Вечная история

Размер шрифта: - +

Глава 5

В том, что произошло через пару недель после матча, Рони винила обстоятельства, родителей и свой халатик. 
Две недели видимого спокойствия усыпили тревоги родителей, и чета Таймеров собралась в оперу. В театре должна была состояться закрытая премьера, и отцу  Рони нужно было присутствовать на ней для встречи с партнерами и представителями власти города. Так что сами обстоятельства вынуждали вернуться к доверию, оставив дочь дома одну под заверения самого примерного поведения. 
Было около пяти после полудня. Мистер Таймер читал в гостиной газету, миссис Таймер позвала дочь в гардеробную комнату. Рони так удивилась просьбе матери, обычно не интересовавшейся её мнением, помочь собраться на вечер, что не смогла сказать ни слова по поводу платьев, которые просила оценить Линда. Вместо уютного времяпровождения среди нарядов и украшений получилась довольно неловкая сцена. Когда миссис Таймер поняла, что кроме безразличных покачиваний головой и пожиманий плечами ничего от дочери не добьется, отпустила её, пряча обиду. 
Рони вернулась к себе. За окном под беспечный птичий хор танцевала буйством красок и дрожью молодых листьев весна. И учиться, особенно делать задачи по ненавистной тригонометрии, совершенно не хотелось – казалось кощунством в такой вечер. 
Разложив на столе учебник и тетради, Рони достала ручки. В голову лезли совершенно не математические мысли.
Дейзи была сегодня в школе в такой короткой юбочке! 
Чуть длиннее халатика, что был сейчас одет на Рони. 
Дейзи красивая, в который раз подумала малышка Таймер не без примеси легкой зависти. Ре такая яркая, веселая, уверенная в себе. У нее столько поклонников! Сегодня из колледжа её встречал высокий красавец на кадиллаке! Подумать только, на кадиллаке! Как в кино. Провожали их всей школой, раздирая на части взглядами. Дейзи настолько утонула в своем новом, блистательном романе, что Рони даже не удалось рассказать о поцелуях с Бригом. Теперь после кадиллака собственная история с автобусом и баскетбольным матчем немного померкла. Нет, не так. Воспоминания Рони были яркими и драгоценными, но было чувство, что они могут лишиться блеска, если поделиться ими с кем-то другим. Особенно с Дейзи, парень которой одет в дизайнерскую одежду и ездит на дорогой машине, а не в общественном транспорте. И целует Ре он в кадиллаке, а не на лавочке в парке.
Короткая юбка Дейзи... 
А ведь у Рони ноги не хуже. Она усмехнулась и поняла, что если сейчас же не посмотрит на себя в зеркало, то будет весь вечер выращивать комплекс неполноценности. А это было опасно. 
Значит, нашлась веская причина отложить тетради и со спокойной совестью покинуть стол, чтобы застыть перед зеркалом на внутренней стороне дверцы шкафа. 
– Какая я невзрачная, – плаксиво заныла Рони, недовольно осматривая свое лицо. 
На ней был любимый домашний халат. Вернее, халатик, родом почти из детства. Теперь он едва прикрывал трусы, оставляя на обозрение длинные ноги, и хорошо обрисовывал фигуру. Рони была уверена, что ни в одном из своих нарядов она не выглядит так соблазнительно и эффектно. В нем бы на дискотеку или на вечеринку пойти, а не соблазнять стены дома. Недаром халатик с яркими подсолнухами злил родителей, и надевать его Рони могла, только если в доме не ожидалось гостей. 
Вот бы её увидел так Бриг! 
– О чем я думаю? – девушка повернулась одним боком к зеркалу, потом другим, взбила волосы. Они блестели от лучей солнца, проникавших в комнату через окно. 
Может, и не такая невзрачная... если немного накраситься... Рони надула губы, корча рожи и принимая позы а-ля Мерилин Монро и чувствуя себя сладкой конфетой. 
Господи, какие же глупости гнездятся в её голове! И это при строгом воспитании родителей, перепутавших век на дворе. А может, как раз из-за их престрогого пуританского воспитания она и выросла легкомысленной и даже, наверное, немного развратной? Вертится перед зеркалом и вместо тригонометрии мечтает о поцелуях высокого парня с серьгой в левом ухе?
Внизу раздался звонок. Потом голос матери.
– Рони, к тебе пришли.
У двери стояла какая-то незнакомая акселератка с объёмом груди Памеллы Андерсон. 
– Я пришла, как мы договаривались, – акселератка повернулась в сторону лестницы, и Рони едва не скатилась по ступенькам вниз головой от изумления.
С трудом, но она узнала Брига. Несмотря на рост, девушка из него получилась достаточно правдоподобная, а мелкие несоответствия затенялись яркостью представленной фигуры и обаянием самого Брига, которое передалось к его женской версии, сверкавшей обезоруживающей улыбкой. 
Но как бы хорошо он не разоделся, чем больше времени акселератка торчала в коридоре рядом с родителями, тем больше было шансов, что семью Таймеров ждет очередной скандал с привычными участниками.
Надо было что-то делать... Но что?
– Кристина, – представился Бриг. Или представилась?.. Голос был самой неправдоподобной частью маскарада. – Я учусь в параллельном классе в школе Рони. Недавно переехали из другого района города, и школу пришлось поменять.
– Мам, пап. Тина обещала мне помочь с математикой. У нас завтра тесты по геометрии. – Рони наконец взяла себя в руки и помахала рукой, приглашая Брига наверх. 
Как же родители ничего не замечают? Хотя растерянный вид мамы заставляет беспокоиться. А отец? 
Мужчины...
Рони насмешливо хмыкнула, увидев, что взгляд мистера Таймера, застывшего в дверях гостиной, прилип к внушительных размеров груди Кристины. 
– Математикой? – задумчиво повторил папа, провожая глазами поднимающуюся по лестнице подругу дочери. 
Когда дверь в комнату за ними закрылась, Рони отлетела к окну и, сцепив на груди руки, вперилась в застывшую посреди комнаты «подругу».
В ней боролись два чувства: возмущение и восторг. И она сама не понимала, что с трудом сдерживает – смех или злое шипение.
– Ну, Бриг! Ну, Бриг! – едва слышно выдавила она.
– Кристина, – поправила акселератка. 
– Ты сошел с ума! 
– Очень хотелось тебя увидеть.
– Но это, – Рони развела руки, показывая формы получившейся подруги.
– Твоему отцу понравилось, – Бриг подошел к ней и решительно притянул к себе вплотную. – Ты такая невероятная! В этом халатике... 
Она же в халатике! Как и хотела. Или совсем не хотела? 
Крепкие, совсем не девичьи руки припечатали её к мягким грудям Тины, в которых Рони утонула без возможности дышать.
– Извращенец, – зашипела девчонка, – задыхаться в твоих грудях хотел бы кто-то другой.
Бриг отпустил Рони, беззаботно смеясь.
– Ты тоже это заметила? И как я тебе? – он покрутился в центре комнаты.
– Огромная такая, яркая, не знаю уж прямо, девочка ли, – язвительно скривилась Рони. – Сногсшибательная – в прямом смысле слова. Где ты одежду нашел и... грудь?
Парень явно наслаждался произведенным эффектом и всей ситуацией. 
– У меня много интересных знакомых, и среди них нашелся костюмер... Что тут у нас... – он застыл над столом с тетрадками.
– Геометрия... – Рони никак не могла справиться с улыбкой, расползавшейся на все лицо. – И хорошо, если ты разбираешься в математике.
– Воробушек, тебе очень повезло. По заверениям одного учителя, я просто гений.
– Да ну... – недоверчиво протянула Рони, подходя поближе.
Бриг не обманул. Он не только разбирался в математике, но и занудные задачи по тригонометрии показались лёгкими и даже немного интересными, если решать их вдвоем, прижимаясь друг к другу плечами, путаясь волосами, переплетаясь на мгновения пальцами рук.
Когда мистер Таймер поднялся в комнату дочери, Рони и Бриг исписали уже два листа формулами и задачами.
Отец Рони не остановился на наблюдениях с порога и, подойдя к столу, склонился над записями, пока его брови не взлетели удивленно вверх. 
– Нам пора уходить – проговорил он, перемещая взгляд с тетрадей на грудь Кристины. – Мы вернемся около десяти. Тина, если вы задержитесь до этого времени, я подвезу вас домой.
– Рони, ты помнишь наш уговор? – не заходя в комнату, спросила миссис Таймер.
– Да, мама, не волнуйся. 
Родители спустились вниз. Хлопнула входная дверь. Через несколько минут от дома отъехала машина. 
– Готов на спор, что больше всего твоего отца поразило несоответствие размера груди и уровня знаний математики, – расхохотался Бриг, стаскивая с головы парик. 
– Какой ты пошляк, – отодвинулась от него Рони, – мой отец до скукоты приличен. Просто грудь твоя, – она наградила упомянутую часть тела насмешливым взором, – получилась слишком правдоподобной и внушительной. 
Бриг без парика, со слегка подведенными глазами и в женском одеянии, выглядел забавно. Особенно сейчас, расслабившийся, откинувшийся на спинку стула. 
– Ты похож на стриженую куклу Барби гигантских размеров. 
Парень довольно качнул головой, словно услышал комплимент.
– Что за договор имела в виду твоя мама?
– Не пускать близко одного наглого молодого человека. Не отвечать на его звонки, не приглашать в дом, ну и так далее...
– К тебе пристает наглый молодой человек? 
– Да почти маньяк, – Рони направилась к выходу из комнаты. 
– Но, несмотря ни на что, он тебе нравится, – в широкой улыбке на крашеном лице в этот момент было больше самодовольства, чем обаяния.
– О, нет, – возмутилась Рони и застыла у двери. – Я этого не говорила. 
– Зато я сказал, – Бриг догнал девушку на пороге и поймал за руку. – Ты куда?
– Сейчас вернусь, – попыталась вырваться на свободу Рони.
– Куда? – Бриг прижал её к своей ненастоящей груди, и горячее дыхание обожгло ей ухо. 
– Переоденусь и приду.
– Переодеться? Ни за что! 
Бриг вытащил Рони на середину комнаты и покружил.
– Ты такая красивая! Как лето! Самое соблазнительное, жаркое лето.
От его слов Рони тоже стало жарко, и её сердце выскакивало из груди.
– Хочешь есть? – теряя дыхание, проговорила она в поисках повода исчезнуть на короткое время от настойчивого, волнующего взгляда Брига, чтобы немного прийти в себя. Потому что... потому что ей стало страшно от собственных мыслей и желаний. И от того, что она видела это же в потемневших глазах парня. Не нужно было быть опытной Ре, чтобы не почувствовать, как раскаляется воздух между ними, как опьяняют взгляды и кружит голову осознание, что они остались в доме одни. 
Бриг медленно покачал головой, поедая Рони глазами.
– Не хочу есть. Сотрешь с меня штукатурку? – его голос казался едва различимым, а взгляд прилипал к её губам, скользил вдоль тела, посылая по нему то волны жара, то холодной дрожи, возвращался к губам. 
– Тебе идет, – почти шепотом ответила девушка, отворачиваясь.
Но накрашенный Бриг казался чужим и неправильным. Достав платок из шкафа, Рони подошла к парню и стала аккуратно стирать краску с его лица. Он стоял, не двигаясь, и молча смотрел на нее. И было в этом взгляде, в его осторожных, но в то же время уверенных прикосновениях, в позе парня и девушки что-то особенное. Очень близкое и личное. Словно невидимые нити сшивали их тела и души.
Разорвав волшебство момента, Рони предложила посмотреть фильм, выбрав первый попавшийся и совершенно дурной. 
Если бы не комментарии Брига, смотреть его бы было невозможно. Хотя смотрела Рони не столько на экран, сколько на парня, сидящего рядом с ней на диване в нелепом женском костюме. Все те эмоции, которые захватили её некоторое время назад, когда они стояли посреди комнаты, никуда не исчезли, а лишь спрятались, и теперь возвращались гаммой чувств. Внутри нее что-то возилось, горело, дрожало, спускалось по спине и животу. Рони смеялась, невпопад и неизвестно над чем, лишь бы скрыть то, что творилось внутри нее. И замечала, что глаза Брига при взгляде на нее становятся шальными и блестят. 
В какой-то момент Рони подумала, что когда-то это должно случиться. Почему не здесь и не сейчас, не с этим парнем, один взгляд которого кружит ей голову? Все её подружки уже давно потеряли девственность, и недаром же Дейзи зовет её Рони Тихоней и Малышкой Таймер?
Поэтому попытки сопротивления с её стороны оказались неубедительными, вернее, их почти не было, они быстро унеслись головокружительным потоком по имени Бриг. 
Его настойчивость не обижала, а больше напоминала потребность, словно близость Рони была ему необходима, как глоток свежего воздуха. Бриг был нежен, но нетерпелив, как если бы боялся, что девушка передумает и оттолкнет его. Уверенные движения сменялись дрожью волнения. Юношеская жадность сопровождалась почти взрослым терпением. 
И эта волнующая смесь прогнала последние сомнения и остатки страха Рони. 
Страха...
Она была уверена, что в первый раз должно быть неловко и страшно. 
И больно. 
Вместо этого Рони растворилась в потоке чувств и ощущений. То закрывала глаза, оставляя только чувства тела, то смотрела в блестящие глаза Брига и оплывала горящим воском в его руках. Его ласки и её реакции на них казалась такими естественным и долгожданными, что в иногда она даже не знала, где кончается её собственное тело и начинается его. Они становились одним целым и продолжением друг друга. 
В какой-то момент случилось то, чем пугали подруги. Может быть, дело было в нежности Брига и его желании разделить с ней каждое мгновение, поэтому Рони почти не почувствовала боли? Потому что ему так важно было, чтобы ей было хорошо с ним?
Неловко? Нет, смущения и неловкости Рони не испытывала совсем. Разве нужно смущаться собственного тела? 
Сомнения нашли дорогу в её душу потом, когда она лежала на груди Брига, едва касаясь пальцами его лица, исследуя подбородок, губы, нос. Он жмурился от щекотки и улыбался, как кот – длинный, худой и довольный.
– У тебя было много девчонок? – спросила она, сама не понимая – зачем?
– Это имеет значение? 
Вот что он должен был ей ответить? Понятно же, что она у него не первая, и неужели это ревность заставляет ее говорить глупости? 
– Ворвался, покорил, совратил и теперь исчезнешь, празднуя победу?
Бриг приподнял голову, окидывая Рони почти возмущенным взглядом.
– Ты все-таки умеешь испортить момент.
Он откинулся обратно на диван, прижал девушку к себе, впечатав её голову в свою грудь, словно хотел закрыть ей рот. 
– Такая дурная девчонка у меня одна. И вообще одна. Никого больше нет сейчас. И не будет. 
Самым невероятным было то, что Рони чувствовала, что Бриг не врет. И широко улыбнувшись, она потянулась к нему, чтобы поцеловать, когда перед глазами оказались часы, стоявшие на столе. 
– Время! – прошептала, она, округлив от страха глаза так, что Бриг резко привстал и обернулся.
– Черт!
Парень вскочил с дивана и стал носиться по комнате, собирая свою одежду. 
– Черт! Черт! 
Рони уже влезла в свой халатик и поправляла перед зеркалом волосы.
 – Черт! Черт! Черт! 
Бриг с трудом впихнулся в женские брюки и блузку, но внушительная вставка впереди заваливалась на бок, а времени на макияж совсем не было. 
Схватив в охапку парик и вывалившуюся на пол грудь, Бриг быстро, жадно поцеловал Рони, и они побежали вдвоем к входной двери.
– Как ты по улице пойдешь в таком виде? – закричала она ему вслед.
Но парень уже исчезал за поворотом чужого сада. И вовремя, потому что на улице показалась машина Таймеров.
Рони захлопнула дверь и унеслась к себе в комнату – скрывать следы того, что в комнате занимались не только решением математических задач, и она едва успела застыть перед телевизором, когда открылась дверь, и в проходе показался отец. 
– Вы уже вернулись? – спросила Рони, с трудом скрывая волнение. 
– Да, а где твоя подруга?
– Тина? Уже ушла. Давно. Мы хорошо приготовились к тестам на завтра.
– Я рад, – ответил отец и закрыл за собой дверь.



JulyChu

Отредактировано: 31.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться