Варвара.Прошедшая сквозь туман

Глава 14. Почему всё не может оставаться на своих местах.

Как-то Дарья принесла сорванное с нашего забора объявление:

"РАЗЫСКИВАЕТСЯ  Малинина Варвара, возраст 26 лет.  Особые приметы: глаза серо-зеленые, каштановые волосы средней длины, ростом высокая. Нашедшему девицу или где-либо встречавшему, знающему что-то о ней обратиться в полицию или в королевский замок ".

- Расклеивают тут всякое, - она положила передо мной листок и, уткнув руки в круглые бока, произнесла,- сейчас будем тебя изменять.

Я была в шоке от её слов, но ведь она итак сама сразу догадалась, что вовсе не племянница покойной жены трактирщика, а кто-то другой. Единственно, что не мог знать никто здесь, это то, чья я дочь, а как следовало из таких заборных объявлений, об этом самозваный принц с мамашей не спешили объявлять.

- Ты мне поможешь?- Слёзы, но кто вас звал! Почему вы всегда так близко. Я сняла платок, в котором старалась всегда ходить на кухне, да  и при посторонних и мои волосы рассыпались по плечам.

- Может волосы …э-э-э..обрезать, - кухарка подняла прядь волос и критически приставила короткий кончик к макушке,- нет Маш, ты ведь не больная, чтоб настолько обкарнать. Да и мальчик из тебя, как из меня гимнастка.

Надо заметить, что её дородное телосложение совсем не располагало к занятиям акробатикой, хотя на кухне она была в своей стихии и пархала как бабочка.

- А если по плечо и в блондинку перекрасить? – Волосы жалко, сказать нечего, а блондинка из меня, как из страуса танцовщица. Но ведь шифроваться надо как-нибудь, не усы  же клеить.

- Покороче это хорошо.… И есть у меня краска, рыжая, правда держит не очень долго, придется подновлять,- зря она это произнесла, потому что я тут же ухватилась за эту шикарную идею. Вот всегда мечтала испробовать на себе этот лисий цвет. И  сбылась мечта Вареньки.

Выглядела я фантастически по моим и Дашиным меркам, но дядьку это несколько напугало, хоть и не до инфаркта. Просто он попался мне в коридоре в тот момент, когда мы с кухаркой шли смывать краску с волос в баню. Потом, когда прическа была подсушена и уложена, он осмотрел результат, хмыкнул и согласился, что так я действительно выгляжу ..несколько иначе. Мягко говоря.

В общем, с тех пор мы с Тимофеем Ивановичем спокойно могли вести разговоры при Дарье, естественно, не касаясь его воспоминаний и моего происхождения. Это личное, настолько личное, что только вечером, сидя в своей комнате и заперев дверцу на засов, я доставала вырванный из моей родовой книги листок и разглядывала изображения своих родителей. Однажды я показала его трактирщику, который как-то вечером постучался ко  мне в комнату и протянул местную ладимовскую газету, где на первой полосе был нарисован мой портрет под заголовком   "Разыскивается".  Местный художник - полицейский, вероятно, привык рисовать свирепые лица людей, потому как даже самой себе я мало напомнила это изображение. Не спасли угловатость и резкость черт лица, весёлые кудряшки, вовсю обрамляющие моё лицо на этом рисунке. Облегченно вздохнув, бросила это газетное художество на подоконник и, заперев по привычке дверь, бережно достала листочек и  протянула сокольничему.

- Девочка, ты вся в них,- голос мужчины дрогнул, когда Тимофей осторожно вернул мою ценность.

Он ушел, но я точно помню блеснувшую скупую мужскую слезу, что покатилась по щеке моего бывшего верного охранника.

- Тимоша, мы  заждались,- на распев проворковала Дарья бывшему княжескому  сокольничему и достала из русской печи огромный чугунок тушеной картошки с мясом.

На кухне в трактире было все очень даже по-современному оборудовано, то есть если в дворце было электричество и канализация, то тут практически все то же самое, только в других масштабах и без вычурной позолоты на ручках дверей. Конечно, микроволновки тут днем с огнем не сыщешь, но электрические плиты, а, равно как и газовые использовались по прямому назначению. И только тут, впервые в жизни на второй день своего пребывания здесь я прикоснулась к горячим кирпичам белёной русской печи и попробовала  всё приготовленное в ней. За уши не оттащишь - была самая моя первая мысль, после того, как попробовала щи. Если бы я жила в своей реальности, то обязательно купила бы какой-нибудь деревенский домик, чтобы приезжать как на дачу. А главное условие приобретения - чистое озеро по близости и наличие функционирующей печи.

Даша как обычно старалась, чтобы хоты бы раз в день мы вместе сидели за столом и завтракали или обедали, ужинали, или даже просто пили чай, как семья. Меня это так тронуло, что несколько вечеров я тупо плакала в подушку, радуясь, что попала к хорошим людям, которые не предали, не погнались за сиюминутной выгодой, а стали мне как  родные.

А еще... я очень скучала по Брану и надеялась, что у него все хорошо.

- Маш, за тебя цену повысили,- каждый день Тимофей Иванович приносил новости, хотя и от посетителей мы знали многое. За информацию о местонахождении девицы Варвары Малининой двадцати шести объявлено вознаграждение за подписью Правителя. Хорошо, что нет портрета рядом, не успели запечатлеть. Иначе прямая дорога подальше отсюда - вот мое спасение.

- На много?- Я положила вилку и с интересом и опаской уставилась на дядьку. Мне было приятно и страшно одновременно. А еще лучше, если принц про меня забудет, вместе  чокнутой злобной мамашей.

- На трёх породистых коней хватит, - многозначительно произнёс хозяйственный Тимофей и приподнял указательный палец правой руки.- Прилично.

Действительно прилично, но если раньше писали просто "разыскивается", то теперь к этому прибавилось чУдное слово "вознаграждение", заставляющее многих пристально присматриваться к объектам, схожим по описанию с потерявшейся молодой женщиной. И от этого становилось не по себе. Мне казалось, что каждый работник, постоялец, при видя меня, помчится в замок, но этого не происходило. То ли люди не видели во мне кроме племянницы Тимофея никого другого, то ли уважение к трактирщику значило больше, чем возможные милости Правителя и королевы.



Ирина Снегирева

Отредактировано: 24.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться