1]. Но, как оказалось, основным осветительным прибором в Новгороде были все-таки свечи. Богатый город. Основная масса его жителей могла себе такое позволить. На лучины новгородцы перейдут значительно позже, в период утраты городом своего значения и его постепенного обнищания. Но до этого было еще далеко.

В ХIII веке в большинстве новгородских домов использовались железные подсвечники, уплощенный штырь которых просто забивали в стену сруба. Поскольку многие такие подсвечники были с двумя–тремя ветвями, то получалось, что сильно на свечах новгородцы не экономили. Правда и спать ложились, по нашим меркам, очень рано, а вставали с рассветом, так что свечей много не переводили.

На Руси в тот период основным материалом для свечей, как я уже говорил, служило обычное сало. Называли свечи из него «макаными», поскольку при их изготовлении многократно обмакивали фитиль («светильню») в растопленное сало. Но уж слишком такие свечи были вонючи.  В отличие от других княжеств, новгородцы могли себе позволить более дорогие свечи из чистого воска с их характерным медовым запахом (в наших церковных лавках сейчас такие почти нигде не продаются), более ярким светом и увеличенным, по сравнению с сальными свечами, сроком горения. И могли позволить это себе не столько потому, что жители города были побогаче остальных, но и потому, что воск составлял одну из главных составляющих новгородского экспорта. Из всех русских земель он поставлялся именно на новгородский рынок, а уже оттуда его вывозили на Запад. А пчеловодство (точнее, бортничество) в тот период на Руси имело самое широкое распространение. До ХII века оно было даже более развито, чем земледелие.

Я уже упоминал ранее, что первоначально восковые свечи не отливали, а скручивали. Делали и так: фитиль плотно обматывали по спирали размягченной полоской воска, а потом окунали в жидкий воск, который заполнял стыки полосы и неровности поверхности. В Новгороде изготовление свечей была довольно многочисленной ремесленной профессией. Но ручной труд не сравнить с трудом механизированным и конкуренции я не опасался. Тем более, что мои свечи отличались строгим соблюдением формы, не «плакали», не плавились от тепла рук, сгорали медленно, и горели без треска. Кроме того, я имел возможность изготовления для торговли при храмах тонких «социальных» свечей и здесь я был практически монополистом.

Для организации своего производства мне, прежде всего, нужно было решить две проблемы. Первая проблема это – помещение под мой свечной заводик. Дело в том, что размеры станка для изготовления свеч в его собранном состоянии оказались не таким уж и маленькими.  Бегать работникам впритирку с горячим воском значит постоянно подвергать их опасности получения значительных ожогов. Но на улице под навес станок не поставишь – климат не тот.  Летом еще ничего, а в другое время воск будет быстро охлаждаться и работы не будет. Так что нужно искать помещение в самом доме, хорошо хоть, что работает станок на удивление очень тихо.

Вторая проблема – освещение производственного помещения. Естественный свет слабо проникает сквозь волоковые окна[2] и внутренность дома большую часть дня остается темной. Нельзя работать в темноте, а пускать на освещение много свечей не хотелось – невыгодно, да и много кислорода свечи сжигают.

Этим требованиям отвечало только одно помещение в моем доме – та самая светлица, в которую мы вначале «прилетели» и где я проводил прием некоторых делегаций для обсуждения условий моих заказов. Во-первых, она была самым большим помещением, поскольку по размерам была равна моему (в той жизни) довольно вместительному гаражу. Во-вторых, в этой комнате было больше всего и довольно больших по размеру окон. Хотя вместо стекол в них были вставлены пластины слюды, но света днем все-таки было вполне достаточно, а вот утром и вечером его (для целей моего производства) явно хватать не будет, но ведь тогда можно будет и пару свечей зажечь, тем более, что,  свечи из натурального воска  могут гореть по нескольку часов.  Так, упоминаемая уже мною самая «социальная» (т. е. самая тонкая и невысокая свеча, весом всего-то в 3 грамма), на самом деле горит около 40 минут. Только в церквях наших часто сталкиваешься с тем, что установленные размеры не соблюдаются, а дорогого воска в продаваемых свечах мало. Такая свеча сгорает быстрее. Восковая же свеча весом (всего) в 20 граммов вообще горит 3,5 часа. Так что для 40 килограммов воска, перерабатываемого на свечном станке за день, вроде бы потери совсем крохотные. Правда, свечи проблемы до конца не устраняют. Дело в том, что они хорошо освещают верх и плохо освещают то, что ниже их. Их можно использовать в самом начале работы (пока воск разогревается, и вода кипятится) и в ее конце, но не в непосредственно рабочий период. Поэтому я решил, что лучше всего будет все-таки прорубить еще одно большое окно. 



Борис Нефёдов

Отредактировано: 01.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться