Ведьма по наследству

Глава 10

Юлька сбежала на занятия, из-за меня она и так прогуляла две пары. А я устроилась в своей комнате, решив посвятить день ничегонеделанию. После таких ответственных дел – расколдовывания пруда и оборотня – я заслужила выходной. У меня накопилось несколько несмотренных серий любимого сериала, педикюр пора было обновить, в общем, девушка всегда найдет чем заняться.

Я устроилась на кровати в своей комнате, поставив ноутбук в ногах, нажала «плэй», открыла темно-вишневый лак и тут услышала зловещий скрип, наложившийся на мрачный саундтрэк сериала. Вишневая капелька упала на покрывало каплей крови. Нажав на паузу – я ж не дура, идти на странный звук под трагическую музыку – я спустилась на первый этаж.

Скреблись в дверь в сказочный мир.

– Кто там?

Никакого ответа. Скрежет затих, потом продолжился с удвоенной силой. Как будто кто-то раз за разом проводил железными когтями по двери. Как назло, ни одно из окон не выходило на эту сторону. Я нерешительно взялась за ручку. Может, это вернулся оборотень?

– Волк, это ты?

Скрежет был мне ответом. Может, волк разучился говорить за то время, что был околдован. А может, он и вовсе говорить не умеет – кто их разберет, этих оборотней? Я в раздумьях забарабанила пальцами по двери, и с той стороны синхронно застучали.

Это может быть и инкуб. Я прикинула, если даже бабка померла ровно после того, как выполнила ежемесячный контракт с инкубом, и, может даже, именно по этой причине, то у меня осталась максимум неделя до его появления. Открывать ему дверь тоже не хотелось. С той стороны стукнули с такой силой, что я невольно отшатнулась.

Ярополк говорил, что мой дом – крепость. Мне нечего бояться, пока я внутри. Главное – не впускать в дом тех, кому я не доверяю. Интересно, удовлетворит ли инкуба секс на расстоянии. Я читала про тантрический секс, когда партнеры сидят и фантазируют. На такое я бы еще согласилась. Мне о многом надо подумать. Надежды на то, что я не во вкусе инкуба, было мало, раз его устраивала даже трехсотлетняя бабка.

Выдохнув, я решительно открыла дверь.

***

Юлька вернулась после занятий, швырнула сумку на диван, стащила туфли.

– Представляешь, мне автомат поставили по скульптуре. Значит, аспирант все же оценил мои прелести.

– А может ты просто умница и талант? – предположила я, методично выскребая ложечкой мороженое из пиалы.

– Это тоже, – согласилась Юля. Она прислушалась, повернувшись к двери. – А что это за странный скрип?

– Сходи посмотри, – предложила я.

Юля недоверчиво на меня посмотрела, подошла к двери.

– Если бы это было опасно, ты бы меня туда не отправила, так ведь?

– Не бойся, главное – в дом не пускай.

Юля открыла дверь.

На крылечке радостно подпрыгивала моя тяпка. На розовой ручке виднелось китайское клеймо, к одному зубчику прилипла травинка.

– Вот это нежданчик, – оценила Юля. – Ты что, на нее тоже живой водой попала?

– Похоже, что так. Я ее в траве забыла. Брызгала на волка, а заодно и тяпке досталось.

Тяпка подскочила к порогу, но уперлась в невидимую защиту дома и упруго отпрыгнула.

– Тут какая-то закорючка на крыльце, – сказала Юля.

Пока я рассматривала крыльцо, исчерканное свежими царапинами, Юлька сбегала за телефоном.

– Ей от тебя что-то надо, – она сделала кадр. – Это сообщение.

– Похоже на иероглиф. У тебя есть знакомые китайцы?

– У нас учится один по обмену…

Юля принялась названивать китайскому студенту, а я захлопнула перед тяпкой дверь и оперлась на нее спиной. Воевода просил меня ничего не натворить за две недели его отсутствия. А я за один день пробудила гейзер, расколдовала оборотня и оживила тяпку. Похоже, какой-то китайский рабочий вложил в нее душу. Интересно, каким он был? Надеюсь, скромным работящим пареньком…

Тяпка с такой силой стукнула в дверь, что та пошатнулась под ее напором.

– Вася! – Юля торжествующе размахивала мобильным. – Тяпка ждет твоих приказаний.

Я на некоторое время зависла перед ноутом, потом нарисовала маркером на листке иероглиф, посекундно сверяясь с образцом на экране. Вынесла листок к двери.

– Копать до забора, – приказала я, тыча тяпке листок. – Пропалывать.

– На китайском скажи, – нетерпеливо притаптывала позади меня Юлька.

– Ехао, – сказала я. – Ваа либа. Черт, ставить произношение по гугловскому переводчику – это отстой.

– Вроде она поняла, – Юлька проводила взглядом тяпку, задорно ускакавшую в огород.

– Все, на сегодня с меня хватит, – я закрыла дверь и поплелась на второй этаж. – Сил моих больше нет.

– Есть еще кое-что, – виновато сказала Юля.

Я обреченно повернулась к ней.

Юлька вытащила из сумки файлик с распечатанными фотографиями, разложила их на столе. Я сразу узнала фрески из собора, где брала свечи для заклинания. Изображение было не очень четким, наверное, Юлька фотографировала без вспышки, да и фрески пострадали от старости, некоторые элементы полностью стерлись.

– У них тут, похоже, совершенно иная религия, – глаза подруги горели от восторга, когда она рассматривала фотографии облупленных стен.

– Собор совсем как наш, – засомневалась я. – И кресты…

– О, ты сразу к самому интересному! – еще больше оживилась Юля. – Иисуса у них не было. Зато было сразу четыре святых, к которым они относятся с особым почтением.

Она пододвинула ко мне фотографию, на которой был изображен крест, а на концах перекладин четыре фигурки: три женщины и мужчина. Одна женщина в длинном светлом платье, с короной на белокурых волосах; вторая – старуха, или же морщины – это трещинки на фреске, не разобрать, одета в бесформенный плащ; у третьей от лица остались одни глаза – красные, как свежие раны, рыжие кудри спадают каскадом до колен; мужчина бородат и могуч, его фигура крупнее женских раза в полтора.