Ведда-1. Жила-была ведда...

Размер шрифта: - +

34. Ночные прогулки

Но до школы ещё было далеко, впереди ярким ковром-самолётом раскинулось целое лето. Замечательное, тёплое, доброе, оно ластилось к ногам травами, манило песчаными пляжами, обнимало вечерними сумерками, хохотало грозовыми раскатами... Бабушка больше не запрещала внучке бегать под дождём, только смотрела со стороны, как она прыгает и кружится в отблесках молний. Соседи тоже смотрели, но ни один не решился сделать замечание. Часто после таких водных процедур в доме мигали лампочки, воздух мерцал и потрескивал и пах свежестью... Бабушка выключала свет и зажигала свечи.

А в полнолуние они, ступая легко и бесшумно, часто гуляли по ночному городу, потому что Миль всё равно не могла спать, и лежать в постели было не только бесполезно, но и мучительно. Бабушка призналась, что и ей в последнее время не спится. Закутав плечи любимым цветастым платом с кисточками – огромным, как плед – она набрасывала один из углов на внучку, и обе окунались в летнюю полночь.

Ночь мягко дышала сонным теплом, светлые невесомые лунные сумерки преображали знакомые дома и улицы в брошенные декорации, придавая им вид нереальный, нездешний... Дремлющие кроны кустов и деревьев чуть лепетали во сне... Луна, загадочная и мудрая, величаво вершила свой путь, без интереса поглядывая вниз. Её отражение золотой рыбкой качалось и билось в тёмных аквариумах спящих окон...

В лохматой траве вдоль бордюров смутно белели чашечки забывшихся до утра цветов. Их ароматы, заплутав в ночи, неуверенными призраками всплывали навстречу и таяли...

Откуда-то вылетали чёрные крылатые существа и угловато метались в тёплом сиянии луны, чеканя свои силуэты на фоне её туманного диска. Размерами они были с воробья... а полёт их, то стремительный, то порхающий, с резкой сменой направлений, не походил на птичий, не так летали и бабочки...

- Надо же, летучие мыши, - удивилась бабушка. - Не думала, что они тут ещё водятся.

Изредка мимо, осторожно шурша мягкими шинами, молча пробегали одинокие машины с горящими глазами-фарами...

Было тихо и пустынно. Фонари, окружённые бестолковыми поклонниками-мотыльками, напрасно пыжились, соперничая с луной. Кое-где уютно золотились редкие окна. Ночные сумерки плавно превращались в утренние, неугасающие отсветы вечерней зари перетекали, прячась за горизонтом, к востоку, ветер менял направление, роса оседала на травах; возясь в листве, подавали голоса первые птицы...

Но город ещё спал и полностью принадлежал им двоим. А когда, наконец, восточный берег неба накалялся ярче, обещая вот-вот разродиться юным солнцем, и окна становились зеркалами для его сиятельного величия, бабушка и внучка уходили домой, уступая улицы людям и механизмам...

 

...Лето дозревало, приближаясь к осени, и готово было со дня на день спелым яблоком упасть в её золотые ладони. Ночи стали прохладнее, но зато и длиннее, и темный бархат небес сплошь покрылся частой вышивкой из звёзд, отдельные стежки всё ещё наносились на незаконченную работу, и то и дело можно было увидеть стремительное мелькание иглы... Луна, оборачивая свой лик к земле, словно наклонялась, всматриваясь во что-то – может, искала оброненную блёстку-звёздочку с вышивки...

Спать в полнолуние по-прежнему было невозможно. Непонятное беспокойство гнало неведомо куда, Миль металась по квартире, пока бабушка не вздыхала тяжко:

- Ох, избалую я тебя, как же ты потом жить-то будешь... Ну, одеваемся уже.

Пискнув, Миль повисала у бабушки на шее и дрыгала ногами.

- А ну брысь! - сердито прогоняла её бабушка, однако же обнимая на миг. - Тяжеленная стала – сил моих дамских нет!

И вновь обе вступали в ночь, как в сказку, и до утра город со всеми потрохами принадлежал им, притихнув, чтобы они спокойно могли поведать секреты друг дружке. Или просто помолчать.

...Не только они бродили по городу. Случалось им заметить и других ценителей ночного покоя – эти при встрече замолкали и, отодвинувшись один от другого, делали вид, что гуляют по отдельности. В свете фонарей было заметно, как темнеют от румянца их щёки.

Было же время... Люди умели краснеть... И не боялись гулять по ночам.

Вид их напомнил Миль, что кое о чём они с бабулей как-то однажды не договорили... Она запоглядывала на бабушку, соображая, как бы это ей так спросить, чтобы не расстроить... И вздрогнула, вдруг услышав:

- Просто спроси, - бабушка, склонив голову, смотрела на неё сверху вниз. И на выраженное удивление ответила: - А то я не знаю, как ты выглядишь, когда у тебя свербит. Давай, спрашивай. Всё равно лучшего способа получить ответ не существует.

Оглянувшись на отдалившуюся пару, Миль вывела на ладошке:

"У тебя было трое мужей. Как случилось, что ты одна?" - надпись тут же пропала.

- Судьбе, видимо, так было угодно, чтобы сейчас мы с тобой были вместе. Но ты ведь не о том, да, да... - бабушка с заметным усилием заставила себя собраться и ответить, но вдруг передумала: - Знаешь что, история-то длинная и не для чужих ушей. Пойдём домой, а?

Убрели они на сей раз недалеко, так что вернулись быстро. Миль кинулась было поставить чайник, но бабуля покачала головой:

- Давай обойдёмся. Лучше зажги свечи. И шторы раздвинь...

И вот на полу лежат косые прямоугольники лунного света, а по всей комнате трепещут живые огоньки свечей. И они с бабулей – рядышком, на любимом диване. Открыт тот самый старый бабушкин альбом, распухший от фотографий. Миль рассматривала его много раз, но вот этих снимков не замечала.

- Узнаёшь? - улыбается бабушка.

Миль всматривается в милое юное лицо девушки-подростка, обрамлённое длинными тёмными волосами... Знакомый прищур глаз... Похожа на маму, но... Бабуля!

- Я, конечно. Мне тут пятнадцать. И я невеста. Вот и твой дед, он на два года был старше меня. Красив, правда? - с гордостью погладила она лицо на снимке. - Выгодный брак, обе семьи были довольны – старшие дети двух кланов, слияние двух родов... А мы просто любили друг друга. Нам повезло, считали мы. Иногда детей женят по необходимости, из-за выгоды... Всё как и встарь. Он ещё учился, а я получила инициацию и образование дома, родители сочли, что мне следовало начать адаптацию в обществе чуть пораньше, вот мы и оказались в одной группе. На тот момент мне не было равных! Я быстро догнала своих, а потом они догоняли меня... Когда они сдавали основные дисциплины, я уже натаскивала новичков, у меня была своя группа. А всё свободное время мы проводили вместе, я и Гриша, Горигор-хиз-Грай.



Карри

Отредактировано: 07.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться