Варга и Наследник Серебряного Трона

11 ГЛАВА

Сраный отросток песчаного хомяка! Раздавленные заячьи яйца! Кишки оттраханного ватагой орков бастарда старой шлюхи! Чтоб тебе в зад напихали перца горные тролли, рваная подстилка колченогого карлика! Чтоб твои дети, пальцем деланный ублюдок, были похожи на горбатого гоблина, трижды отымевшего твою уродливую бабу, если она у тебя вообще есть! Клянусь мохнатыми бубенцами улыбчивой сволочи, наизнанку вывернусь, но располосую тебя на шкурки поджаренных чахоточных драконов! Сын выгребной ямы, я отрежу твои сраные уши, зажарю и подам Золотоглазому под самый дрянной виски, что отыщу в этой дыре! А потом вылью в гроб бочку помоев… Хотя нет, скормлю твои останки… Нет, вначале нашинкую, а потом… Потом…

Я перевел дух и вновь попытался встать. На этот раз получилось, несмотря на то, что комната раскачивалась, будто я нахожусь на попавшем в бурю корабле. Хотя все тело страшно ломило и крутило, ран, как ни странно, не было. Местные маги поработали на славу, приводя меня в порядок. А вот камзол зиял добрым десятком окровавленных прорех. Треклятый эльфийский ублюдок сделал из меня решето.

Р-р-р…

Придерживаясь за беленую стенку, я сделал несколько шагов и ударом кулака растворил закрытые ставни. В комнату тут же ворвалась целая стая солнечных лучей, принеся с собой запах утренней свежести.

Я находился в одной из башен Бэнн’о’Сола, прямо над обрывом. Двор замка виден не был, но зато отсюда открывался великолепный вид на окрестности. Уступами спускающийся с холмов лес густой пеленой смыкался над петляющей по склону дорогой и уходил вдаль, упираясь в далекие крыши Саларина. Огромный город раскинулся почти на весь горизонт. Неровный частокол крыш, башенки магов, тучка летучих кораблей над портом – я практически ощутил кожей бурление этого муравейника. Тысячи живых существ наполняли его своими мыслями и суетой.

Стук в дверь отвлек меня от любования окрестностями.

– Пошли к черту! – гаркнул я, но стучавший, сочтя, что приличия соблюдены, со скрипом отворил дверь и зашел в комнату.

Я хмуро взглянул на едва протиснувшегося сквозь косяк орка в тяжелой броне. «Ваур, Щит. 15-й уровень». Довольно молод для такого уровня.

– Господин Горт приглашает тебя на беседу, – сказал он, без стеснения рассматривая мою разукрашенную синяками физиономию.

– Еще один такой взгляд и я вырву твои кишки и съем… – вежливо предупредил я.

– Мои кишки тебе не понравятся, так же как и мои клыки, – Ваур воинственно оскалился, готовый защищать свою честь.

Я некоторое время мрачно пялился ему в глаза, но зеленый великан не отводил взгляда. Наконец, я не выдержал и расхохотался. Не могу долго злиться на этих парней!

– Я думаю, ты можешь избежать этой участи, если угостишь старину Варгу какой-нибудь забористой бурдой.

Орк еще с полминуты сверкал глазищами исподлобья, а потом вдруг, воровато оглядевшись, выудил увесистую флягу из-за отворота сапога.

– На, глотни.

Бесовы черти! Огненная бурда оказалась на редкость мерзкой парашей. Залпом выдув полфляги, я вернул тару уважительно посмотревшему на меня Щиту.

Не знаю, из чего уж они ее гонят, но кровь эта бодяга разгоняла на славу. Жаркий вал прокатился по жилам, сминая боль.

– Теперь чувствую себя человеком…

– Да какой уж из тебя человек с таким рылом, ха-ха… – захохотал орк, и я не преминул поддержать простецкую шутку. – Ладно, пойдем, господин Горт не любит ждать.

Горт, Горт… А, это тот щеголеватый старикан, что я видел в кабинете лорда. Желает меня видеть? Что ж, послушаем, что он скажет. Надеюсь, вчерашнего представления хватило, чтобы заинтересовать главу дома Харов и его э-э-э… людей. Уж серомордого эльфа, так уж точно. Этот урод еще узнает, что бывает, если как следует меня разозлить. Я его убью. По-настоящему.

Кстати, а где мой меч? Неужели эти ублюдки думают, что я буду ходить без оружия? Ан нет, вот он. Приставлен с обратной стороны кровати. Рядом валяется кинжал.

 Прихватив оружие, я медленно, придерживаясь за стенку, двинулся вслед за орком.

Книги, книги… Уходящие ввысь стеллажи, заставленные древними фолиантами, столы, заваленные размохрявившимися рукописями, кипы бумаг, исчирканные корявым почерком… И запах времени – запах пыли веков, да и просто пыли. Он вызывал смутные образы важных мужиков в задумчивости чешущих затылок пером, напряженно размышляющих о судьбах мира и задумках Создателей.

– Твою мать, да ты, никак, самый башковитый парень на три анклава вокруг, не так ли? – сказал я, с интересом разглядывая обстановку кабинета Горта.

Библиотека Сенешаля Древности впечатляла, но на книги мне было плевать. А вот  потертые фрески на потолке заслуживали отдельного внимания. Благородные, тщательно отрисованные лица героев, страхолюдных монстров и крепостных башенок, сменялись детской мазней, которую я постеснялся бы назвать «рисунком». Будто неумелый халтурщик, только вчера взявший в руки кисть, пытался отреставрировать древние творения.