Вечная история

Размер шрифта: - +

Глава 17

В комнате зазвонил телефон. 
Рони выскочила из ванны, прихватила полотенце и, оставляя на полу мокрые лужи, подбежала к телефону. 
– Алло?
В трубке шипело и трещало.
– Бриг? – Рони была уверена, что за треском и шипением должен непременно скрываться голос мужа. Трубка рычала и сопела в ответ, потом начались гудки.
Рони положила телефон на место и минуты три терпеливо ждала звонка, пока не покрылась гусиной кожей от холода, а на полу под ней не образовалась лужа воды. Расстроенная, она поплелась обратно в ванную. Горячая вода немного успокоила. Но только взбилась пена, как снова зазвонил телефон.
Все повторилось с той лишь разницей, что на голове и плечах Рони лежали мыльные айсберги, и когда трубка замяукала разорванной связью, рядом с налитой раньше лужицей расползалась горка пены. Захотелось разбить телефон об стену, но он молчал, равнодушный к угрозе, и пришлось отправляться обратно в ванную. 
Звонок раздался, стоило коснуться ногой воды и, ругаясь, как тренер Брига, Рони поскакала в комнату.
– Алло, – прорычала она.
– Рони, – прорезался радостный голос Синти Клема, – представляешь, я уже третий раз пытаюсь тебе дозвониться.
– Синти, дура, – прокричала Рони от досады и обиды, – я купаюсь.
Совершенно неправильно было так срываться на ни в чем неповинную болтушку Синти, но обманутые надежды перепенились в раздражение и злость. 
– Перезвоню, – торопливо добавила Рони и отключила телефон.
Она набрала подругу часа через два и красочным описанием беготни между ванной и коридором заслужила прощение. Синти приглашала Дартонов к себе на день рождения. 
– Вечеринка будет через неделю, а послезавтра вечер для семьи и близких друзей.
Услышав сомнения в голосе Рони, подруга стала настаивать:
– Может, будет и к лучшему, если ты одна придешь...
– Это еще почему? 
– Да подожди ты обижаться, – остановила Клема, – помнишь моего кузена Роберта? На прошлом дне рождения он даже за тобой немного ухаживал? Увольняется его секретарша, вот я и подумала о тебе. У тебя всегда были высокие оценки по грамматике, и ты быстро печатаешь. Работа секретарем лучше, чем котлеты по тарелкам разбрасывать. 
– Я не котлеты по тарелкам разбрасываю, а тарелки разношу, – все-таки обиделась Рони. – Но спасибо. 
– Ну вот я и подумала... Ты же знаешь, что Роберт не может разговаривать с девушками, не заигрывая при этом, а твой Бриг показался мне собственником. 
Рони усмехнулась. Пока из них двоих собственником и ревнивой супругой оказалась она.
Из длинного зеркала на нее смотрела раскрасневшаяся после ванны девушка в домашнем халате, и Рони стала примерять на свое отражение должность секретаря. Соблазн был велик. Роберт Клема в свои двадцать восемь лет владел небольшой фабрикой по производству кремов и бальзамов. Место его секретаря сулило не только более высокую зарплату, чем у официантки в кафе, но и более приличный статус. Как к этому отнесется Бриг? 
Им нужны были деньги. 
– Не знаю, – призналась Рони. – Но у меня же есть еще на раздумья два дня? 
– На твоем месте я не теряла бы такой возможности. В любом случае, жду на день рождения. У меня есть, что показать. Я ходила на встречу с группой фанатов Хорта и...
Рони опустилась в кресло и закатила глаза.
На следующий день после нескольких часов, проведенных в магазинах, Рони ехала домой с красиво упакованной белой мужской рубашкой, а на душе скреблись кошки, что рождественский подарок для мужа получился слишком дорогим.
– Зато и человек дорогой, – успокаивала она себя. 
Сколько раз Бриг приходил к Таймерам в одежде с чужого плеча, взятой на прокат у Алекса, парня из баскетбольного прошлого мужа. 
Алекс был из привычного Рони мира дорогих школ, просторных, отдельно стоявших домов в престижных районах и родителей с успешными карьерами. Он не сочетался с обычной компанией Дартона, но в круге его друзей слишком неуверенно чувствовал себя Бриг. Так что с Алексом Рони встречалась только на играх. Парень нравился ей не только манерой общаться, к которой она привыкла, но и готовностью помочь, поддержать, здоровой долей восхищения, которой он сопровождал спортивные подвиги Дарта. Но её раздражало, что он отдавал другу поношенную одежду. Одно дело взять на один раз, но за обноски с чужого плеча Рони испытывала стыд и неловкость, которые не решалась выговорить мужу вслух. 
Рубашка Брига от свадебного костюма была безнадежно испорчена и чтобы перед Рождественским ужином в шкафу не появилась старая рубашка Алекса, нужно было купить мужу дорогой подарок. 
Все правильно.
Правда, денег на подарок Синти больше не осталось. Придется занять у Мирей. Не у родителей же, которые хоть и не вмешивались в жизнь дочери, но слишком пристально наблюдали за молодым семейным предприятием, ожидая, когда оно прогорит. 
Ошибались. Как же они ошибались. 
Да, иногда Рони хотелось выть от унижения, потому что бедность, с которой ей пришлось столкнуться, казалась унизительной. 
Но стоило представить себя в просторном доме, полном дорогих вещей, и без Брига, как все становилось на свои места. Так что вместо того, чтобы бежать обратно к родителям, Маленькая Таймер быстро взрослела и училась считать деньги. А их как раз оставалось совсем немного. Тех самых, отложенных как начальный капитал. Когда Рони залезла утром в шкаф, оказалось, что перед отъездом Бриг тоже побывал в заветном месте и почти опустошил его без объяснений. 
Ну да ладно, все выяснится, когда он вернется. 
Скорее бы.
Переключаясь между грустными и приятными мыслями – например, каким будет лицо Брига, когда он увидит подарок, и о том, что их ждет несколько свободных дней вместе после Рождества, Рони ехала на трамвае. Стемнело. На улице горели фонари, и яркая иллюминация наполняла душу ожиданием чуда. Даже моросящий дождь не портил настроения и предвкушение праздника. 
Неожиданно взгляд выхватил двух людей, стоявших на улице, и Рони влепилась в холодное стекло, забыв как дышать. Хотелось бы списать увиденное на игру разноцветного освещения и тьмы, но, как назло, парочка застыла посередине острова яркого света, и ошибки быть не могло. Трамвай затормозил, предоставив пассажирке побольше времени насладиться зрелищем за окном. 
На остановке стоял Бриг, пуская густой сигаретный дым. Хотя разве стоял? Он висел на крепкой девчонке, примостившейся у него под мышкой и пытавшейся остановить машину. Рони не видела её лица, но запомнила огненную рыжину волос. 
Таймер едва не проехала свою остановку, потому что с момента, как увидела мужа в обнимку с девицей, она окаменела и телом и душой, теряя способность чувствовать и думать. Даже больно не было.
Боль включилась дома, когда привычные запахи и вид квартиры вернули чувствительность сердцу. Воспаленный мозг придумывал объяснения тому, что видел. Бриг был помят, растерзан, пьян, дымил без остановки сигаретой, висел на рыжей девчонке. С ним что-то случилось! Рони не знала его таким. Может, рыжая девчонка была Мари, и она везла напившегося Брига домой? А что с ним случилось, выяснится, как только они доберутся? 
Сейчас уже раздастся звонок в дверь?
Квартира хранила тишину, и только сердце Рони оглушающе тяжело билось в груди. 
И с каждой минутой становилось ясно, что с тишиной и болью придется остаться наедине. 
Здравствуй, взрослый мир.
Не мог же быть прав отец, утверждавший, что она выскочила замуж за человека, которого совсем не знает. Который лгал ей, а, значит, способен сделать это еще ни раз. 



JulyChu

Отредактировано: 31.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться