Вакансия с подвохом

Размер шрифта: - +

Глава 9 О испорченном сне, любопытстве и новых пострадавших

Я барахталась, проверяя границы свободы. Сетка, подло утащившая в небеса, не сжималась, не пулялась разрядами, но и не выпускала.
— Слабенькая ловушка, Шафл. На троечку, — прошипела я сердито и попыталась устроиться удобнее.
Ночевать в своеобразном гамаке не собиралась, но выбираться лежа на спине ногами кверху очень неудобно. Повернуться тоже не так просто, как кажется. При любом движении ловушка раскачивается: чем больше ворочаешься, тем сильнее.
Получились качели, что находятся на очень большой высоте. Еще чуть-чуть и удастся совершить круг. Жаль, толку никакого, если не считать незабываемых впечатлений. Наконец, удалось оттолкнуться достаточно сильно, чтобы развернуться и перекатиться на живот.
Тоже не ахти какая удобная поза, но теперь, хотя бы, вижу, где колдую. План простой: выстроить страховочную сетку и перерезать путы. Я довольно потерла ладошки и приготовилась к скорому падению.
Примерилась, рассчитала, призвала силу и ничего не произошло. Заклинание не сработало: совсем. Точно в миг разучилась колдовать. Повторила еще раз: все верно. Может силы мало вложила? Потянулась к ней, зачерпнула побольше и… снова ничего. Да как же так?
Третье заклинание выстраивала тщательнее, чем предыдущие. Даже уловила, как оно формируется и убедилась в правильности, но вот результата так и не достигла. Оно точно распылилось в воздухе, сродни пшику из флакончика с духами.
Четвертое, пятое: бесполезно. Тяжело дыша, улеглась в ловушке удобнее и тоскливо посмотрела на полянку. Поместье рядом, но здесь места, отчего-то, дикие и прогуливающихся слуг не наблюдается. Ох чую, болтаться неизвестно сколько. С менталистикой у меня не очень: не вран-таки, не вран и даже не дракон. Может поорать?
Вдохнула поглубже и, тоненько пискнув, подавилась воздухом. Коварная ловушка чуть ли не засеребрилась от восторга, но в этот раз она не при чем. Просто сообразила, что не придумала даже маломальского объяснения нахождению в столь странном месте. В прогулку не поверят, в случайность — тем более. И как назло, моя дурь, что не раз выручала, в этот раз отказалась помогать.
Я растерянно рассматривала травку, деревья и все громче вздыхала. Плакать отучилась давно, но привычка обиженно сопеть осталась. Говорят, в такие мгновения нижняя губа у меня выпячивается. Наговаривают, не иначе.
— Ты так сопишь, даже в саду слышно! — раздался веселый мужской голос.
Я встрепенулась и тут же передумала помирать. Бултыхнулась, перекатилась, случайно раскачалась, но таки разглядела пришедшего. Не Артур, но тоже не плохо. По крайней мере, ни Шафл, и ни хозяйка.
— Тебя спасать или тебе там понравилось? — Чени приложил ладонь козырьком ко лбу и жизнерадостно улыбнулся. Скоро вся прислуга будет так же потешаться, слушая, как ловко меня поймали. Шут с ней с гордостью, сохранность важнее.
— Вообще-то, это новый вид целительного сна на воздухе, — важно проговорила я, что не просто проделать в неказистой позе. — С каждой подобной процедурой я становлюсь все моложе и моложе. Ты нарушил эксперимент, — укорила его шутливо.
— Маловата ты для подобных процедур, — скептически сообщил он и с места не сдвинулся. — Не боишься оказаться в пеленках?
— Я старше тебя!
— Хм, а я думал, женщины всегда уменьшают возраст. — Он, прищурившись, разглядывал меня и прикидывал, как проще вытащить с верхотуры.
— Так то женщины! Короче, меня так редко спасают симпатичные юноши, что я не устояла перед предложением. Спасай! А то все сама, да сама.
— Сама в неприятности забираешься, сама и выбираешься, — философски заметил Чени и выпустил крылья тьмы.
Он легко поднялся до моего уровня, подмигнул и покрепче перехватил сетку. Я и охнуть не успела, как оказалась внизу. А он выпустил когти и занялся распиливанием ловушки. Я следила за веревками, которые истончались так медленно, словно были, как минимум, деревянные, и не понимала, что происходит.
— Что это? — прошептала я, запоздало сообразив, до чего повезло встретить помощника. Небось, по наводке Шафла топал к домику. Больше-то ему тут делать нечего.
— Это очень хитрые веревочки. Внутри них спрятан металл, который блокирует магию. Вроде, и просто, и не выбраться никак.
— Ой, я читала про такое. Из него наручники делают, которые патрульные используют. Поэтому так важно сбежать до того, как их натянут. То есть…
— Какие у тебя интересные познания, — усмехнулся Чени, не прекращая пилить.
— У меня и жизнь обзавидуешься, — призналась я, точно зная, что правда, сказанная шутливо, таковой не воспринимается.
— Я заметил. Пошли, что ль?!
 Ему наконец-то удалось проделать дыру, достаточную для того, чтобы я пролезла, чем и воспользовалась.
Мне очень хочется верить, что он благородно проводит меня до поместья и не спросит, что я тут делала. Но увы, его благородства хватило только на половину пути.
— Не все прогулки одинаково полезны, — туманно сообщил он, не глядя на меня и держа руки в карманах.
— Я заметила. Впредь буду гулять осторожнее.
— Не только гулять. Ходить по поместью лучше тоже с осторожностью, — он резко вскинул голову, и пристально посмотрел на меня.
Мне резко стало жарко: неужели догадался о лаборатории?!
— Нагулялась уже, — глухо произнесла я. — Повезло, что ты тоже гулять пошел.
Он опустил взгляд, и мои подозрения усилились. Ох, неспроста оказался здесь в такой час. К поместью пошли в молчании, и я, как раз, по третьему кругу в уме повторяла слова благодарности, когда он произнес:
— А ведь прогулку можно и повторить?! Только не в этом мрачном лесу.
 Я вытаращилась, окончательно перестав что-либо понимать. Это интерес, попытка увезти подальше от лаборатории или желание выведать подробности?! И не узнать никак. Эх, любопытство сгубило ликесу:
— Когда и где?
— Увидишь, — он загадочно улыбнулся: — Приходи к мобилю утром. Сможешь?
— Выкручусь, — деньги-то уже не светят, хоть развлекусь.
И страшно довольная приглашением вернулась в комнату. Утро-то уже скоро, надо бы поспать.
*    *    *
Вместо мелодии меня разбудил раздраженный вопль Чени.
— Это, по-твоему, утро?
От неожиданности я подскочила, скатилась с кровати и больно ударилась об пол. Закрутила головой, ища источник шума, но никого не увидела. А меж тем, вчерашний спаситель продолжал неистовствовать:
— Так бы и сказала, утро наступает вечером! Я бы не тратил зря столько времени!
При упоминании о времени невольно глянула на передающий браслет, который не снимала с руки. Тот транслировал взъерошенного Чени, который стоял около мобиля.
— О, проснулась! Наконец! — напустился парень с новой силой. — Скажи, как можно принять вызов, но не проснуться.
— Ох, Чени, как мало ты знаешь о жизни, — вздохнула я, протирая глаза, — можно даже упасть с кровати и не проснуться. Главное, правильно устать.
Он недоверчиво посмотрел на меня, я же задумчиво изучала циферки: даже десяти часов нет. И стоило так орать? Подозрительность тут же усилилась. Ох, неспроста торопят. Неспроста.
— Двадцать минут, и я вся твоя, — пообещала я и отключилась, не слушая очередных раздраженных воплей.
За короткий срок успела: умыться, переодеться да цапнуть пару булок с подноса на столе. К мобилю мчалась, перепрыгивая через две ступеньки, благо серебристые кроссовки и узкие белые брючки позволяли быстро двигаться без риска упасть. Длинные светлые волосы собрала в высокий хвост, водолазку выбрала темно-синюю под цвет сегодняшних глаз. Минимум макияжа, простая одежда — и я готова провести в городе целый день. Вернее, рада бы остаться тут и проследить что затевается, но не позволят.
Чени поджидал в ярко-красном мобиле и мне пришлось глупо заглядывать в окна, чтобы разыскать его. Я привыкла, что он пользуется длинной белой кишкой, которая, как считается, способна летать. А тут мелкая маневренная таблетка. Очень интересно!
Парень с недоумением глянул на меня, когда я взгромоздилась на переднее сиденье. Чего это он, сам же торопил?
— Иза? — уточнил он, разглядывая преувеличенно внимательно.
— А есть варианты? — фыркнула я и вспомнила, что замаскировала ауру.
Прятать ауру давно вошло в привычку, но сегодня замаскировала ту, под которой все знают, как Изу Хант. Паранойя тут вовсе не при чем. Просто мало ли что заинтересует в городе. Совсем не обязательно объявлять всем что я — это я.
— От кого ты скрываешься? — он отвернулся и теперь интересовался только мобилем. Мы отдалялись от дома, но так медленно, что я засомневалась, что до вечера попаду в город.
— От себя. Бегу, бегу, но прошлое всегда быстрее, — я смотрела в окно и не видела его взгляд, зато хорошо ощущала удивление и недоумение. — Забудь, — буркнула, жалея о несдержанности. Столько лет молчала, а тут прорвало. И добавила нарочито весело: — Куда летим, раз уж сбежали с работы?
— Развлекаться! — бодро откликнулся Чени и я заподозрила, что он не знает, чем меня занять, а лишь выполняет указ. Хозяйка или Артур: кому помешала и в чем?!
Высадились мы в центре города, вышли из мобиля и замерли, не зная, что делать дальше. Так и стояли, переминаясь с ноги на ногу и неловко переглядываясь. Хм, а со служанками он не теряется. Я настолько ему не нравлюсь или он опасается перейти дорогу?! Кому только? Не может же он всерьез верить в россказни Югетт. Кстати об экономке, которая болтала о зазнобе, когда думала, что перед ней Чени.
С ориентировалась я мгновенно: сделала губы уточкой, усиленно захлопала глазами и пошла в наступление.
— Че-е-ни, — протянула я, подходя ближе.
Парень поперхнулся, оступился и отодвинулся подальше. Судя по бегающему взгляду, он спешно выискивал причину, чтобы оказаться как можно дальше отсюда. Наивный, от меня никто не уходил, особенно когда твердо решила докопаться до правды.
— Наконец-то, ты решился! Уж думала не дождусь! — пропела я и шагнула навстречу. Он так же шустро отступил, нервно озираясь.
— Театр? — он ткнул пальцем, по мне так, наугад и в первую подходящую группку зданий.
— Отличная мысль! — я подобралась совсем близко и с готовностью уцепилась за руку, которую тот пытался спрятать. Странное поведение для влюбленного. Ох, что-то напутала вездесущая экономка.
Чени скосил взгляд на пойманную руку, тоскливо вздохнул, и пошел в том направлении, куда и показал. Ладно, хочет тянуть время — пусть развлекается: по возвращении узнаю, что изменилось.
Мы шли рядышком и издалека походили на влюбленную пару. На деле, мне приходилось крепко держаться за провожатого, который норовил сбежать. Останавливали его только мои решительность и цепкость. Единственное, что он мог сделать, ускорить шаг, чем и пользовался.
К длинному зданию, увенчанному массивным шпилем, мы примчались бодрым маршем. Романтичная прогулка вышла короткой и нервной. Сооружение, к которому мы так стремились, походило на храм, кабы не табличка с надписью «Главный театр Темной империи». Очень важная табличка: без нее этого ни за что не угадать. А Чени неплохо ориентируется в этом городе. Не то, что я.
Спектакль мы выбрали ближайший по времени и очень обрадовались везению. А то могло статься, зря шли. Да и какое-никакое, а занятие. С трудом дождались начала и с вздохами облегчения уселись в кресла. Наконец-то, можно перестать мучительно изобретать темы для разговора, состоящего сплошь из пауз и эканья.
А дальше началось самое интересное. Спектакль-то оказался обычным и ничем не примечательным. Увлек, но не более того. А вот актеры искренне заинтересовали. Точнее, всего один.
Толстяк блистал во всех смыслах. Костюм, обтягивающий его шароподобную фигуру, переливался в ярком свете. А играл он изумительно: исчезла та нервозность, что раздражала, когда изображал нотариуса. Я в полной мере оценила талант и поразилась опасному соглашению. Неужели уплаченная сумма стоит того риска, что сопровождает подобную игру?!
Но гораздо больше мучила мысль, что заказчик осведомлен обо всех передвижениях Артура. Говорить или не говорить о том, что видела? Вопрос мусолила весь спектакль и так и не пришла к выводу, который бы устроил. С одной стороны, Артур и сам все это подозревает, с другой – подозревать и знать точно — вещи разного порядка.
Из театра выходила раздерганная и растерянная одновременно, а потому просмотрела и прослушала, с кем Чени беседовал по браслету и куда сбежал, пообещав вернуться. Постояла, собирая мысли, в кучку и отправилась проведать настоящего нотариуса. Нельзя сказать, что хоспиталь «Тьмы и Света» так уж близко, но мне в кроссовках ничего не страшно. А другого случая может и не быть.
Зачем иду, не знаю. Отвратительное видение в виде кокона тьмы вокруг несчастного врана, итак, регулярно является во снах. Другие назовут это случайностью, я — совестью. Меня гонит безумная надежда, что вран спасен и выписан, а я смогу спать спокойно.
Я уже подходила к корпусу, когда заметила знакомую фигуру. Драконесса передвигалась с удивительной легкостью, и в струящемся платье меньше всего походила на прислугу, пусть и высшего ранга. Меня порадовало, что она не может меня узнать и я поспешила, догоняя ее. Набрасываться с вопросами не стала: тихонько пошла следом, держась как можно ближе.
Та же приветливо кивнула сестричкам за стойкой и поспешила наверх. Я повторила трюк и с самым независимым видом подошла к лестнице. Югетта поднялась на самый последний этаж и зашла в ближайшую к лестнице палату. «Тяжелый» пациент значит: нотариус тоже на этом этаже. Я поспешно оглядела коридор, убедилась, что свидетелей нет, накинула невидимость и вошла.
В палате горел ослепительно яркий свет, но тот, кто в ней лежал, этого не замечал. Он стеклянным взглядом пронзал потолок, больше походя на куклу, чем на живого дракона. Белая кожа выглядела полупрозрачной, а вены так явно змеятся под кожей, что смотреть совершенно невыносимо.
Я поспешно перевела взгляд на Югетту, которая ничего этого не замечала. Она полулежа обнимала дракона и смотрела в стену таким же стеклянным взглядом. Чего только я не придумала, пока поднималась за экономкой по лестнице, но точно не того, что найду очередную жертву мощного темного проклятья, которое не просто снять. Ясно, чем отплатить Югетте за помощь, осталось придумать как.
На улицу выскочила куда быстрее, чем шла сюда, и только там вспомнила про нотариуса. М-да, некоторые тайны должны оставаться тайнами, хотя бы для собственного спокойствия.
Прежде, чем возвращаться отправилась на пробежку. Усталость прогнала тревогу и на площадь вернулась спокойной. Почти. Отдышалась и вызвала Чени, которые ответил так быстро, точно собирался сам вызывать меня.
— А может обратно в поместье? — спросила я, выслушав вялые извинения об отсутствии. Ясно, что раскаивается, хотя сам пригласил на эту прогулку. — Я не просто нагулялась, я перегуляла.
— Да-да, конечно, — облегченно выдохнул он, удивился, что я все там же и сбросил вызов, наказав дожидаться.
Обратно мы летели заметно быстрее, а Чени нервничал, хотя внешне сохранял абсолютное спокойствие. Он снова скомкано извинился и позабыл про меня, мысленно пребывая где-то далеко. В чем и убедилась, когда мобиль заметно тряхнуло и накренило. Я вцепилась в подлокотники кресла, понимая, что это мало поможет, и больше надежды на встроенный аварийный воздушный пузырь.
Мой спутник очнулся, сконцентрировался и больше не отвлекался от управления. Долетели без происшествий, но стоило приземлиться, я выскочила так поспешно, что Чени повторил извинения. Судя по эмоциям, он, правда, раскаивался, а я лишь больше встревожилась. Что случилось-то?
Из ангара к дому я мчалась так быстро, что не успевала здороваться со встречными. Горничные при виде меня отпрыгивали в сторону и ругались:
— Еще одна тронулась. Заразно не иначе!
Я же не обращала внимания и бежала сама, не знаю куда. Пролетела левое крыло, заскочила в столовую, развернулась и рванула в обратную сторону. С такими расстояниями стационарные порталы внутри дома не помешали бы. Раз — и ты уже там, где надо. А то столько времени тратится только, чтобы выяснить: все это время спешил не туда.
Стоило добежать до лестницы и перейти в правое крыло, как прислуга точно растворилась. Я приободрилась: цель близка. Когда сильные маги выясняют отношения, всем остальным лучше притвориться мертвыми. Если, конечно, убежать не удалось.
Крики доносились с той самой комнаты, в которой впервые увидела хозяйку. Чувствую, это место служит своеобразным громоотводом в доме. Магия, вырывающаяся из него, ощущалась и в коридоре, но внешне ничего не заметно. А жаль, не магам подсказки в виде искорок и звездочек пригодились бы.
Открыть дверь не решилась. Долго стояла около нее, рискуя оказаться придавленной в случае попадания заклинания. Зато перебранку слушать удобно. Хотя, говорят сражающиеся мало, больше тьмой швыряются.
— Ты это нарочно! — рычит Дайна и тьма просачивается сквозь щели в косяке. — У нас и так много проблем. А ты Шафла убил.
Ого-го, вот это новости. То-то, Чени так нервничал. Убитый наследник аристократического семейства тянет на целое падение мобиля. Нам повезло.
— Не у нас, а у тебя! — гаркает Артур, и тьма из-под двери просачивается густым паром: — Ты же главная наследница! Тебе и ответ держать!
— Убил ты! Тебе с патрулем разбираться! — перекрикивает его хозяйка, и я согласно киваю головой.
При чем тут наследство, если напортачил один самоуверенный вран. Неужто поверил во всесильность Расти? Мне казалось, он проверил всю его подноготную прежде, чем работать вместе. Не понимаю.
— Да не трогал я его! — рявкает Артур, что-то бабахает и виднеются отсветы после короткой яркой вспышки. — Сам подставился. Нечего было лезть в мои дела.
Это что же со мной будет, когда узнает, что не удержалась. Я лихорадочно перебирала в памяти вылазки: нигде не засветилась и следы спрятала. Надеюсь.
— Подставился? — взвизгнула Дайна и за дверью громыхнуло. Тут же потянуло гарью, а в горле засвербело. — Это что же он делал, что ты его так?
— Тоже, что и ты! Только у него получилось! — грохот усилился, а вспышки из-за двери теперь мигали непрерывно.
Ой-ей, да мы тут все только и делаем, что строим друг другу козни. Жаль, попался один Шафл, без хозяйки. Избавилась бы разом от всех конкурентов. Я задумалась и прекратила следить за перепалкой. Да и до того ли, когда у самой «рыльце в пушку», а жить страсть как хочется.
Оглушительный «бабах» заставил вздрогнуть и подпрыгнуть. Я увернулась от куска стены, присела и выстроила круглый щит, спасаясь от падающей двери. Та перекатилась по мне и отлетела в дальний конец коридора. Уф-ф, пронесло. Никогда раньше не выстраивала заклинания с такой скоростью.
Впрочем, приседать так быстро тоже не приходилось. Дробный треск постепенно стихал, а я не решалась подняться. На полу под укрывающим пологом надежнее. Авось не заметят.
Совсем рядом раздались шаги, и кто-то проскочил мимо, не налетев на меня. Еще один и можно выходить: главное дышать потише, сидеть неподвижно и сработает. Хорошо бы еще не нервничать так сильно.
— Раз, два, три, — я мысленно подсчитывала утекающие секунды, дабы заглушить захлестывающую панику.
Не знаю, кого боюсь больше. Раньше казалось, хозяйку. Теперь не уверенна. Не понимаю, как могу бояться Артура. Артура и бояться: даже звучит смешно. Хотя, Шафлу не до смеха. Не знаю, что с ним произошло, но если судить по ярости хозяйки, то очень повезло, что «на горяченьком» поймали не меня.
— Десять, одиннадцать, двенадцать, — я то и дело сбивалась со счета и начинала заново. Ощущение времени пропало, а парочка минут растянулась в бесконечность. Кровь стучала так, точно не сидела на одном месте, а бежала без остановки.
— Пятнадцать…
— Иза, ну может, хватит придуриваться, — голос Артура раздался совсем рядом, но прозвучал так устало, что в другое время посочувствовала бы ему.
А так вздрогнула и повернулась на звук, чувствуя, что воздуха катастрофически не хватает. Я жадно хватала ртом воздух и никак не могла остановиться. Так утопающий заглатывает воду, понимая: это ведет к погибели. Среагируй я быстрее, опережу его. Но нет, вместо это сижу и бесцельно таращусь, не понимая, что вижу.
— Иза-Иза, — он осуждающе качнул головой.
Я, наконец, рассмотрела, что сидит он на обломке столешницы, которую водрузил на увесистый кусок обвалившейся стены. Вокруг щепки поломанной мебели и мелкие разбросанные вещи, что щедро припорошены штукатуркой. Можно подумать это последствия торнадо, а не двух поссорившихся вранов. Одно не понимаю: как сами-то уцелели?!
— Что ты тут делаешь? — спросил Артур, так и не дождавшись ни слова.
— Прогуливаюсь? — Признаться? Слишком легко!
— Вторая попытка, — ухмыльнулся он, буравя жестким взглядом.
— Соскучилась?!
— По кому? — он так удивленно посмотрел, что я разозлилась и рявкнула. — Не по тебе! Не думай!
— Да неужели? — он заулыбался так довольно, что будь я враном, давно радовала бы когтями и клыками. А так всего лишь подняла голову повыше, раз уж сижу на полу, и дерзко посмотрела в ответ. Он прищурился, но тоже не отвел взгляд. Так мы и молчали, пока он не огорошил: — Много услышала?
Впрочем, чего ожидала? Его проницательность уже не раз ставила в тупик. И то, что врать ему бесполезно, давно усвоила. Ну что за мужчина, а?! Я привыкла ощущать себя, если не умнее, то хитрее. Но этот подлавливает, как бы не изворачивалась. С другой стороны, зато не скучно.
— Растуса уже увезли?
— Конечно, его сразу увезли.
— Так патрульные будут с минуту на минуту?
— Дались вам эти патрульные! — спокойствия как не бывало. Артур вскочил и размашистым шагом прошелся по похрустывающей комнате. Его глаза отсвечивали красным, но больше ничто не выдало раздражения. — Жаждешь дать показания? Так чего ждешь? Вызывай!
— Я? При чем тут я?! Я в городе была! – я окончательно перестала что-либо понимать. — Я думала, они уже едут.
— Зачем? Вот, зачем им ехать? — он прекратил метаться и присел на корточки напротив меня. Глаза вернули нормальный цвет, злость прошла так же быстро, как и возникла. — Шафл в отключке. Жаловаться некому. Да и не станет он признаваться, что рылся в чужом доме. Если только «эта» вызовет, — он с презрением посмотрел в проход, точно именно его подозревал в каверзах.
— Кто признается? Труп? — Хорошо, что сижу: падать некуда.
— Да с чего вы взяли, что он мертв? Жив он! Жив! — Артур так сильно изумился, что я словила эмоции, даже сквозь извечные щиты. — Хотя? Теперь я понимаю, — он поднялся и снова заходил по комнате. — Все видели, как лекари выносят тело на носилках, прикрытое простыней. Вот и сделали выводы. Самостоятельно!
— А зачем накрыли, если он жив?
— Он попал под одно из защитных заклинаний. После него кожа плохо принимает свет. Остаются язвы, — я сглотнула, сообразив, что тоже могла стать жертвой подобной защиты. Он же остановился и смотрел так пристально, будто догадывался, о чем думаю. Но у меня же щиты. Очень надежные. Да-да. А он продолжил, после того, как вдоволь насладился моим замешательством: — Это временное явление. Легко лечится. Если, конечно, не мешать лекарям выполнять их работу.
 Я шумно выдохнула и, дабы объяснить испуг, торопливо проговорила:
— Я очень рада, что Шафл жив, — и ведь не соврала.
Рада, но исключительно потому, что это уменьшает проблемы Артура. Растус труслив и горд одновременно. Очень удивлюсь, если расскажет о собственном бессилии. Впрочем, одному самоуверенному врану, что стоит напротив и нагло ухмыляется, все это знать не обязательно. А он, конечно, уловил правдивость ответа и вовсе не обрадовался. Надо же!
— Я очень рад за вас с Шафлом, — сухо процедил Артур, резко отвернувшись. Дальше говорил исключительно с остатком окна. — Думаю, он уже очухался и способен принимать посетителей.
— Так я сейчас же бегу к нему, — обрадовалась я, подскочила и больно стукнулась о щит, который забыла деактивировать. Щелкнула пальцами, убирая, и выскочила из комнаты, где так трудно дышать. Или комната вовсе не при чем?!
 Быстро промчалась в комнату, переоделась и рванула в лечебницу, которую покинула совсем недавно. Растус интересовал меня, как источник информации. В этом доме всего чего-то замышляют, и никто ничего не говорит. Пока ушлый вран в шоке, трюк может и сработать.
Образ правильной няни нацепляла с легкой дрожью. То, как на него отреагировал Шафл на третьем этаже, напугало и меня. Не знаю, с кем она у него ассоциируется, но мучить определенно не мое призвание. Увы, по-другому информацию не добыть. Артур скрытен, а хозяйка то врет, то недоговаривает.
Я покрутилась перед зеркалом, проверяя, не забыла ли чего. Ауру и запах замаскировала так быстро, что даже не задумалась об этом. Наряд надела тот же, что и тогда. Другой искать бессмысленно: ничего страшнее и закрытее не найду точно.
Отражение в зеркале повело носом и стало выглядеть еще гаже. Вроде, обычные черты лица, пусть и некрасивые, а общий облик неприятный. То ли слишком близко посаженные глаза, то ли тонкие губы придают налет едва уловимой жестокости. Скопированный с памяти Дайны облик так и тянуло скорректировать. Увы, на Растуса тогда подействовал именно этот.
Выскользнув из дома под прикрытием невидимости, я сообразила то, о чем должна была подумать раньше. Чени просить нельзя, до остановки общественного мобиля слишком далеко. Как добираться-то?
Коль уж собралась, вышла за ворота, отошла подальше, спрятавшись за деревья, и замерла в нерешительности. Идти пешком слишком долго и муторно. Порталом пользоваться страшно. Неважный из меня специалист по порталам. С моим умением всегда есть риск добраться по частям. И идти далеко. Эх, была не была.
Я отошла вглубь деревьев, что росли вдоль обочины и зажмурила глаза, дабы не видеть того ужаса, что планирую сотворить. Вздохнула и приступила к построению. Хм, вышло не так уж и плохо, пусть немного и кривовато. Столб света походил на сильно выпивший и так же подозрительно раскачивался. Зажмурилась, прикусила губу и решительно шагнула в кособокое творение.
С негромким «бдымс» я вывалилась из дырки, в которую провалилась. Правильно построенный портал по ощущениям больше походит на длинную резиновую трубку, через которую тебя протаскивает с огромной скоростью. Ну так то правильный, а то мой. Хорошо, что вообще выпустил. А кстати, где я?
Портал, нацеленный на парк рядом с самым крупным хоспиталем столицы, привел на ту площадь, на которой сегодня была не единожды. Даже не сильно промахнулась. Но обратно так добираться не рискну.
Бодрой трусцой доскакала до лечебницы, и неторопливо поднялась по лестнице. Сестрички за стойкой подозрительно вслушались в тяжелое дыхание, раз двадцать уточнили кем прихожусь больному, выслушали о близком знакомстве и пропустили, не найдя подвоха. Я же считала, что сказала правду и только правду. Кто я, если не близкая знакомая, после совместных ночных шатаний и тщательного обнюхивания.
Они указали на первый этаж, и я возликовала. Ух ты, Артур сказал правду. Пострадал не сколько Растус, сколько гордость, ибо сюда кладут только тех, кого скоро выпишут.
В палате было светло, чисто и вкусно пахло, а сам больной выглядел до неприличия здоровым. Разве что раздражен больше обычно, так это его нормальное состояние. Я же благоразумно, будучи за дверью, накинула невидимость и теперь осматривала будущую сцену. Места много, есть куда отступить, чтобы не столкнуться. Прямо в центре комнаты и начну.
Я заготовленным заклинание погасила свет и протянула, стараясь завывать заунывней:
— Р-а-асти. Ра-а-сти!
Холеный и ухоженный вран, вскочил, уронив стул, и отбежал к стене, к которой прижался спиной. Не видно, что делает. Судя по сгущающейся тьме, призывает Темного бога.
— Ра-асти, ты же по-омнишь меня-я! — с нажимом провыла я, надеясь, что покровитель тьмы не отвечает всем адептам без разбору.
— Ты умерла! Умерла! — остервенело прокричал он.
— Как ты можешь так говорить, Ра-асти, — я сцепила руки перед собой и покачала головой с грустным видом. Ох, надолго моих театральных способностей не хватит.
— Исчезни исчадие тьмы и не притворяйся, что жалеешь о содеянном.
— Я же ничего не сделала, Ра-асти, — я так увлеклась спектаклем, что даже пустила слезу для пущей убедительности.
— Ты всего лишь издевалась над беззащитным ребенком. Хорошо, что потом эта полоумная наняла тебя для Арта. Сгинь морок, — Шафл успокоился достаточно, чтобы перестать кричать, привлекая внимание, но не настолько, чтобы выйти из угла.
— Несколько вопросов, Расти. И я уйду.
Кажется, я сказала что-то не то, ибо вран насторожился и прекратил дрожать.
— Как ты проник в подземелье?
— Это он тебя подослал, да? Кроме Артура некому. Уж кому, как не ему, понимать твою силу. На себе испытал.
— Отвечай, Ра-а-сти! — я шагнула вперед и вызвала легкий ветерок.
Мужчина ни побледнел, и ни шарахнулся, но задумался.
— Отвечу, — кивнул он и нахально объявил: — Передай ему. Обязательно передай. Мамаша его сдала. Она же и подсказала, как пройти. Сама лезть не рискнула, — и протянул, явно издеваясь, — до-о-обрая мамочка. Еще добрее няни. Хотя, куда уж! — выплюнул он яростно.
А меня еще больше заинтересовало детство Артура и то, как он сумел не озлобиться.
— А зачем ты шантажировал Чени?
— О! Он и это знает?! Тогда должен знать, в чем провинился. — На этих словах Расти прекратил изображать истукана. Резко отлипнув от стены, он кинулся вперед.
 Я набросила невидимость и вылетела в коридор. Он выскочил следом и взмахнул руками, но я отклонилась и ускорилась. До самого холла летела, ощущая ненавидящий взгляд. Так торопилась, что с трудом огибала больных и персонал. Стоя в проеме, обернулась. Шафл замер около лестницы, ведущей на верхний этаж, и подозрительно озирался. Меня не заметил. Да не такой уж он и лик, как показалось.
Кажется, я понимаю причину злости. И детство с садисткой няней сыграло в этом не главную роль. Ни лик, и ни вран, да и маг слабоватый при сильном и известном роде. Обидно быть приложением и не иметь собственных заслуг. Особенно, когда тщеславие твердит о собственном величии.
Интересно, как самоуверенный Артур этого избежал, и избежал ли? Мне, вдруг, пришла гениальная мысль попытаться напугать и его. Заодно и выяснить, так ли спокоен и силен, каким выглядит. Растус проверку провалил.



Марина Дарман

Отредактировано: 10.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться