В тени над затмением

Пыль и эхо

Открытие Камила никак не помогло в понимании природы коллапсов. Более того, Павил теперь был вынужден работать один. Конечно, нет сомнений, что в инфополюсе миллионы людей желали ему помочь, поделиться своими идеями и мыслями, но Павил не будет прибегать к их помощи. С одной стороны, это глупость – не пользоваться помощью. С другой стороны, он был уверен, что это бессмысленно. У Компании была куча времени, чтобы определиться с заменой Камила, или, на крайний случай, подсадить ассистента. Но они либо тянули, либо не нашли подходящего кандидата. Был ещё один вариант, который Павилу, возможно, не нравился больше остальных – корпорация умалчивает. Где-то там, за закрытыми дверями, куда доступ строго ограничен, проходят масштабные переговоры внутри конгломерата. И пока Компания пытается убедить всех в своей привилегии на монополию исследования, до остальных вещей ей до лампочки.

Да, протонные паруса. Отлично. Протоника. Ну, и что дальше? Как это прольёт свет на зарождение миллископических чёрных дыр? Идея протонного паруса не нова. Ей сто лет в обед. Но, как и было подмечено Камилен, не было смысла делать протонный парус в силу отсутствия необходимого сверхпроводника с повышенной плотностью. Получается, такой имелся на объекте. Дело в нём?

Павил изучал данные, сидя в своей комнате. Он вращал модели метрик перед собой, крутя их руками в дополнительной реальности. Он растягивал пальцами изображение, пытаясь уловить связь. В чём была идея зарождения чёрных дыр? И чёрные ли это дыры? Это было сродни безумию фантазии, нежели сомнению.

Ответ мог скрываться в понятии гравитационной сингулярности. Но главная проблема заключалась в том, что такие вещи не решаются в рамках классической физики. Даже если копнуть глубже, залезть с головой в квантовую физику, окажется, что невозможно провести никакие расчёты из-за отсутствия вменяемой квантовой теории гравитации. За двести лет существования идеи она так и не была завершена. Конечно, квантовая теория поля, локальный или нелокальный признак более-менее работали и могли помочь в понимании наблюдений, но только поверхностно.

Камил пересылал свои заметки, пришедшие ему в голову уже после отлёта. Иногда в них он проводил аналогии с зарождением вселенной в момент большого взрыва, когда кварки и кванты вырываются наружу, более не способные удерживаться гравитационным сжатием. Жаль, что не существует такого телескопа, посмотрев в который можно было бы увидеть зарождение вселенной. Для «нового» Камила было свойственно скатывать любое размышление в философию, отходя от чисто научной точки зрения. Разозлённый Павил попросил его впредь быть более конкретным, моргая на кнопки отправки сообщения.

Волновала Павила и разработка двух инженеров. Динамо-торпеда, она же мина, довольно интересное изобретение. Победа человеческой мысли над природой вселенной. Только такие вещи имеют скверную привычку быть использованными. И каждый раз приступая к изучению, Павил чувствовал груз ответственности, падающий на его плечи. От него, возможно, зависел конечный итог миссии. Без сомнений, Бао был настроен весьма враждебно по отношению к «коробке с крыльями». И если Павил не успеет, то уже ответственность на себя возьмёт главный инженер, он же второй помощник.

Леклерк тоже оказался ещё тем фруктом. Ускоряющийся. Первым же делом Павил поделился новостью с Амандой, считая, что больше было и не с кем. Было бы неплохо выяснить, что ускоряющийся делает в такой дали от своего общества, да ещё и работая на контракте с Компаний. Они не просто так утаили эту информацию, не посветив никого в оную из собранной ими же научной группы.

Пальцами он обхватил свои виски, пытаясь сосредоточится. Любая метрика могла быть как правильной, так и не правильной. Закон Паули мог быть фундаментальным, мог быть просто применим, а мог быть вообще не причём. В последние дни Павила начало клонить в сторону от всех идей, которые они успели с Камилом породить. Не важно, какой плотности были сбиты электроны внутри нового образования. Разом они все не могли вылететь. Скорость испарения чёрной дыры тоже была неадекватна. Должен был быть какой-то катализатор, реверсирующий поток векторного поля.

Павил начал перекапывать всю имеющуюся информацию. Петабайты инфополюса проносились по сетчатке его глаз. Тераполюс разлаживался в геометрической прогрессии, открывая всё новые и новые страницы информации, переполненные формулами и комментариями. Попадались даже самые забавные. Вроде теории струн. Старая идея, что весь наш мир лежит на бране, а кварки состоят из чистой энергии, похожей на закольцованные струны. Свои уровни для каждого из моментов. Забавная, но забытая теория. Проблема была в том, что наша вселенная не симметрична. Помогло ли это как-то Павилу? Нет. Он выделил глазами описание энтропии Бекенштейна, где площадь горизонта события пропорциональна энтропии чёрной дыры. В этом представлении чёрная дыра – не более чем переплетение совокупности бран. Красиво, но не сильно применимо. С таким же успехом Павил мог использовать тензор-скаляр-векторную теорию, представляя чёрную дыру как полую окружность, покрытую сеткой векторов, тензором сдавливающих фигуру внутрь. Вопрос оставался тот же: что порождает коллапс и заставляет его же коллапсировать?

Между перерывами на поесть и работай Павил запускал разные компьютерные игры, в отчаянных попытках разгрузить свою голову. Он убивал часы в разных одиночных гринделках, порой и не задумываясь, зачем он это делал. Любой способ подходил разгрузить свои мыслительные процессы. Но получалось в лучшем случае так себе. Свесив ноги с раскладной кровати, он растягивал перед собой изображение, превращая его в полноценный монитор, брал в руки геймпад, подключаясь к игровому облаку инфополюса. Пинг до ближайшего был две секунды, но это не останавливало Павила.

Он отгородился ото всех. Выходило он из своей комнаты только за едой, избегая встречи, которых никогда и не было. Насколько он мог судить, Аманда всё время проводила за штурвалом шаттла, летая только за орбитой Андана, параллельно заполняя свой личный блог, набравшего дикую популярность в инфополюсе. Бао и Тайлер продолжали работать над чем-то своим. Павилу предписывалось посещать Вайсс для прохождения ежедневных медицинских и психологических тестов, но он благополучно игнорировал инструкции. Связывался с ним только Леклерк, интересующийся успехами. Вполне вероятно, что Компания давила на него. Ничего удивительного в свете того, что весь инфополюс знал о случившимся с Камилом.