Ведьма в академии

Глава 5. Ученье – свет, а неученье – тот свет

Бероз пристально посмотрел на меня и изрёк:

– Обязательно насладись видом из окна, прежде чем надумаешь сбегать!

Я фыркнула. Ищейка наклонился и положил руку на мои кандалы. Я ощутила холодные щупальца чужой силы и заскрежетала зубами, борясь с желанием сделать ноги. Серебристые браслеты развалились на части.

Я подскочила. Сила заискрилась в руках, буквально требуя выхода.

– Окно, Марион.

Я исподлобья взглянула на врага и неохотно направилась к распахнутым створкам. Вид открывался действительно впечатляющий: с большой высоты вся столица была как на ладони. Дома, лежащие во впадине между двумя холмами, пестрели как цветы на летнем лугу. Одни стены покрасили солнечной охрой, другие – бледно-розовым и голубым. Над всем этим великолепием возвышался, точно чайная роза посреди сорняков, королевский дворец. Он стоял на втором холме, ровно напротив академии.

Бероз прав, пейзаж действительно хорош. Особенно с этой изюминкой в виде купола из толстой сети плетений, окружавшей здание по кругу.

Но никто не говорил, что будет легко.

– Коснёшься – убьёт.

Мысленно закатила глаза. Что ещё ожидать от «благородных» магов?

За спиной раздался скрип отпираемой двери.

– Пора. Ректор ждёт.

Я втянула воздух – от вышедшего из комнаты Эйдена исходил чуть сладковатый, душистый запах. Я его из тысячи узнаю. Малина! Понятно, чем он так долго занимался. Я завистливо поджала губы. Вряд ли подобное лакомство предложат и мне. Хотя… я не из робких. Где, говорите, заседает самый великий маг?

Вместе с мужчинами поплелась к главному человеку в академии. Он ещё не догадывался, что я уже внесла его в свой список врагов. Впрочем, меня тоже ожидал нежданный сюрприз.

Ректор оказался суховатым старичком с живыми голубыми глазами. Ничего особенного, одним словом. С куда большим интересом взгляд наткнулся на расставленные на кофейном столике чашки с горячим чаем и злополучную банку малинового варенья. Я довольно облизнулась, вложив решение о своём будущем в руки мужчин. Даже смотреть на них больше не стала.

– Добро пожаловать в Леронскую академию магии, госпожа Ма… Демоны!!!

– Люциус?.. С вами всё в порядке?

Старичок испуганно забегал по комнате, резко забыв о своём статусе и положении в обществе. И это самый могущественный маг Лероны?! За какие такие заслуги, простите, он сидит на этом месте?

Я пожала плечами и как ни в чём не бывало взяла в руки пустую чашку. Сомнительно, что её до этого часто мыли. Я поманила силу. Магия отозвалась как щенок, соскучившийся по ласке. Я заворковала с ней, едва не жмурясь от удовольствия. Стенки кружки побелели, словно ею никогда и не пользовались. Удостоверившись, что моему здоровью больше ничто не угрожает, налила себе чая.

А происходящее за спиной начинало набирать обороты… Разговор уже шёл на повышенных тонах. А ведь с виду – ректор «божий одуванчик», только голос как у молодой мандрагоры, вытащенной из земли.

– Эта девушка никогда не будет учиться в академии! НИКОГДА, слышите?

Кажется, мы поладим. Главное, чтобы он подольше не забывал о своих словах.

Я опустила в рот целую ложку варенья. До чего же вкусно! Как же давно, я не ела обычной малины. Почему-то в наших краях она почти не росла, оставив лишь мечты о вкусе сладких ягод. Ммм… А аромат-то какой, просто сказка!

– Люциус, успокойтесь, и объясните, в чём дело.

Эйден взял разрешения конфликта в свои руки. Весь багровый от ярости старик сел обратно в кресло и схватился за грудь. По его вискам катился пот.

– Я не потерплю больше ни одной женщины из рода Вилард в академии! – уже немного спокойнее сообщил ректор.

На секунду я забыла, как дышать. Так вот, какая у меня, оказывается, фамилия. А мама молодец – такое впечатление оставила о себе. Неизгладимое. Прям гордость берёт. Теперь придётся постараться, чтобы не осрамить родовую честь. Планку-то мне задали, что надо.

Мои тюремщики переглянулись.

– Вилард? Она дочь Шаи Вилард?

И что так побледнели сразу, спрашивается? Я облизала ложку, ничуть не стесняясь любопытных взглядов. На меня смотрели так, будто увидели танцующее канкан привидение покойной бабушки.

– Так вот, почему мне лицо показалось знакомым, – пробормотал Эйден.

– Портрет Шаи Вилард висит в главном зале, среди изображений лучших учеников академии.

Похоже, ректор уже мысленно посыпал голову пеплом, решив, моё обучение – неизбежно. Надо что-то придумать, пока он окончательно не утвердился в этом суждении. Но подождите-ка…

– Лучших студентов?.. – вскинул бровь Бероз, точно узнав мои думы.

– После появления её портрета стену почёта пришлось переименовать в аллею выдающихся дарований.