В одну реку дважды

Глава 11

Утром мы встретились на кухне. Он пил чай. Я вежливо поздоровалась и принялась варить кофе. Голова жутко болела и, вообще, меня лихорадило. Слегка. Но я решила не обращать внимания на такие мелочи. Оба мы делали вид, что ничего не произошло. Во всяком случае, я.

– Мы уходим отсюда, – сказал он.

– Что-нибудь случилось? – Голос мой был спокоен, но внутри все замерло.

– Нет. Но первое правило того, кто в бегах – никогда не оставаться долго на одном месте. Возьми самое необходимое – отвезу тебя к надежному человеку. Побудешь там немного.

Я кивнула.

– Хорошо. Будешь кофе?

Он протянул свою чашку и вроде как хотел что-то сказать, но не сказал.

***

– Кто здесь живет? – Мы поднимали в лифте на последний этаж большого многоквартирного дома.

– Сейчас увидишь, – Краснов позвонил в дверь, та бесшумно открылась и пропустила нас внутрь.

В большой просторной прихожей никого не было. Мы прошли дальше и оказались в почти пустой комнате. Обычной мебели тут не имелось. Зато все, что нужно было прикреплено к стенам. Полки, компьютерный стол и даже огромный аквариум.

– Здравствуйте, Николай Федорович, – человек в инвалидной коляске, развернулся нам навстречу, оторвавшись от монитора компьютера.

– Как жизнь, Данилка? – приветствовал его Краснов, пожимая ему руку, вернее, то что от нее осталось: обезображенная культя с остатками нескольких пальцев. Других конечностей у человека не было.

Я непроизвольно сделала шаг назад.

– Ничего, – засмеялся тот, видя мою реакцию. – Я сам поначалу боялся, а потом привык. Данила, – представился он.

– Матильда, – сказала я и протянула руку.

– Очень приятно, – улыбнулся Данила и пожал остатками пальцев мою холодную ладошку. – Замерзла? – спросил он. – Раздевайся. Николай Дмитриевич тебе все покажет. – Он развернулся и опять уставился на экран.

– Вот твоя комната, – Краснов распахнул единственную дверь в квартире, не считая той, что в санузел. Я зашла и огляделась – обычная комната, стандартная мебель и даже телевизор. – Специально для гостей, – пояснил он. – Все остальное пришлось переделать.

Действительно, все проемы были значительно расширены.

– Это надолго? – спросила я.

– Надеюсь, что нет. Располагайся. Пойду с Данилкой потолкую.

Я вздохнула – что ж и так бывает.

Краснов скоро ушел, сказав на прощание:

– Веди себя хорошо.

Я попыталась улыбнуться:

– Конечно.

Секунду он смотрел на меня как-то задумчиво и вышел.

Что мне здесь делать я не представляла. Я прошлась по квартире и оказалась на кухне. Здесь тоже все было приспособлено для человека с одним пальцем – все, что можно, было автоматизировано.

– Осваиваешься? – На кухню въехал Данила, его кресло с легким жужжанием подкатилось к плите. – Давай чаем напою, а то руки у тебя, как у лягушки.

– Да простыла немного, – призналась я, не отводя глаз с его тельняшки. На ногах, на том, что от них осталось, были надеты камуфляжные брюки. Густая аккуратно подстриженная русая борода закрывала нижнюю часть лица. От серых глаз разбегались к вискам морщинки. А ведь ему не двадцать, как мне показалось сначала, а побольше и намного. Служил в горячих точках?

– Да вот, отвоевался, – засмеялся Данила, угадав мои мысли. – Не вздумай жалеть, – строго сказал он, – не люблю, – и снова засмеялся.

– Ты один живешь? – спросила я очевидную вещь.

– А то, – кивнул он, нажимая какие-то кнопочки. – У меня все есть. Мне хорошо. Николаю Дмитриевичу спасибо.

– И все же, давай помогу, – предложила я, доставая чашки, – на правах временного жильца.

– Хорошо. А я пока тебе аспирин принесу.

Мы пили чай и разговаривали. Общаться с Данилой оказалось легко и просто. Был он, как сам говорил, крутым оптимистом. Оптимистом и компьютерным гением. Краснов подобрал его на улице, где его эксплуатировала нищенская мафия.

– Это такая кодла… ты даже не представляешь. Со всех углов страны нас собирают, – он усмехнулся. – Выбора-то у меня не было особо. Но ничего, главное – живой. Бог меня любит, – заявил он, поднимая обрубок, – одну руку оставил и пару пальцев, как раз чтобы на кнопки жать.

Я смотрела на него со странной смесью жалости и восхищения.

– Ну, ты обживайся, а я пойду, погуляю… по интернету. Посуду не мой. Ко мне домработница приходит.

Но я все равно сполоснула чашки и пошла обживаться.

– А чем ты занимаешься? – полюбопытствовала я.

– Да так, всякие штуки делаю, – ответил Данила, не отрываясь от монитора.

– Ты хакер? – вспомнила я компьютерную терминологию.

– Я – кто угодно, – засмеялся он. – Могу и хакером.

Интересно, какие инструкции оставил Краснов относительно меня? Если я захочу уйти, например, он меня не пустит, что ли? Хотя дверь-то с секретом скорей всего. А уйти было нужно.

– А как ты в магазин ходишь?

– Я заказ делаю, мне приносят, – пояснил Данила.

– Ты, вообще, на улице не бываешь?

– Почему? Вон у меня лоджия какая – выходи и дыши. Я специально последний этаж попросил – видно далеко и воздух свежий. Хотя на улицу тоже хожу – в основном летом. Зимой у меня лапы мерзнут, – пошутил он.

– Ты знаешь, – вдруг решилась я, – мне тут в одно место смотаться нужно. Это очень важно.

– Вообще-то, Николай Дмитриевич сказал, что за тобой глаз да глаз нужен, что ты шальная… А что случилось-то? Помаду дома забыла?

– Эх, если б помаду, – вздохнула я. – Влипла я в историю, как кур в ощип. Нашла кота и решила вернуть хозяину, а теперь за мной какие-то бандиты гоняются, а я понять не могу, что им надо. Вот хочу хозяйку кота навестить.

– Если гоняются, дома сидеть надо. Николай сам во всем разберется. Я тебя уверяю, – резонно заметил Данила.

– Разберется, – кивнула я. – Я и не сомневаюсь, но у него помимо меня и своих проблем хватает. А женщину эту вчера машиной сбили, я думаю, специально. Сейчас там квартиру опечатают, и я уже туда не попаду. А может, у нее какие документы остались. Может, она дневник вела…