Ведда-2. Чужого поля ягодка

Размер шрифта: - +

10. Под "крышей" дома твоего...

Разрешение на оружие у Бена имелось, и он счёл, что подростки правы, предостерегая его от излишней беспечности. Мало того, он решил, что и Миль необходимо уметь себя защищать. Хоть как-то. Поэтому отныне каждый день начинался с тренировок. Миль послушно бегала, лазала, ползала, кувыркалась, карабкалась, стреляла по мишеням, безжалостно лупила манекены. И на манекенах да симуляторах получалось у неё всё это на диво хорошо – когда тело перестало болеть, привыкнув к нагрузкам, и больше не подводило. Да и трудно было бы не научиться у таких неравнодушных учителей да на таких замечательных тренажёрах, когда эффект присутствия настолько полон, что сняв «доспехи» и выйдя из игрового поля, ещё долго не можешь понять, на каком ты свете… Миль, выпадая из игры, не однажды набрасывалась на стоявших рядом «братьев», сочтя их спарринг-соперниками, пока не обвыклась и не научилась быстро отличать реальность от симуляции. Впрочем, никакой симулятор не заменит живого партнёра полностью – и ни один, ни второй «брат» от боя никогда не уклонялись… Так что синяки у неё не переводились – но со временем они стали появляться и у мужчин, чем Миль страшно гордилась.

Гордилась она и тем, как успешно продвигается обучение обоих «братьев» блокировке – как ни упирался Джей, как ни прятал от себя правду, а пришлось ему признать, что он – мутант. Миль бы и предложила ему зваться веддом – но ведь он им не являлся. Так или иначе, а Джей постепенно привыкал не только слышать мыслеречь – менторечь, или просто менто, по его же определению – но и отвечать ей и Бену.

Когда он как-то особенно распереживался по этому поводу, она на вытерпела, подошла к нему, схватила за руку, задрав рукав повыше, и заставила взглянуть на индикатор:

«Ну, какого он цвета? - индикатор был нетронуто-бел, с крошечной золотой искрой посередине. – Так что этот твой Медконтроль ни о чём не узнает, если, конечно, ты сам не пойдёшь и всё ему не расскажешь! Да и то он, пожалуй, ещё и потребует от тебя доказательств!»

Джей поморщился:

- Не кричи, пожалуйста…

Миль извинилась. Иногда её и правда заносило. Джей, как поначалу и Бен, не всегда воспринимал её менто, если она «говорила» слишком быстро, сжато, будто выстреливая образами и впечатлениями. А то и, как сейчас – испытывал болезненные ощущения, приняв от неё такое послание повышенной энергичности, потому что выходило – она на него «кричит». Действительно, чего на парня орать-то – он же не виноват…

Никто из них не виноват, так уж получилось. Разве что недоброй памяти Горигор, её злополучный дед. Но исправить ничего нельзя, оставалось изо всех сил приспосабливаться – не помирать же, в самом деле. И Миль приспосабливалась, и тянула за собой обоих парней. Что-то получалось легче и быстрей, что-то давалось с болью и страхом… А уж какие её одолевали сомнения! Например – а не она ли источник изменений, этакий катализатор, провоцирующий мутации «братьев»? И их ли одних? Вдруг и люди, что живут себе вокруг, подвергаются этой «заразе»?

- Знаешь что, - сказал Бен, когда она поделилась с ним своими угрызениями. – Смотри на это проще: ты можешь что-то исправить, переделать? Нет? Ну, так и не страдай. Делай то, что можешь сделать. Остальное пусть идёт, как идёт. Давай-ка лучше уточним, что такое происходит между тобой и домашним кибером…

«А что происходит? – Миль похлопала ресницами. – Ну я попыталась дверь открыть. А он не послушался… Ну я к нему… э… подстроилась… прислушалась… поговорила немножко… Дверь и открылась».

- «Поговорила»?!

«Ну вроде того… А что?»

Проще было сделать «голубые глазки», чем объяснять, как да что… Надеясь не стать для окружающих горожан дополнительным мутагенным фактором, она, как когда-то у бабушки, взялась поправить аномальный фон. И обнаружила немало интересного: дом «жил»…

 

…Она ничего не понимала в технике, ни дома, ни тем более здесь. Но невозможно было не почувствовать: все стены, пол и потолок пронизывались потоками энергии, жилище являлось по-своему почти живым организмом со своими «нервами» и «сосудами», «дыханием» и трепещущей, подвижной «плотью». Миль практически видела пульсацию потоков и быстро нащупала, где центр, управляющий этой «почти жизнью». Как тут не соблазниться и не полюбопыствовать… О, Миль была осторожна, не ломилась в её ритмы – она только отделила от своей сути невесомый отросток, нежно подсоединилась, мягко встроилась, вписалась, став малой частью, ещё одной из многих, вошла и огляделась…

…Находиться внутри такого маленького, по ощущениям, мирка, в системе его отношений, оказалось не очень приятно, тесновато, неудобно, всюду что-то торчало, шевелилось, упираясь – условно, конечно – то в бок, то в спину, только уворачивайся… руки-ноги вообще не растопыривай… походило на то состояние, в котором она очнулась в пещере посреди камня и холода, когда весь мир состоял из суетливых фрагментов мельчайшей мозаики, что создавала постоянно выворачивающиеся наружу и в то же время проваливающиеся внутрь себя объёмы… Здесь бродило эхо, пролетали отголоски коротеньких фраз: да-да-да… нет-нет-нет… да-нет-да… есть-есть-есть… нету-нету-нету… Холодные и горячие потоки налетали, пронизывали, стремительно меняли направления… Кололи, пощипывали, впивались, свербили, оглаживали… Брр… - передёрнулась было Миль, но тут же сдержала свои реакции, потому что они вызвали сбой местного ритма, который пришлось срочно выравнивать…



Карри

Отредактировано: 03.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться