В погоне за Иштар

Глава 34

Зиккурат

- Искусство твоих мастеров выше всяких похвал, - сказал он. - Но нужно также обладать недюжинными познаниями в священной символике, чтобы столь четко и точно отобразить отрывок из священных текстов, где Всеблагая Иштар самолично отсекает свою голову, используя для этого собственный ноготь, на берегу священной реки Донгмы.

Похоже, он и в самом деле хорошо подготовился.

Двое других умемов поддержали «коллегу»:

- Иштар, таким образом, питает сразу три своих ипостаси, - с достоинством ответил седобородый мудрец в черной чалме, усыпанной звездами.

- Всеблагая Мать показывает необходимость кровавых жертв в свою честь, и жертв человеческих, кои следует совершать без зазрения совести и с легким сердцем, Цалибу.

- Почему же человеческих, если Богиня отсекает собственную голову? – Иннатха положила на язык сладкий финик, наслаждаясь замешательством умема. Каждый раз ей приходится слушать одну и ту же чушь. Неужели замысел Ликов и статуй настолько убог?

- Прекрасная Цалибу сама ведет свой род от Девы Исиды, эманации Всесильной Иштар, и она, несомненно, блестяще знает историю нашего мира. Но теперь я вижу, что она и мудростью своей значительно превосходит все слухи, прославляющие ее острый ум.

Комплименты и славословие в адрес красоты и мудрости Девы-Иннатхи были обычным делом в подобных беседах, да и вообще в повседневности Цалибу. Но сейчас ей интересно было наблюдать за сыном Цали Сумузи, который, конечно, не понимает, что был разгадан еще до того, как вошел в город-крепость Цала Исиды.

Иннатха медленно, плавно перенесла вес на другую ногу и сменила позу, как бы невзначай проведя рукой с остро заточенными золотыми ногтями по холмикам грудей и еле выступающей округлости живота, на какое-то время позволяя трем парам глаз, устремленных на нее, насладиться позой, демонстрирующей все изгибы ее тела в самом выгодном ракурсе. Две пары глаз взирали на юное тело Цалибу с сожалением о собственной утраченной молодости, как всегда, смотрят на молодых дев старики, а вот в глазах самого немощного на вид читалось плохо скрываемое восхищение напополам с вожделением. Ни один старик не будет смотреть на женщину так.

- Меня еще называют Девой-Воительницей, или Яростной львицей, не желаешь ли узнать, за что? – Цалибу приоткрыла пухлые губы и положила в рот еще один финик.

А затем звонко расхохоталась, запрокинув голову, показывая, что пошутила.

С облегчением засмеялись и трое умемов.

Тот умем, что настаивал на человеческих жертвах во славу Богини, в синего цвета рясе, продолжил:

- Не лучшим ли доказательством желания Богини наслаждаться человеческой кровью являются строки из священного писания: «Тело Богини Утренней Звезды подобно дворцу, отрытому беспощадным бурям, - дворцу, в котором гибнут герои…»? – и он усмехнулся, довольный удачным примером.

Иннатха ответила ему следующей строкой из того же писания:

- «…Любовь Всесильной Иштар подобна двери, впускающей в Небесную Обитель…»

К ее удивлению, поддержал ее тот самый умем, который сегодня интересовал ее больше остальных:

- «Дверь эта откроется лишь единожды, потому что из Небесной Обители нет выхода, и некому оттуда выходить…»

Умем в чалме со звездами тоже решил блеснуть своей ученостью:

- Но это строки из писаний шумерских племен, отличавшихся излишней витиеватостью в восхвалениях. 

- Да, почтенный, шумерские племена слишком усердствовали в своих восхвалениях, на мой взгляд. И все же их культ Иштар, которой они поклонялись под именем Инанны, имеет свою привлекательность. Хотя мне больше по душе ханаянская Иштар – Ашторет, а что вы скажете?

- Я десять лет изучал древние послания семитских племен, которые называли Богиню Астартой, - ответил мудрец в чалме со звездами.

- Я потратил пятнадцать лет жизни, толкуя шумерские письмена, - с достоинством ответил умем в синей тоге. - И их Иштар нередко изображается на Ликах, танцуя на красивых молодых телах, нередко на нескольких сразу, не лучшим ли это является доказательством, что Богиня предпочитает именно такие тела в жертву?

- Вам, умемам, лишь бы в жертву, - Иннатха шутливо махнула на него изящной кистью. - А может Богине просто нравится прикасаться к юной, упругой, горячей плоти, - она словно бы невзначай облизала пересохшие губы и отхлебнула из высокого золотого кубка.



Диана Хант

Отредактировано: 06.05.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться