Вечная история

Ч2, глава 7

Дорес приехала в субботу.
Вечер накануне её появления выдался непростым. После работы Бриг, как обычно, поехал в школу. Настроение портилось по мере того, как подходила к концу тренировка, и нужно было вести Рика домой. Истекала очередная неделя, когда Бриг давал себе обещание остаться с Марией, переступив через выросшую между ними преграду, и вновь понимал, что не готов.
Не потому, что Мария потеряла для него привлекательность, но из-за глупого иррационального чувства, что несвободен и все еще как-то связан с бывшей женой. Факт, что долгие годы, пока он считал себя одиноким, Рони продолжала быть его женой, засела в мозгу глубже, чем недавно оформленный развод. Глупость.
Но глупость навязчивая.
Высадив Рика у дома, Дантон позорно сбежал, вернее, уехал, якобы на вечеринку к старому знакомому по случаю его повышения.
Настроение после очередной лжи было паршивое – и вместо дома Дантон оказался в баре и позволил себе выпить. Уже второй раз за относительно короткое время!
Не слишком положительная намечалась тенденция после встречи с прошлым. Правда, выпил он совсем немного, зато задержался в баре почти до утра, играя в бильярд – повезло встретить еще одного не спешившего домой к сновидениям человека.
Пробуждение от короткого сна вышло тяжелым. В гудевшей голове раздавался настойчивый звонок.
Звонил и звонил безжалостно.
Во входную дверь.
Бурча под нос, Бриг натянул джинсы и в футболке, в которой спал, открыл дверь. Перед ним была стройная, смутно знакомая молодая женщина с длинными русыми волосами до пояса и ребенком чуть больше годика на руках. Рядом с этой мадонной стояли девочка лет четырех и большой темный чемодан.
– Здравствуй, Бриг, – проговорила женщина, – ты не помнишь нас? Я – Дорес, это Мик и Анис. Нам больше некуда идти.

Дорес поразила Брига своей рассудительностью, правда, это вполне могло быть одним из проявлений отчаяния. Мик спал в гостиной на широком диване, Анис играла с куклой на полу рядом с братом, и на кухню доносилось тихое пение. Кукле тоже пора было спать. А взрослые сидели друг напротив друга с чашками горячего кофе в руках и молчали после прозвучавших ранее слов.
Женщина должна была волноваться, ожидая милости от малознакомого ей человека, но она хранила спокойствие, открыто наслаждаясь горячим напитком и покоем. Тем, что могла какое-то время никуда не спешить. Мужчина прислушивался к новым для его квартиры звукам и ловил себя на том, что ему нравится, когда в доме играет ребенок.
Можно было изумиться непредсказуемости судьбы и задаться вопросом, почему проблемы у Джоша начались вскоре после встречи с Дантоном, а не раньше или гораздо позже? Почему Джош сохранил адрес Брига и отдал жене? Почему именно Бриг стал для его супруги и детей последней надеждой – островом, к которому они выплыли из беспощадного шторма, уничтожившего привычную жизнь.
Джоша арестовали по подозрению в махинациях с недвижимостью, и все его имущество было описано для оплаты долгов. В том числе то, что Дорес считала своим – квартира, машина - даже драгоценности, которые лежали теперь в опустевшем особняке в маленьких целлофановых пакетиках с пометками оценщиков. Более того, оказалось, что некоторые бумаги, которые Дорес, как жена, подписывала по просьбе мужа, грозили ей самой судебным разбирательством.
- Кажется, я нарушила подписку о невыезде, но мне некуда было податься с детьми, и почти все деньги ушли на билеты, чтобы добраться сюда, - Дорес избегала смотреть на Брига и вертела в руках пустую чашку. Словно гадала на кофейной гуще.
– Места хватит, – принял решение Дантон. – Я живу один, и вы меня не стесните. В понедельник займемся выяснением всех официальных дел и подумаем, как оградить вас троих от неприятностей. А сегодня пройдемся по магазинам. Моя холостяцкая квартира не рассчитана на маленьких детей. – Он улыбнулся.
Неважно, каким поворотом судьбы привело к его порогу этих трех людей, Бриг был рад их появлению.
Услышав предложение, Дорес наконец опустила маску спокойствия. Дрогнули красиво очерченные губы, и, спрятав лицо в ладонях, женщина сгорбилась и заплакала.

Желание найти Кита и Джоша возникло у Брига после разговора с Красавчиком. Вернувшись в город детства ради встречи с Рони, Дантон пересек возведенную им же самим границу между собой нынешним и прошлым, после чего стало глупо продолжать прятаться дальше. Кит по-прежнему жил в городе, в районе серых высоток, не так далеко от того места, где когда-то снимал квартиру Бриг – от их с Рони Норы Белого кролика.
Джош владел фирмой по торговле недвижимостью, несколькими домами и квартирами, и в последние годы проводил много времени в небольшом городке, среди богачей и знаменитостей, в четырех часах езды от нового места жительства Брига. Они, оказывается, были с Джошем почти соседями.
Дантон отправился к Киту тем самым воскресеньем, когда напрасно караулил Рони у её дома, решив ненадолго исчезнуть с любопытных глаз соседки Таймер, удачно находившей себе постоянные занятия в саду. Он не удержался и сначала заехал в знакомый старый двор. Время, казалось, остановилось на этих улицах, среди этих высотных домов, даже краска дверей, свежая после ремонта, была прежнего цвета. Серые камни дорожек и цементные ступени подъезда наверняка еще помнили шаги парня и девчонки, расплескивавших повсюду переполнявшую их любовь. Два огонечка яркого света в сером колодце – они были счастливы в Кроличьей норе.
Кит оказался дома. Вместе с Софи и их сыном, пятилетним мальчуганом с большими испуганными глазами. Плохо, отметил Бриг, когда у ребенка такой затравленный взгляд.
Прошедшие годы щедро отметились на обоих родителях. Кит казался старше своего возраста – высохший, как ивовый прут, с нездоровым синюшным лицом, испещренным мелкими морщинками. Белки глаз краснели из-за лопнувших кровеносных сосудов. Софи, наоборот, расплылась и выглядела как женщина, у которой нет ни времени, ни и желания заниматься собой.
– Бриг? – без особого удивления встретил его Кит. – Все думали, тебя пристрелили десять лет назад. Рад, что жив и хорошо выглядишь. Проходи. Мой богатый родственник, как видишь, так и не приехал, – ухмыльнулся он, – может, адрес перепутал? Нашел, как всегда, тебя, а, Воронёнок? – Голос весельчака Кита казался скучающим, бесцветным. Но вот слова...
Неужели Клайд прав, и все ребята, которые росли вместе с ним, Бригу завидовали? Тоже Кит? Забавный, смешной, влипающий в неприятности Кит? А Софи? В её взгляде не угадывалось радости, скорее, напряжение, почти злость.
Дантон заходил в чужую квартиру с решением помочь. Потому что у него была такая возможность. Пусть это станет оплатой долга, если он подбирал все капли везения, выпадавшие на улицы Аэродрома редким грибным дождем, ничего не оставляя другим.
Выполнить данное самому себе обещание оказалось непростым, но Бриг верил, что у них есть шанс: у него, Кита, Софи, их сына. Искренне желание помочь и общее прошлое обязательно приведут к успеху.
Несколько недель спустя Дантон уже привык к частым телефонным разговорам с Софи и регулярно справляться в клинике о лечении Кита. Малыш находился в дорогом реабилитационном центре, Бриг настоял на длительном сроке лечения в надежде на более стойкую ремиссию, и на встречах с психологами для Софи и сына. Наркотики разъедают прежде всего душу, в том числе тех, кто находится рядом, и пока она не будет залечена, настоящего выздоровления можно не ждать.