Вдох-выдох

Глава 14

Глава 14

С самого утра Ярослав чувствовал себя будто на ножах. То и дело отбрасывал ни в чем неповинную ручку, облокачивался о спинку, закрывая глаза. Сегодня. Все должно было решиться сегодня. Вот только решится ли? Он уже несколько раз собирался набрать Титова. Несколько раз задерживал палец над экраном мобильного телефона, не решаясь нажать на зеленый значок, а потом блокировал аппарат, возвращая на место. Постоянно откладывал — на полчаса, час, после завтрака, ближе к полудню, после обеда. Прокрастинировал. Ненавидел это, ненавидел себя в этом, терпеть не мог всю эту ситуацию, но на звонок так и не решился. Пока...

— Сидишь? — в кабинет, уже привычно, без стука, вломился Дима. Сашу к себе Ярослав сегодня не звал. Ее присутствие могло помешать. Помешать думать, решать, решаться, возвращать свое привычное хладнокровие. В конце концов, он ведь похититель, и об этом нельзя забывать Титову, а вот ей... Перед глазами промелькнул момент из их недавнего прошлого. Всего каких-то несколько минут он не был для нее похитителем, и это почувствовала не только она, он тоже. Почувствовал, а теперь понимал, что возвращаться к ее страху и своему упоению этим страхом больше не хочется.

— Могу лечь, — Ярослав полоснул тяжелым взглядом слишком счастливого сегодня друга. Будто это не его идея грозила с треском провалиться. Будто он уже в курсе, что Титов подписал отказ и теперь им остается лишь вернуться триумфаторами.

— Я не сомневаюсь, — не обращая внимания на холод во взгляде и голосе, Дима подошел к столу друга, продолжая лучезарно улыбаться. Несколько пружинящий шагов в комнату, и только сейчас Ярослав обратил внимание на то, в чем друг одет. Спортивные штаны, футболка, кроссовки. Очень нетипично для Димы. Единственное, чему друг остался верен — тугой хвост был на своем месте. — Но лучше вставай и пошли, — прямо на стол, поверх бумаг и техники, опустился мяч. Тяжелый, футбольный.

— Ты с катушек слетел? — голос Самарского не звучал зло, скорей задумчиво. Он взял в руки мяч, будто взвешивая, медленно повернул голову, пробегаясь скептическим взглядом сначала по лицу лыбящегося во все тридцать два Димы, потом вниз, к сложенным на груди рукам, еще ниже, отмечая, что нога друга непроизвольно выстукивает нетерпеливый ритм. Детсад.

— Давай, Самарский. Не будь занудой. О командной работе слышал? Пора практиковать...

Что Ярослав ценил в их дружбе? Многое, почти все. Кроме, разве что, любви Димы часто совать нос не в свои дела. Что он ценил в их дружбе больше всего? Многое, но больше всего, наверное, возможность хоть ненадолго, но снова стать теми мальчишками, которыми они были совсем недавно и одновременно чертовски давно. Мальчишками, разбиравшими свой первый байк, сбегавшими от разъяренной Глаши, играющими в футбол, в конце концов.

— Я же сделаю тебя, ты это понимаешь? — продолжая пробегать холодным взглядом по сияющему лицу друга, Ярослав сжал мяч двумя руками, проверяя, достаточно ли он накачен. Кажется, да. А ведь лежал без дела долгие годы, если им вообще когда-то кто-то играл.

— Посмотрим, Самарский, посмотрим. Я тренировался, — и будто подтверждая то, что действительно тренировался, Дима сделал резкий выпад, выбивая мяч из рук друга. Получилось немного не так ловко, как он рассчитывал — выскользнуть-то мяч выскользнул, а вот поймать его у Димы не получилось. Зато получилось у Яра.

— Это тебе не поможет, — вот теперь улыбку не скрывал уже и Ярослав.

К черту все. К черту эти идиотские сомнения, к черту напряжение, которое не оставляет ни на секунду. Что решит какой-то час? В глобальном деле — ничего, а вот забыть обо всем этом дурдоме даже на несколько минут — это уже счастье. И предложение Димы — лучший метод отвлечься.

Сильным ударом Самарский впечатал мяч Диме в грудь, получив резкий громкий выдох в качестве благодарности, а потом все так же чинно, медленно, величественно, чем-то даже копируя манеру собственной заложницы, он направился к двери. Только это спокойствие было лишь внешним, показушным. Кровь уже разгонялась в жилах, предвкушая игру. 'Взрослый мужик, а ведешься, как ребенок'. Самому себя вразумить не получилось, а если по правде — и не хотелось. Хорошо, что в этом доме у него есть кроссовки.

 

***

Саша сидела на кровати, углубившись в чтение. Жаль, в ее распоряжении не было ничего, способного создать музыкальное сопровождение. Пытаясь наверстать это упущение, девушка барабанила пальцами по покрывалу, напевая песенку себе под нос. Странно, но настроение было... хорошим. Нельзя сказать, что такое происходило с ней впервые в этом доме. Иногда организм уставал постоянно бояться, сомневаться, изнывать от желания проснуться и понять, что все это было сном. Иногда, плюнув на все это, Саша пыталась забыться. Сегодня это получилось.

Может, виной тому то, что сегодня Самарский решил не звать ее исполнять привычную бесполезную дневную повинность, может, утреннее Глашино 'с добрым утром, малышка', вспоминая которое, то и дело хотелось улыбаться, а может... За окном светило такое яркое солнце. Возможно, последнее летнее еще солнце. Из открытого окна в комнату ворвался резкий порыв прохладного ветра, принося с собой свежий запах зелени, земли, цветов... свободы. Саша сделала вдох, задержав на секунду дыхание. Как там писал классик? 'Остановись мгновение, ты прекрасно'? Это мгновение она вряд ли хотела бы остановить, но если забыть о заточении, похищении, опасностях, оно было не самым худшим в ее жизни.



Мария Акулова

Отредактировано: 11.10.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться