В поисках вечности

Как было дело

– Ну так, поведай нам про свою первую великую битву, – Трист развалился в кресле напротив кровати Ингрид. Кларисса, оценив его возможности еще за ужином, принесла перед уходом с десяток пузатых бутылей местного вина. Ингрид невольно поморщившись, боком оперлась на подушки. Старик Фанпайн со своим бокалом тоже уселся поблизости от девушки и с удовольствием приготовился слушать.

– Вам только попкорна не хватает, – проворчала Ингрид.

– Что? Это какой-то напиток, или зелье? У людей появилось много нового, пока я спал, – Трист с удовольствием отхлебнул из бокала.

– Учитель Рагнар частенько так говорил, – у Ингрид не было желания углубляться в тему. В детстве она потратила два года, пытаясь самостоятельно сварить это «зелье», пока учитель не заинтересовался, чем это девочка занимается все свободное время. После этого он ржал полдня. А потом собрал кучу разных зерен и начал их жарить. Еще через год Рагнару и Ингрид удалось путем мутации вывести растения, зерна которых обладали нужным эффектом. Но то, что было гордостью ребенка-ахимика, у взрослой Ингрид вызывало только смущение и ностальгию.

– У мастера Рагнара было в запасе много непонятных слов. Замечательный был человек. Но сейчас мы говорим о его ученице. Ингрид, ты действительно посчитала, что справишься с такой стаей хиндов самостоятельно? – судя по всему, это больше всего интересовало Фанпайна. Он слишком давно знал Ингрид, чтобы сомневаться в ее благоразумии.

– Нет, конечно. Сначала их было всего четыре! И поблизости не было других, это абсолютно точно!

– И что же дальше? Ты увидела четырех хиндов, не трех, как оговаривалось в задании. Это уже был повод правомерно отказаться и требовать возмещения с заказчика.

– А как бы я доказала, что их четыре? Я решила, что справлюсь. А потом принесу четыре комплекта ушей и прижму этого жмота к ногтю. Все рассчитала. Я обездвижила всех четырех заклинанием паралича и убила двоих разрезом. Я стала собирать силы еще для двух разрезов, но не успела – еще один хинд, пятый, напал сзади. Если бы не куртка из шкуры медного буйвола, он бы меня в клочья разорвал. А так, я просто упала. Но концентрацию потеряла, и те двое освободились от паралича. Тут я заметила, что приближаются еще восемь хиндов, которых ранее не ощущала. Когда один из трех ближайших на меня прыгнул, я снова использовала разрез, но только часть лап отсекла, все-таки с движущейся целью это заклинание не эффективно – слишком затратно. Сил у меня на еще один разрез не было и дальше все, что я могла, это активировать временный барьер в исходном виде и отбиваться зельями. Одного мне удалось сжечь, но я потратила на него все воспламеняющее средство. К счастью, мне удалось растворителем ослепить второго. Честно говоря, я рассчитывала и его поджечь, но в спешке перепутала флаконы. Может и к лучшему. Оказывается, хинды могут вполне успешно себя тушить и мне пришлось добавить огоньку тому, что я уже подожгла вначале. Я не собиралась использовать растворитель на этих тварях, так что у меня было всего два флакона. От слабости я боялась промахнуться и все берегла последний пузырек. Только я не думала, что эти твари даже в таком состоянии будут нападать. Тот, что почти без лап, видел и чуял меня и звуком указывал путь тому, что был без глаз и носа. Просто жуть. Руки почти не слушались, так что я не решалась бросить последний флакон растворителя. А яды на хиндов не действуют. Я, в конце концов, все же ослепила этого безлапого, но поздно. Только помню, как удивилась, что эта тварь не переломила мне ногу, когда вцепилась. И до сих пор не понимаю, если честно. Ведь челюсти хинда позволяют ему сталь жевать.

– Чего ж тут непонятного? Он и так загнал тебя в угол, лишившись четырех лап из шести. Ты слишком много хочешь от смертельно раненого. У зверя просто не осталось сил. Все равно второй тебя прикончил бы, если бы я не вмешался.

– Постой. Я вспомнила, есть еще кое-что, чего я не понимаю, – Ингрид вдруг удивленно посмотрела на Триста. – А как ты через барьер-то прошел?!

– Здесь ничего сложного нет. Барьер простенький. Самый дешевый, небось. Есть несколько способов миновать его, не разрушив. Я после тебя научу. Сейчас меня больше интересует, как ты не заметила девять хиндов. Если они успели прибежать на помощь соплеменникам, то должны были быть очень близко. Я слышал, что восприятие алхимика настолько чуткое, что их часто только из-за этого приглашают присоединиться к охотникам. Хотя стоит эта услуга бешеных денег.

– А мое восприятие еще лучше. В хорошем состоянии я могу покрыть площадь в несколько километров. И мое восприятие говорило мне, что других хиндов там не было. Не могу объяснить.

Фанпайн, до этого молча поглаживающий бороду, вдруг спросил:

– А кто там был? Кого ты почувствовала, ты помнишь?

– Естественно, я не могу вспомнить всех, вы представляете, сколько там было только птиц? А еще рыбы, лягушки, мелкие грызуны. Но никого крупнее болотной кошки не было, это точно. Даже обычных волков не было, да они на болота и не ходят почти, что им там делать.

– А ты не помнишь, сколько там было кошек? – продолжал спрашивать Фанпайн.

– Старик, ты хочешь проверить ее восприятие или что-то знаешь? – спросил Трист удивленно.

– Возможно, догадываюсь. Так сколько кошек?

Ингрид закрыла глаза и начала восстанавливать в памяти ощущения того сканирования.

– Девять! Девять кошек, – удивленно прошептала девушка. – Какая же я дура!

Эта самокритика удивила Триста.

– Судя по всему, старик, ты считаешь, что хинды научились маскироваться под более мелких животных. Но Ингрид, к чему такая самокритика? Эти твари на такое не способны, на сколько я помню, как ты должна была догадаться?

– Любые кошки, а особенно – болотные, – территориальные существа. Они будут драться до смерти с любым собратом, зашедшим на их территорию. На такой маленькой площади максимум может быть две кошки, и они будут либо драться, либо спариваться, – наставительно сказал Фанпайн. – Ингрид, ты так сосредоточилась на крупных животных, которые могут представлять опасность, что эта аномалия прошла мимо твоего сознания. Любое несоответствие природным правилам – предмет для беспокойства и изучения. Правда, должен признать, что маскировка под другое существо – признак либо разума, либо специального обучения. Ты права, девочка. Уж все слишком печально складывается в единую картинку. Думаю, нам всем пора покинуть эти места. Как только жители окрепнут, мы спрячемся в лесах, а после сбора урожая и вовсе покинем эти земли. И тебе тоже следует уйти.



Лиха Янина

Отредактировано: 30.03.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться