В ловушке у монстра

Глава 27

 

Поначалу ждала Яматова с вердиктом для Блестяшки, сидя на диване и не спуская глаз с лестницы. Но когда в пятый раз поймала себя на том, что собираюсь грызть ногти, решила отвлечься на что-нибудь полезное. Так и время пролетит быстрее, и Дмитрия задобрю.

Но одно дело намеренья и совсем другое - возможности.

Готовка ужина закончилась полным фиаско. Нарезая мясо на куски, поранила палец. С уборкой тоже не заладилось, я не приводила дом в порядок, а крушила его. Вытирая пыль с ненавистного камина, нечаянно задела фарфоровую фигурку и расколошматила её вдребезги. Потом, подтирая полы, уронила вешалку, а та в свою очередь полетела и не куда-нибудь, а на зеркало, теперь на нём трещина, идущая с правого верхнего угла и по всей длине вниз. Последней каплей стало опрокинутое ведро с водой.

Плюнув на домашние хлопоты, пошла изучать местность возле дома, тем более зов природы неумолимо напоминал, что не плохо бы навестить туалет.

Да-а, уличный туалет это ещё то счастье! Холодно, неудобно и жутко непривычно. Обследуя баню, тоже расстроилась. Мне, как любителю долгого горячего утреннего душа, туго придётся. Помещение бани достаточно большое и чтобы его натопить хотя бы до плюсовой температуры, надо потратить не один час на растопку.

Раздражённая и издёрганная вернулась в дом. Мало того, что на горизонте маячит костёр, так и последние деньки приходится доживать без комфорта. Мобильной связи нет, интернета нет, телевизора нет, удобства холодные и на улице, живу с деспотом и тираном, а ещё звенящая в ушах тишина нагнетает обстановку. Никогда бы не подумала, что стану скучать по звукам города, а сейчас мне так не хватает сигналов автомобилей, рычания их моторов, постоянного шума от техники и гула от голосов других людей.

Если Яматов, когда спустится, скажет, что Блестяшку придётся уничтожить, накинусь на него и загрызу.

Услышав, как дверь наверху открылась, я напряглась. Так ждала Яматова, а теперь боюсь, что же он скажет. Мужчина, как специально накаляя обстановку, еле плёлся по лестнице, потом без слов отдал мне виляющую хвостиком Блестяшку и без слов прошёл на кухню, где выпил стакан воды и уставился в окно, словно там происходило что-то сверхинтересное.

— Ну что? — не выдержала я.

Ответный тяжёлый вздох со стороны мужчины ничего хорошего не предвещал.

— Что, всё так плохо, да? — целуя макушку ящерки, всхлипнула я.

— Маша, мне нечего тебе сказать, — обернулся Яматов. — Что она такое, я понятия не имею, вроде бы чужого вмешательства не уловил, но и моё куда-то пропало. Я ею больше не управляю, она теперь сама по себе. Как так вышло – теряюсь в догадках.

— И что ты решил?

Молчание.

— Ответь!

— Я бы без раздумий её уничтожил, — прорычал Яматов. — Но у тебя уже глаза на мокром месте, чувствую, потом я с тобой с греха пропаду. Между двух зол выбирают меньшее. Пусть пока живёт.

Кинулась к Дмитрию, крепко обняла его и расцеловала в обе щеки, но лишь в воображении, а в реальной жизни я улыбнулась Яматову и вежливо поблагодарила словами.

— Спасибо.

Мужчина кивнул, а потом заявил:

— А теперь, Мария, займёмся тобой, начнём с осмотра, и я попробую прочитать твою ауру.

— Хорошо, — охотно согласилась я, — мы тоже пойдём к тебе в спальню, и что от меня требуется?

— Да нет, мы останемся здесь. А требуется сущий пустяк. Разденься. Полностью.

Сначала я хохотнула, но серьёзное лицо Яматова сказало мне, он не шутит, и смех на губах умер в ту же секунду.

— Исключено!

Дмитрий, прикрыв глаза, нахмурился и снова выдохнул.

— Маша, я прошу раздеться не для того, чтобы на тебя поглазеть, мне не четырнадцать лет, это действительно необходимо для чтения ауры. Я нанесу на твою кожу определённые символы и посмотрю, как они будут светиться.

Яматов говорит складно и убедительно, сальные взгляды на меня не кидает, но в любом случае не собираюсь я тут перед ним голышом щеголять.

— А как насчёт компромисса? — начала я торговаться. — Допустим, я разденусь, но прикроюсь малюсеньким полотенцем, в бане такое имеется, видела.

— Машенька, завязывай нести чушь и строить из себя святую невинность, — притворно ласково пропел Яматов, близко подошёл, забрал у меня ящерку. Причём Блестяшка без единого звука и протеста пережила этот факт, лишь недовольно фыркнула, когда Дмитрий заставил спрыгнуть её с ладони на диван. А потом он взялся за верхнюю пуговицу моей рубашки и ловко её расстегнул. — Полотенце все стратегически важные места, как живот и спина, закроет. Не ломайся, далеко уже не девочка, даже с мудак…м-мужиком успела пожить, — последние слова мне буквально выплюнули в лицо, как будто совместное проживание с парнем, это что-то неприличное и в наше время всеобще порицаемое явление.

— И что?! — возмутилась я и смахнула с пол рубашки наглые руки. — Я теперь падшая женщина и мне ничего не стоит раздеться где угодно и перед кем угодно?



Наталья Соболевская

Отредактировано: 20.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться