Ведда-1. Жила-была ведда...

Размер шрифта: - +

Лицей. 46. Незачёт

 

Конечно, Миль ошибалась: первокурсников было намного больше, просто их разбили на классы примерно по десять человек, закрепив каждый класс за одним из профессоров. Набор проводился постоянно, дети поступали тогда, когда дозревали до инициации, а значит – каждый в свой час. Поэтому в каждом классе ученики были разновозрастные, каждый обучался по индивидуальной программе и переходил с этапа на этап, покидая один класс и попадая в более продвинутый по мере достижения успехов. К концу обучения ученики постепенно оказывались в классах с общим профилем программы: класс пирокинетиков, класс телепатов, класс целителей...

Никто не освобождал их и от базовой школьной программы. А ещё предлагались танцы, вокал, музыка во всех ипостасях – был бы талант – изобразительное мастерство...  Проще назвать, чему не учили: тому, к чему не было способностей. В основе же всего обучения лежала наука выживания.

Был и несомненный плюс: на дом почти ничего не задавалось. Да и попробуй найди время для чего-то ещё, когда у тебя уроки – весь день, а в остальное время – тренинг за тренингом. Целители только успевали назначать то одному, то другому ученику "день покоя", когда ему не только запрещалось делать хоть что-нибудь, а и просто предписывалось активное безделье под бдительным присмотром целителя-старшеклассника, водившего своего подопечного и в столовую, и на прогулку, и спать его укладывавшего. В тяжёлых случаях назначалась "неделя покоя". А буде он упорствовал – учёба прерывалась для него на месяц и более. Бедолагу вывозили с территории Лицея в дом Клана или ещё куда – недалеко, но надёжно, потому что прикреплённый целитель следовал тенью и блокировал все попытки заняться чем-либо, кроме отдыха. Ведды дорожили каждым.

 

Просторная, светлая, с высоким потолком спальня на двадцать пять кроватей и столько же тумбочек уходила вдаль – таким было первое впечатление. Потом взгляд отметил приятные оттенки покрывал и острые углы белых наволочек на парусниками стоящих подушках, цветные, косо падающие лучи из нарядных витражных окон – в Лицее всюду были витражи, куда ни глянь – и их пёстрые проекции на застеленном пушистыми дорожками наборном паркетном полу. Тяжёлые мягкие шторы, обрамлявшие окна, казались бархатными, и, скорее всего, таковыми и являлись, напомнила себе Миль. Золотисто-бежевый оттенок обоев дополнял тёплую цветовую гамму помещения, смягчая огромные размеры спальни. Правый от входа глухой простенок занимали зеркала в тяжёлых резных рамах, их растительному орнаменту с завитушками вторил декор светильников, развешанных над кроватями. Соседнюю комнату, гардеробную, занимали шкафы всё с тем же узором и вмонтированные в стену подъёмные гладильные доски со стоящими на полках утюгами и другими инструментами для работы над одеждой.

Кое-где на постелях и тумбочках красовались нарядные куклы и пушистые мишки-зайки. Но, как вскоре убедилась Миль, скорее для красоты и ещё чтобы было что в постель взять. Для игры с ними времени просто не было. В спальню девочки приходили (иногда – приползали) именно спать. И дежурный целитель строго следил, чтобы так оно и было, и свет гасили бы вовремя. А то, как ни странно, попадались жадные до учёбы ученики, находившие силы для занятий и ночью.

Восемь-девять уроков с утра, два-три вечером. Отбой в одиннадцать. Подъём в семь. Тяжело, особенно поначалу. Но страшно интересно! И тем интереснее, чем скорее изучение теории давало практический результат. У всех новичков начало было одинаковое: сперва они спешили понять, что умеют, затем учились этим управлять, потом специализировались и совершенствовались.

Миль, получившая начальное образование дома, быстро справилась с адаптацией. Всё-таки ведды, в отличие от остальных людей, имели понятие о взаимодействии биополей и знали, как важно для общего комфорта уметь сдерживать проявления своих эмоций, даже если это не всегда и не у всех получалось. Одним из первых прививаемых им навыков был навык блокировки. Вроде простейшее упражнение, но как по-разному его усваивали ученики! Для Миль, например, стала откровением продемонстрированная ей возможность использовать блок для отведения чар поиска. Знай она об этом в день приезда, бедный директор не пострадал бы от её контратаки, не говоря уже о том, сколько сил она сама сэкономила бы на этом. И всё же, признавая неадекватность своего ответа на тот момент, в глубине души Миль сохраняла уверенность, что поступила тогда правильно. Несмотря на энергозатраты.

Это теперь, заметив рыскающие псевдоподии чьей-то злобности, она наловчилась притворяться пустым местом и оставалась необнаруженной. Или, если было настроение, отправляла по тем же опрометчиво раскинутым сенсорам какой-нибудь приказ. Как она выяснила, во всём Лицее никто так и не сподобился догадаться, что злобные намерения так чётко кем-то читаются. Пока она оставалась в классе Инги, тот же Егорка то и дело пытался ей мелко подгадить. Бабулино заклинание здесь не работало, но Егора выдавали оставленные им следы – Миль воочию их наблюдала. Однажды она их закольцевала, и пацану опять досталось: небольшие, но досадные неприятности преследовали его до тех пор, пока он не раскаялся – и в тот же миг кольцо распалось. А целители понять не могли, отчего это мальчик так часто травмируется: никаких чар вроде ведь не было. Это потом, когда он признался в попытке навести сглаз, стало ясно, что ему его вернули.

Забавно было видеть работающие заклинания, иногда они принимали видимые формы, все эти сообщения, приглашения, напоминания, сновавшие по коридорам и классам в виде птиц, бабочек, зайчиков, лент…

 

Первый семестр превратился для Миль в ряд контрольных тестов по начальной адаптации, первичной специализации, истории сосуществования видов, основам выживания в обществе. В начала адаптации входило обретение навыков самоконтроля и блокировки, а искусство обнаружения ауры и обращения с ней преподавали на старших курсах, как и биолокацию и основы целительства, потому что эти дисциплины требовали более зрелых организмов и более зрелой психики, с чем Миль, прекрасно помнившая, как её трепало при знакомстве с ними, в целом была согласна.



Карри

Отредактировано: 07.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться